Дом в тысячу этажей. Рассказы

…лестница в преисподнюю…

…ребрендинг, маркетинг, фьючерсные распродажи главами — всё это позволяет авторам настоящего получать мгновенные импульсы сверхприбыли от литературного творчества как в сугубо меркантильном — материальном, так и в более эфемерном — эмоциональном аспектах. Но вот перед вами чешский прозаик Ян Вайсс, тоже из десятых, но только 1900. Чей весьма скромный по объёму творческий вклад в виде архаичного по нынешним меркам депозита — «Дом в тысячу этажей» — и сегодня, уже после смерти автора и почти столетие спустя, позволяет иметь доход как минимум не меньший, нежели у современных, гиперпредприимчивых собратьев по писчему цеху. Возможным подобное становится благодаря сложносочинённости процентного отношения содержания к насыщенности и эмфатически-показному отторжению наличествующих смысловых глубин. Что, в конечном итоге, превращает щедро пересыпанный философскими деталями, идеологическими догматами и религиозными аспектами текст в невесомую и увлекательную волшебную сказку…

…в неопределённом будущем с печальной регулярностью начинают при невыясненных обстоятельствах происходить насильственные исчезновения знаменитых и просто эффектных барышень. В никуда пропадают актрисы, балерины, манекенщицы, видные биржевые брокерши. Одновременно на ступенях безвестного лестничного пролёта утрированно-карикатурного небоскрёба просыпается мужчина. Знакомьтесь: обладатель весьма свирепого приступа утраты памяти, титулованный и лучший в своём деле труженик сыска — Петр Брок. Объект поиска амнезирующего сыщика — женщина по имени Тамара, которая самая настоящая Её Высочество принцесса. На самом — завязка достаточно непрочна и иллюзорна: никаких документальных, вещественных или, положим, свидетельских подтверждений тому, что главгерой действительно тот самый Петр Брок нет. Решение о самопоименовании принято на основании пары-тройки вещдоков из кармана пиджака. Вполне возможно — подброшенных. Но в эфемерном доме от небес до земли самоидентификация не главное. Вайссу удалось удивительно точно передать опыт пребывания в горячечном бреду, в липком и расплывающемся кошмаре наяву. Где-то с середины становится если и не очевидно, то уже на интуитивном уровне понятно, что именно сам Брок и его квест, а не наоборот, генерируют происходящую вокруг и подменяющую действительность ирреальность. Ощущения, испытуемые при этом читателем, сродни зрительскому просмотру «Начала» Кристофера Нолана: реальность грозит вот-вот взорваться и вдребезги рассыпаться пригоршнями битых стёкол…

…строение из названия романа именуется Муллер-домом и представляет собой гибрид Вавилонской башни с Лестницей Иакова. Территориально здание расположено на острове Гордыня. Владельца бесконечной жилплощади зовут Огисфером Муллером. С верхнего этажа, который, по слухам, расположен не то в самом эмпирее, не то в непосредственном его преддверии, стартуют шаттлы с конечным пунктом назначения в созвездии Лебедя и стоимостью билетов в три четверти миллиона довоенных крон. В подвальных помещениях — рудники, в них из ядра планеты добывают полумифический солиум — метал крепче стали и легче воздуха. Перекупщики здесь торгуют честью, тряпьём, кровью, богами, целомудрием, пудрой, людскими душами и свечами. Сотню этажей занимают гедонисты, синтезирующие в хрустальных лабораториях всё новые и новые виды наслаждений. Процветают культы зевоты и щекотки. У дома-метафоры тысяча этажей, сотни тысяч глаз, миллионы ушей и ни одного окна или двери. Обитатели не иносказательно зовут Муллера господом, но обитает он отнюдь не на верхних этажах, ближе к небесам и солнцу, а практически в самой пучине своего же творения. Поголовье библейских аллюзий на квадратный сантиметр текста неисчислимо. Даже опытному чтецу волей-неволей приходится здесь прерываться на время, дабы привести разрозненный шквал повествования хоть в какое-то подобие структуризации…

…антиутопия, социальная сатира, предвосхищённая критика нацизма, манифест против тирании — любое из этого, да и всё скопом, безусловно, нетрудно отыскать в «Доме». Но главный фокус текста в изысканном метафразисе девяти кругов ада «Божественной комедии». Не зря отсчёт этажей небоскрёба идёт сверху вниз. Да и возвращения ни для кого из уже здесь очутившихся создателем не предусмотрено. На верхней — первой — сотне не утихает бесконечный процесс надстройки верхних уровней муллеровской преисподней; грохочут инструменты и снуют стройобригады не знающих о своей рабской участи работяг. Тогда как на нижних поверхах расположена администрация Муллер-дома, где и стоит искать встречи с самим Огисфером и его доверенными приближёнными…

