Рецензия на книгу

• 

  grausam_luzifer

  14 сентября 2025

  Думал — медь, а оказалось золото

  Ян Вайсс — писатель со скудной биографией в русскоязычных источниках. Большинство статей повторяют плюс-минус одно и то же: родился, жил, потерял мать в совсем нежном возрасте, после гимназии поехал в Вену и поступил на юридический, но проучился всего-ничего, поскольку был мобилизован в Первую мировую. Служил на восточном фронте, в 1916 году попал в плен в Тернополе и был отправлен в лагерь в Сибирь, где слёг с тифом (здесь мысленно ставим галочку), но выздоровел, а спустя год ему ампутировали обмороженные пальцы на ногах. Позднее, в 1919 году, добровольно вступил в Чехословацкий легион, где из-за полученной инвалидности (ампутация) стал служить при канцелярии. По окончанию войны вернулся в Чехию и поступил на государственную службу, женился, обзавёлся дочерью, много писал, скончался от тяжёлой болезни… В общем-то, сверх этого обывателю, коим я и являюсь, едва ли удастся что-то найти о его жизни.

  Но может быть это и к лучшему, может ничего больше знать и не стоит, поскольку для его творчества существенным кажется только слом, случившийся в 1916 году (да, где мы ставили галочку).

  Дело в том, что Ян Вайсс — автор, чьё творчество обладает характерным, узнаваемым тоном, а ещё отмечено глубоким отпечатком личностного потрясения, причём связанного не столько с войной (как бы много он ни рефлексировал об уродствах буржуазного мира и жестокостях тирании), сколько с горячечными галлюцинациями, вызванными убийственной тифозной лихорадкой. В Сети есть упоминание о «стеклянных снах», которые грезились Вайссу в лихорадке и которые он использовал как источник выразительности для своего литературного языка. Эти галлюцинации показали Вайссу в мире что-то такое, что намертво отпечаталось в разуме и отточило его авторский стиль.

  Что вы представляете при словосочетании «стеклянные сны»?

  А вот что было у Вайсса:

  
  «Было это в лагере для военнопленных села Тоцкое, теперь уже не знаю, в каком месяце. Я забыл, помимо других важных вещей, цифры и утратил способность ориентироваться в пространстве и времени… У меня были видения. Такие живые и чёткие, что до сих пор многие помню лучше, чем то, что происходило со мной на самом деле. Это были стеклянные сны, как я их назвал позже… Работал я истопником… на стекольном заводе… Поливал мертвецов жидким стеклом, таким образом их мумифицировал. А потом под стеклом было хорошо видно, как это всё разлагается… И живые люди приезжали на завод, чтобы им залили стеклом руки и ноги, которые начинали гнить из-за какой-то болезни… Неожиданно и у меня начали гнить пальцы на ногах, а седобородый злобный старик заливал мне их стеклом».
  (Weiss J. Povidka o sobě, 1927)

  Так становится понятнее, как сильно Вайсс сглаживает собственную фантазию, предоставляя читателям более мягкие, но всё равно пробирающие мурашками образы откуда-то с изнанки нашего мира.

  А теперь двигаемся к «Дому в тысячу этажей»

  Человек, не помнящий себя и предполагающий, что он следователь Петр Брок, потому что в кармане есть визитка на это имя, приходит в сознание на лестничной площадке монструозного дома (молчать, Вавилонская башня!), и дом этот сам по себе — целый мир, в чьих стенах живут всевозможные представители человечества от батраков и клерков до магнатов и пиратов.

  Властвует над домом и всеми живущими в нём некий Агасфер Мюллер (Вечный жид), чьи глаза и уши неусыпно следят за происходящим, и ничто-то от его внимания не ускользнёт. Только Петр Брок ускользает какое-то время — ведь он невидимый и хочет противостоять тирану-полубогу, чтобы освободить женщину, оказавшуюся одной среди пленных по указке мрачного Мюллера. Зачин простой, но реализация идеи замечательная — с достаточной толикой абсурда, сюрреализма, чёрной комедии и удивительной авторской проницательности, благодаря чему «Дом в тысячу этажей» спустя практически сто лет после публикации выглядит так, будто его написал современник.

  Фильмы «Куб», «Платформа», «Дом тысячи дверей», «Выход 8» — все они кровь от крови братья «Дома в тысячу этажей», потому что произрастают из одного и того же нутряного страха человека перед замкнутостью и ограниченностью (будь то территориальная или идеологическая ловушка), которая подменяет собой внешний мир и лишает личность собственной воли.

