Рецензия на книгу

• 

  orlangurus

  7 декабря 2025

  "Бедный мой нелепый и великий народ. Все-то ты поешь, как плачешь, и плачешь, как поешь."

  Если кому-то, особенно чувствительному, покажется, что не все мои слова в адрес евреев достаточно толерантны, уж потерпите: своих и поругать можно...
  Почему так говорю: рассказы немного подпортили впечатление, а с романом, открывающим сборник, всё в порядке. Традиционная для писательницы мозаика, где малюсенькие отколовшиеся кусочки потом обязательно найдутся, возможно, в другом месте и времени. Чего стоит только ожерелье, некогда подаренное женихом юной невесте и скопированное через сотню лет на другой свадьбе! Просто прекрасный сюжетный ход. История семейства Блюм через несколько поколений, от большущей семьи, тянущейся к прекрасному и к знаниям, но бедной настолько, что из прекрасного в их распоряжении - только собственное пение, а из знаний - крупицы, которые можно добыть из случайных книжек или общения с умными людьми. И потом - через поколение - семья из двух врачей, серьёзных и знающих. И ни один из мельком или подробно описанных персонажей не был по-настоящему счастлив, может быть, кроме того самого первого поколения, не требовавшего ничего и радовавшегося всему.
  Мне понравился образ Сони №3 (в каждом поколении была Соня). Забеременевшая по глупости, вопреки своей великой любви, недоступной из-за того, что он женат, Соня, когда родители, узнавшие о скором рождении внука или внучки, начинают выбирать имена, вспоминая своих братьев, дедушек и тётушек, делает совершенно неожиданный вывод:

  
  Хорошо, что я рано начала. Это же успеть надо, их всех родить! Представляете? Мальчиков и девочек. Рыжих и не рыжих. И все умные, и прекрасные, и счастливые! И все похожи друг на друга! Нет, им не удастся нас так просто убить! Вы слышите? Не удастся!..

  Книга вся на нерве, на ощущении подступающих слёз, но евреи на то и евреи, чтобы смеяться вопреки... Образец беседы матери с дочкой:

  
  — Машка, – говорю я, – что-то меня в последнее время на прекрасное тянет. Не рвануть ли нам в Ленинград на следующие выходные? Обожаю города с буквой «л».
  — Ты имеешь в виду Питер? – уточняет моя дочь. – Ну давай рванем. Только с одним условием – пойдем в какое-нибудь веселое место, а не только в один твой Эрмитаж!
  Действительно, Питер. Даже Санкт-Петербург. И буква «л» здесь совершенно ни при чем.
  — Конечно, – говорю я, – не беспокойся. Как можно пойти в один Эрмитаж, когда еще есть Русский музей!

  Повести или рассказы, тут сложно отличить их по объёму, гораздо слабее романа. Это получились типичные представители еврейской эмигрантской прозы, и, несмотря на отличный стиль и язык автора, вышло без ожидаемого тепла, зато с большой лужей слёз. Мне понравилась только повесть "Старик", хотя она очень трагичная... Но я прекрасно понимаю, как человек может решиться на убийство и самоубийство, когда женщина, с которой прожил больше пятидесяти лет, мучается ужасно и всё равно вот-вот умрёт...
  И чтобы не заканчивать на такой грустной ноте, вот вам рассуждения этого старика, по старчески брюзгливые, но, по-моему, верные:

  
  «Холестерол, триглицериды…» Нет, ты скажи, Фейгеле, моя мама знала что-нибудь про триглицериды? А молочник, который каждое утро оставлял на крыльце бидон свежего молока? Чудесного, еще чуть теплого молока, пахнувшего травой. Ты думаешь, он замерял процент жирности? Прямо в бидоне? Или, еще лучше, в корове? И разве триглицериды, черт их возьми, помешали моей маме дожить до красивой спокойной старости?

  Подводя итог: не думаю, что люди других национальностей, читая эту книгу, станут больше любить евреев. Ну и ладно...

  
  Мы все выглядим нелогичными, но как хорошо, что друг другу ничего не надо объяснять.

  86 понравилось

  6

  290