…но, хотя Брок с некоторыми погрешностями и повторяет путешествие Данте, в то же время, написание «Дома» не вполне ответ на текст Алигьери. Метафорическая идентичность Ада здесь не цель, а средство, инструмент для улавливания метафор современности и настроений эпохи. И, как можно судить об удачливости подобных экспериментов лишь из будущего, подтверждение следует с максимальной определённостью — у Вайсса получилось. И не только по отношению к своей эпохе. Текст актуален и практически сто лет спустя. А потому читайте Вайсса как сказку, читайте как фантасмагорию. Читайте, только читайте. И самое главное — не останавливайтесь: последний, тысячный этаж уже близок; он рядом, за следующим пролётом. Буквально — рукой подать…

Я читал книгу с предисловием. Слышал, что лучше предисловия не читать до прочтения самой книги, потому что это может испортить впечатление о книге, раскрыв какие-то сюжетные ходы и дать нам спойлеры. До этой книги я не замечал такой возможности. Но тут как раз такой случай. Тут вступление читать лучше после прочтения книги, потому что тут раскрываются некоторые детали, которые наверное лучше было бы не знать заранее.

Человек идёт по этажам огромного здания. Он решает, что имя его Петр Брок. Решает по запискам в своих карманах. Здание это огромной высоты в тысячу этажей. Каждый этаж здесь имеет потрясающие размеры. Здесь расположены этажи и богатые, и бедные, производственные, для сумасшедших и так далее. Чем выше, тем беднее и плачевнее. Петр Брок идёт вверх.

Зданием владеет Огисфер Муллер. Он владеет практически всем на свете. Он всё покупает, что не можете купить, завоёвывает обманом или убийством ненужных людей. Вероятно он и есть символ капитализма.

Книга мне показалась сумбурной, местами сюрреалистичной. Люди здесь поклоняются Муллеру и боготворят его. Некоторые наоборот, борются с ним и его системой. Но никто не знает как выглядит владелец здания и всего в округ.

Книга совсем небольшая, к тому же, тут примерно четверть занимают другие рассказы. Они тоже довольно интересны и их стоит прочитать.

Из известных мне антиутопий эта - наиболее психоделическая. Волна за волной накатываются порождения буйной писательской фантазии на сознание читателя, мотая его от социального памфлета в горячечный бред и обратно. В детстве я эту вещь просто обожал и перечитывал многократно. Ныне же, оглядываясь назад, вижу, что она, конечно, не свободна от существенных недостатков. Все же центр тяжести здесь сильно смещен в сторону фантастики, превращая "Дом в тысячу этажей" из литературы вообще в литературу жанровую. В целом стиль можно, пожалуй, охарактеризовать как "Кафка встречает Трех Толстяков, не считая Гарри Гаррисона". Весьма достойный вариант жалкого будущего человечества.

Ян Вайсс — писатель со скудной биографией в русскоязычных источниках. Большинство статей повторяют плюс-минус одно и то же: родился, жил, потерял мать в совсем нежном возрасте, после гимназии поехал в Вену и поступил на юридический, но проучился всего-ничего, поскольку был мобилизован в Первую мировую. Служил на восточном фронте, в 1916 году попал в плен в Тернополе и был отправлен в лагерь в Сибирь, где слёг с тифом (здесь мысленно ставим галочку), но выздоровел, а спустя год ему ампутировали обмороженные пальцы на ногах. Позднее, в 1919 году, добровольно вступил в Чехословацкий легион, где из-за полученной инвалидности (ампутация) стал служить при канцелярии. По окончанию войны вернулся в Чехию и поступил на государственную службу, женился, обзавёлся дочерью, много писал, скончался от тяжёлой болезни… В общем-то, сверх этого обывателю, коим я и являюсь, едва ли удастся что-то найти о его жизни.

Но может быть это и к лучшему, может ничего больше знать и не стоит, поскольку для его творчества существенным кажется только слом, случившийся в 1916 году (да, где мы ставили галочку).