  Петр Брок обречён бродить по этажам, теряя сознание и приходя в себя, пока не столкнётся с источником зла лицом к лицу, и тогда… Спойлерить не буду, но дуализм, которым пронизан весь сюжет, позволяет вертеть его по-разному: и как научно-фантастическую антиутопию, и как психологический манифест о неизбывной борьбе двух начал в душе каждого человека.

  Никто вас не звал

  На участок назначается новый врач, которому нужно выполнить незавидную работу — образумить некоего пана Сильвестра, который живёт вдали от людей, копается в грязи и увлекается выращиванием растений, вместо того чтобы пользоваться всеми благами цивилизации, жить в классном стерильном мире и бороздить космический океан (чем там ещё заняться-то, в этом техногенном развитом будущем?).

  Упрямый Сильвестр остаётся совершенно глухим ко всем доводам доктора, и просит только одного — оставить его в покое. Мол, грош цена всем вашим разговорам о человеческой свободе, если вы не даёте ему просто жить, выращивая настоящие апельсины, а не покупать всякие там стерильные безопасные идентичные натуральному.

  В какой-то момент доктор и сам начинает сомневаться в иррациональности логики пана Сильвестра:

  
  Его слова — что бы он там ни говорил — панегирик нашему времени. Он отвергает излишества и благополучие, но, кто знает, не является ли его теперешний отказ от всех благ и добровольный пост результатом вчерашней пресыщенности?

  Что там по уставшим трудоголикам, которые хотят цифровой детокс, трогать мох, полоть грядку и чтобы никаких созвонов и горящих дедлайнов? Вот-вот. Даже немного досадно из-за предсказуемости собственной натуры.

  Тысячи людей ждут…

  И вновь рассказ о пресыщенности. Он и Она пытаются выбрать досуг за вечер, раз за разом отвергая варианты от пресного поэтического вечера до всевозможных клубов: хоть Лжецов, хоть Лакомок. На любое развлечение найдётся клуб и место, есть даже Город сбывшихся желаний для тех, кто уже вовсе не задумывается, чего хочет на самом деле, а просто выбирает из тысячи предложенных идей…

  Короткий, простой, похожий на пьесу рассказ, от которого становится немного жутко — как легко людям разучиться слышать самих себя. Любой шум, чтобы не замечать внутренней тишины.

  Но в конце внутренняя тишина побеждает и показывает свою глубину! Ура!

  Тайну надо беречь

  Если вор — крадёт вещи, то как назвать того, кто вещи подкладывает? Хорошие, пусть порой и бесполезные, симпатичные вещи. Проносит их под полами сюртука, пробирается в чужие квартиры украдкой, как преступник, сокрытый одеялом ночи, а утром хозяева такие — да кто сюда поставил эту китайскую вазу! Так бы вор-наоборот и творил своё грязное дело в ночи, пока однажды его не поймал за руку главный психолог Шмидркал, когда некто залез к нему в спальню, чтобы подложить «великолепные шахматы с фигурками из слоновой кости»…

  Нам было его жаль

  Снова своеобразный конфликт с вещами. Человек решил распродать всю свою лавку, в какой-то момент уже меняя вещи даже не на деньги, а на песни и всякую ерунду, лишь бы забрали, покуда не остался один камень преткновения:

  
  И наконец, у него осталась лишь вечная шляпа, которая не мялась, не пачкалась и всегда была новой. Странное дело, но ее никто не брал. Вероятно, – многим приходила в голову мысль о безжалостных годах, их пугал образ вечной шляпы над стареющим лицом. Я этого не понимал. Ведь их никто не заставлял носить эту шляпу до самой смерти. Но если человеком овладеет навязчивая, пугающая мысль, то отогнать ее так же трудно, как извлечь червяка из яблока.

  Чертовски нравится образ вечной шляпы, она почти также хороша, как в анекдоте, где мужик купил шляпу, а она ему как раз.

  Редкая профессия

  Человек, который может придумать самую экстравагантную профессию на любой вкус, сталкивается с человеком, который ищет заработок, а работать ему не очень-то хочется… Смешно и злободневно, многие эйчары могли бы над этим рассказом всплакнуть.

  Подытожу, что единственное желание после этого сборника Вайсса — начать читать следующий!

  20 понравилось

  0

  163