Рецензия на книгу

• 

  isobylenskaya

  10 марта 2026

  Это роман о бедности, выживании, борьбе со страстями, о собственном достоинстве. Кингсолвер совершила дерзкий для писателя поступок: она взяла Чарльза Диккенса - его «Дэвида Копперфилда» - и перенесла его суть и структуру в американскую Аппалачию 1990-х, в один из самых забытых и бедных регионов страны. Это ее способ показать, как мало изменилась жизнь социально уязвимых слоев населения за сто с лишним лет. Кингсолвер не «переписала» Диккенса — она создала параллельную историю выживания.
  

  
  

  Повествование, как и в первоисточнике, ведется от лица героя-ребенка, незащищенного, ранимого и живого, несмотря ни на что. 
  

  Демон Копперхед — мальчик, родившийся с ярко-рыжими волосами, без отца, у наркозависимой матери, в трейлерном поселке на обочине американской мечты. Его история — не «становление личности» в глянцевом смысле, а цепочка выживаний: в приемных семьях, в равнодушной системе, в руинах образования, в тисках опиоидной зависимости, которая накрыла Аппалачи (до сих пор штат Кентукки считается самым неблагополучным по уровню зависимости от опиоидов).
  

  Демон рассказывает историю своей жизни — с юмором, злостью, болью, иногда на грани отчаяния, но неизменно с тем желанием жить, которое порой резко контрастирует с описываемыми событиями.
  

  
  

  Я — не результат воспитания. Я — результат отсутствия выбора.
  

  
  

  Диалоги, внутренние монологи, поток сознания — все в романе настоящее. В этом смысле Кингсолвер не просто пишет персонажа — она говорит его голосом, точно и не фальшиво. Это история, в которой слышны и протест, и любовь, и отчаянное желание быть услышанным.
  

  
  

  Есть моменты и описания, которые могут показаться жестокими, неприятными, неудобными, которые могут вызвать внутренний протест, откликнуться болью во всем теле. Но это точно не «чернушный» роман, после которого хочется помыться. У Кингсолвер в эту мрачную действительность пробивается свет: юмор, доброта, способность к привязанности, даже если все вокруг нестабильно и печально. 
  

  
  

  Отдельно хочется отметить язык книги - очень сленговый, но при этом динамичный и живой. Однозначно, тот случай, когда Пулитцер и другие премии заслужены

  
  

  2 понравилось

  47