Дело в том, что Ян Вайсс — автор, чьё творчество обладает характерным, узнаваемым тоном, а ещё отмечено глубоким отпечатком личностного потрясения, причём связанного не столько с войной (как бы много он ни рефлексировал об уродствах буржуазного мира и жестокостях тирании), сколько с горячечными галлюцинациями, вызванными убийственной тифозной лихорадкой. В Сети есть упоминание о «стеклянных снах», которые грезились Вайссу в лихорадке и которые он использовал как источник выразительности для своего литературного языка. Эти галлюцинации показали Вайссу в мире что-то такое, что намертво отпечаталось в разуме и отточило его авторский стиль.

Что вы представляете при словосочетании «стеклянные сны»?

А вот что было у Вайсса:

Так становится понятнее, как сильно Вайсс сглаживает собственную фантазию, предоставляя читателям более мягкие, но всё равно пробирающие мурашками образы откуда-то с изнанки нашего мира.

А теперь двигаемся к «Дому в тысячу этажей»

Человек, не помнящий себя и предполагающий, что он следователь Петр Брок, потому что в кармане есть визитка на это имя, приходит в сознание на лестничной площадке монструозного дома (молчать, Вавилонская башня!), и дом этот сам по себе — целый мир, в чьих стенах живут всевозможные представители человечества от батраков и клерков до магнатов и пиратов.

Властвует над домом и всеми живущими в нём некий Агасфер Мюллер (Вечный жид), чьи глаза и уши неусыпно следят за происходящим, и ничто-то от его внимания не ускользнёт. Только Петр Брок ускользает какое-то время — ведь он невидимый и хочет противостоять тирану-полубогу, чтобы освободить женщину, оказавшуюся одной среди пленных по указке мрачного Мюллера. Зачин простой, но реализация идеи замечательная — с достаточной толикой абсурда, сюрреализма, чёрной комедии и удивительной авторской проницательности, благодаря чему «Дом в тысячу этажей» спустя практически сто лет после публикации выглядит так, будто его написал современник.

Фильмы «Куб», «Платформа», «Дом тысячи дверей», «Выход 8» — все они кровь от крови братья «Дома в тысячу этажей», потому что произрастают из одного и того же нутряного страха человека перед замкнутостью и ограниченностью (будь то территориальная или идеологическая ловушка), которая подменяет собой внешний мир и лишает личность собственной воли.

Петр Брок обречён бродить по этажам, теряя сознание и приходя в себя, пока не столкнётся с источником зла лицом к лицу, и тогда… Спойлерить не буду, но дуализм, которым пронизан весь сюжет, позволяет вертеть его по-разному: и как научно-фантастическую антиутопию, и как психологический манифест о неизбывной борьбе двух начал в душе каждого человека.

Никто вас не звал

На участок назначается новый врач, которому нужно выполнить незавидную работу — образумить некоего пана Сильвестра, который живёт вдали от людей, копается в грязи и увлекается выращиванием растений, вместо того чтобы пользоваться всеми благами цивилизации, жить в классном стерильном мире и бороздить космический океан (чем там ещё заняться-то, в этом техногенном развитом будущем?).

Упрямый Сильвестр остаётся совершенно глухим ко всем доводам доктора, и просит только одного — оставить его в покое. Мол, грош цена всем вашим разговорам о человеческой свободе, если вы не даёте ему просто жить, выращивая настоящие апельсины, а не покупать всякие там стерильные безопасные идентичные натуральному.

В какой-то момент доктор и сам начинает сомневаться в иррациональности логики пана Сильвестра:

Что там по уставшим трудоголикам, которые хотят цифровой детокс, трогать мох, полоть грядку и чтобы никаких созвонов и горящих дедлайнов? Вот-вот. Даже немного досадно из-за предсказуемости собственной натуры.

Тысячи людей ждут…

И вновь рассказ о пресыщенности. Он и Она пытаются выбрать досуг за вечер, раз за разом отвергая варианты от пресного поэтического вечера до всевозможных клубов: хоть Лжецов, хоть Лакомок. На любое развлечение найдётся клуб и место, есть даже Город сбывшихся желаний для тех, кто уже вовсе не задумывается, чего хочет на самом деле, а просто выбирает из тысячи предложенных идей…

Короткий, простой, похожий на пьесу рассказ, от которого становится немного жутко — как легко людям разучиться слышать самих себя. Любой шум, чтобы не замечать внутренней тишины.

Но в конце внутренняя тишина побеждает и показывает свою глубину! Ура!

