Табия тридцать два
Алексей Конаков
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Алексей Конаков
0
(0)

Мимо этой книги пройти не могла, ведь она про шахматы. Автор ведет рассказ о туманном будущем в 2081 году. И какое же мерзопакостное будущее нарисовал Алексей Конаков. Россия не во мгле, а на коленях. Создан санитарный пояс, введен столетний Карантин, выкачиваются все природные ресурсы в счет умопомрачительных репараций. Практически с первых строк возникает жесточайший когнитивный диссонанс: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда».
Причиной всех бед и несчастий россиян объявлен имперский дух и агрессивность. Вот были бы они миролюбивыми и покладистыми, толерантными и инклюзивными, так и жили бы счастливо в прекрасном мировом сообществе. Корни нынешнего состояния, причины всех бедствий заключаются в русской литературе. Все эти Пушкины, Лермонтовы и Толстые только и прославляют ожесточенность, озлобленность и подозрительность. Под раздачу попала даже Анна Ахматова, и поделом, нечего писать стихи про час мужества и великое русское слово. Вывод такой – надо освободить Россию от ядовитого бурьяна словесности, изгнать русскую литературу из русской жизни. Автор благоразумненько обходит стороной литературу советскую. Действительно, Шолохов, Фадеев, Полевой сами кого хочешь освободят от дурных мыслей.
Вместо зияющей дыры в менталитете россиян предложено использовать новый культурный код – шахматы. Единственно, с чем я согласна в книге – страницы, где поют дифирамбы великой игре.
Удивляюсь еще и тому, как ухитрились промыть мозги российскому населению. Все разговоры – только о шахматах, о великих чемпионах и гроссмейстерах. Куда подевались дедушки и бабушки, играющие в домино, лото и подкидного? Вымерли естественной смертью или ликвидировали как социальную группу? Все переименовывается, свергаются старые памятники и устанавливаются новые. Спасская башня – в честь чемпиона Бориса Спасского, Юсуповский сад – в честь гроссмейстера Артура Юсупова, Ботвиннику – самый грандиозный памятник. Не спорю, заслужил Михаил Моисеевич, но не за счет Пушкина.
Стилистика автора вызывает восхищение полным погружением в шахматную тему. Речь персонажей настолько специфическая, что даже мне пришлось пару терминов посмотреть в словаре. Можно составить весьма краткий и далеко не исчерпывающий словарик.
О боже - Каисса.
Забыть, потерять – зевнуть.
Плохо – вопросительный знак.
Хорошо – восклицательный знак.
Прошло удачно – по первой линии.
Умереть – уйти за восьмую горизонталь.
В связи с этим возникает вопрос: «А какова целевая аудитория книги?» Для чтения необходимо плотное знакомство с шахматными именами и терминами. Неподготовленный читатель заскучает на первых страницах, тем более сюжет далеко не захватывающий. Кирилл, талантливый молодой ученый, вдруг осознает, как непрочен существующий мир. Волнует его не изолированность России, не бедность, не разруха, а ничейная смерть шахмат. Этой страшилке уже лет двести, но для Кирилла она реальная угроза.
Жанр книги определен как фантастическая опера. Можно говорить о фантасмагории, аллегориях, гротеске, стебе, иронии, сарказме, но вот ни разу ни смешно, единственное, что осталось после чтения - раздражение.
Комментарии 5
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.