Тайну надо беречь

Если вор — крадёт вещи, то как назвать того, кто вещи подкладывает? Хорошие, пусть порой и бесполезные, симпатичные вещи. Проносит их под полами сюртука, пробирается в чужие квартиры украдкой, как преступник, сокрытый одеялом ночи, а утром хозяева такие — да кто сюда поставил эту китайскую вазу! Так бы вор-наоборот и творил своё грязное дело в ночи, пока однажды его не поймал за руку главный психолог Шмидркал, когда некто залез к нему в спальню, чтобы подложить «великолепные шахматы с фигурками из слоновой кости»…

Нам было его жаль

Снова своеобразный конфликт с вещами. Человек решил распродать всю свою лавку, в какой-то момент уже меняя вещи даже не на деньги, а на песни и всякую ерунду, лишь бы забрали, покуда не остался один камень преткновения:

Чертовски нравится образ вечной шляпы, она почти также хороша, как в анекдоте, где мужик купил шляпу, а она ему как раз.

Редкая профессия

Человек, который может придумать самую экстравагантную профессию на любой вкус, сталкивается с человеком, который ищет заработок, а работать ему не очень-то хочется… Смешно и злободневно, многие эйчары могли бы над этим рассказом всплакнуть.

Подытожу, что единственное желание после этого сборника Вайсса — начать читать следующий!

Как приятно взять в руки и прочитать классическую антиутопию. Любимый жанр, без всякой примеси киберпанка или псевдофилосовствований. Описание порочного общества, которое зашло в тупик. Этот гордиев узел можно только разрубить, уничтожить тот фарс, в который превратился мир.
Я, честно признаться, испытываю извращенное удовольствие, читая о язвах антиутопичных миров. Вот говорят фэнтэзи, это же целый мир надо придумать, полет фантазии. А меня эти драконы совершенно не интересуют. Мне нужна реальность. Но только в крайностях! Все высшие наслаждения и самые грязные пороки. Гедония и этажи умалишенных. Жуткие безобразные убийцы Вест-Вестера и чистая непорочная принцесса Тамара.
И кстати, наверное нужно добавить, Дом в тысячу этажей, единственная антиутопия со счастливым концом. Муллер - дом рушится, герой просыпается и жизнь прекрасна.

Роман-антиутопия, написанный в 1929 г., как бы предвосхитил и "Мы" Замятина, и "О, дивный, новый мир" Хаксли, и "1984" Оруэлла. Но не предвосхитил все же, так как был впервые напечатан только в 1971 г., поэтому никто из антиутопистов не мог слямзить идеи из этого Дома. А "Мы" так и вообще в 1920 г. написан, так что кто у кого что слямзил, это еще вопрос. Подозреваю, что никто ни у кого - просто этими идеями был густо напитан воздух 1920-30-х годов. В это время повсеместно рушилось старое и нарождалось непонятное новое, небывалое новое. И писатели, как чуткие барометры общественной погоды, дружно писали разными словами и образами об одном и том же.

И было оно, это одно и то же, безвидно и темно, и уже никакой дух божий не летал над водами Хаоса - бог был изгнан из этого мира...

Роман начинается с белых стен, бесконечной лестницы, безжизненного ровного света и бесконечного багрового ковра на ступеньках лестницы. По ней вынужден идти-брести Некто - он пока сам не знает, кто он. Он не знает вообще ничего, у него нет памяти - он проснулся на этой лестнице и ничего не знает и не понимает. Но выбора нет: либо идти по лестнице, либо не идти и сдохнуть на ней - там нет никого, абсолютно.

Постепенно выясняется, что он - Петр Брок, частный сыщик, находится он в Муллер-доме. Его задача - выяснить, что это такое и кто такой сам Огисфер Муллер (и по возможности убить его). Муллер вызывает обеспокоенность всего мира тем, что он завладел всеми рудниками по добыче солиума. Это вещество поистине волшебное, крошечка его способна горы своротить (в буквальном смысле), это и строительное вещество, и топливо, и драгоценность - в общем, оно - всё.

Муллер-дом построен из этого самого солиума и он постоянно строится и строится. Его ослепшие строители (никто не выдерживает долго блеск солиума) содержатся на нескольких десятках этажей на положении то ли узников, то ли рабов. Впрочем, еще не ослепшие содержатся не лучше - Муллер-дом - это слепок общества, только в концентрированном выражении. В бесконечных блужданиях Брока по этажам мы любуемся на все эти гадости - очаровательное зрелище. Серпентарий по сравнению с ним просто кукольный домик...

Удивительное дело! Ещё один основоположник жанра антиутопии обнаружился. Не слыхал о нём раньше, а кажется, он оказал влияние на Замятина, Хаксли, Оруэлла, Брэдбери и остальных вплоть до Стругацких.

Повествование напоминает бред сумасшедшего, но нет, это не так. Из кусочков складывается вполне реалистичное изображение тоталитарного государства, причём, борцы за свободу ненамного привлекательнее, чем прихвостни автократа. Их главная идея в том, чтобы поменяться местами с правящим классом. Ясно, что в по сути от этого ничего не изменится. Этот метод преобразования общества испробовали китайцы ещё в средние века. Ну и Россия в XX веке тоже.

Особенно сильно предвидение того, как оболваненные рекламой и пропагандой люди платят за то, чтобы подвергнуться "селекции" (в нацистском духе). Часть из них попадёт прямиком в крематорий -- и это лет за десять до практической реализации идеи!

Плюс, написано чрезвычайно современно. Стиль нынешних иносказательных пророчеств Ян Вайсс тоже сумел предвосхитить ещё сто лет назад.

В общем, история во многих отношениях неожиданная.

Финал подкачал, можно было что-нибудь позаковыристее придумать, но бог с ним, и так хорошо.

Больше всего в этой антиутопии мне понравилась история с временной амнезией главного героя, которая под конец разрешается совершенно неожиданным образом. И с одной стороны никак не ожидаешь такого поворота событий, но с другой, он выглядит абсолютно логичным. Хочется сказать спасибо автору за изобретательность, такого подвоха я не ожидала и была приятно удивлена концовкой.

В целом же «Дом в 1000 этажей» - классическая антиутопия. У нас в наличии – несправедливое общественное устройство в рамках Дома, большой брат Муллер, недовольные угнетенные массы и герой, которому предстоит выступить против системы и практически в одиночку свергнуть тирана. Описание Муллер-дома, по которому передвигается герой, содержит весьма неприятные сцены вроде газовых камер, этажа слепых узников – с одной стороны и райских блаженств для приближенных владельца дома – с другой. Культ личности уже давно переродился в религию, и дом развивается по своим уникальным законам. Кто-то опускается вниз на более престижные этажи, кто-то взлетает наверх в трущобы навстречу тяжелой работе.

Главный герой, Петр Брок, неизвестным образом попавший в здание постепенно расшатывает власть тирана, бросает ему вызов, подрывает его авторитет и стремится к полному уничтожению Муллера. Даже соблазнительный роман не способен отвлечь его от цели. Герой в прямом и переносном смысле борется за свою жизнь. Потому что вопрос стоит ребром: или он победит и подарит слепым свет, а узникам – свободу, или победит Агасфер Муллер и система только укрепится.

ИТОГО: Классическая и одновременно неординарная антиутопия, которая с высокой долей вероятности удивит читателя своей концовкой.

Подумала-подумала, и все же решила убрать тег "антиутопия". Ну не вяжется у меня "Дом..." с антиутопией. Это скорее фантасмагорический сюрр, полный нелюбви к капитализму и буржуазии, страшная сказка о человеке, который купил небо и построил Дом. Да и концовка как бы намекает.

Вот Дом, который построил Муллер. Дом, имени себя. Там никогда не прекращается работа, этажи растут один за одним. Вот десяток для умалишенных, под ними - тюрьма, вот здесь сотня этажей для ослепших рабочих, пару сотен - для пристанища бандитов и отщепенцев со всего мира, Гедония - место вечного наслаждения. Дом тянется ввысь, к звездам, туда же стремятся ракеты, унося переселенцев, которые никогда не вернутся. День и ночь меняются по щелчку пальцев Муллера, он всезнающ и вездесущ, он - Бог своего Дома.

А вот Петр Брок, знаменитый сыщик, который бросил вызов Дому, который построил Муллер. У него есть неоспоримое преимущество - невидимость. И он пришел с Лестницы.

А вот царица принцесса Тамара, которую должен спасти Петр Брок, который бросил вызов вызов Дому, который построил Муллер. Для меня неоднозначный персонаж. Вайсс устами Брока подчеркивает ее непорочность, несгибаемость, силу воли, но мне она показалась слишком наивной и глупой.

А вот сам Муллер, который похитил принцессу Тамару, которую... и далее по тексту. Если кому-то нужно создать отвратительного персонажа, то стоит брать за основу Муллера. У меня никогда не появлялось прям вот брезгливого отношения к несуществующему человеку.

И вот концовка, которая, как по мне, оказалась стопроцентным попаданием в общий настрой книги.