Рецензия на книгу

• 

  NATAlLYA

  7 декабря 2009 г.

  Волжская земля богата талантами. Книги Бортникова - тому яркое подтверждение. Автор давно уже не живет в России, но никак не может избавиться от образов-нваждений, которыми наградило его детство. Не смогу и я теперь, как читатель, избавиться от них.
  Сюжета в книге, как такового, в обычном смысле этого слова, нет. Книга - воспоминание героя, находящегося в тюрьме, это разговор с тюремным психологом. Воспоминания перебираются, как четки. Это смех сквозь слезы. Картины детства героя шокируют и притягивают одновременно, потому что они яркие, выпуклые, достоверные. Искренность захватывает, красота выписанного завораживает.
  Толстый среди тонких, изящных или просто обыкновенных. Душа мечтателя в горе жира. Ненависть к своему телу и обожание совершенного тела: "Они поднимаются. Плывут вверх,стоя прямо на ремне подъемника. Молчаливые, сдвинув брови, как ангелы, красивые, как ангелы, и беспощадные, как ангелы... Их длинные ноги, их ремни, свисающие небрежно, животы и кубики пресса, и волоски около пупков матовые, покрытые мельчайшей пылью. Я замираю надолго, смотрю, не отрываясь, как они поднимаются, а потом умывают друг другу спины... вода тепла и медленной струей обливает их животы и спины, обтекает их руки, их шеи, будто формирует их тела... Я стою зачарован... как громом пораженный, как заколдованный в этом заколдованном замке с татуированными ангелами... Они шли мимо, даже не взглянув на меня, такие высокие, такие отрешенные... Я смотрел на них снизу, и казалось, это не они проходят, а ты проплываешь мимо по чудесной реке, полной блаженства и благодати... Мимо этих тел, как мимо скульптур. Я был восхищен и уничтожен!"
  И следующая картина, отвратительная в своей натуральности и настолько шокирующая, что ее невозможно забыть: "А в тот день мне стало невыносимо видеть себя... Свою жирное лицо! Свое отвратительное, бесподобно чужое лицо! Эта раскрашенная жопа с глазами! С глазами, полными слез и желаний! Они текли по морде, превращая ее в задницу, на которой кто-то рисовал акварелью!... Я был похож на человека, только когда страдал! Это открытие всерьез меня добило..." Дальше идет совершенно сумасшедшая сцена, когда ребенок пробудет тупыми ножницами отрезать от себя хоть кусочек жира.
  Жестокий мир взрослых глазами маленького монстра, внутри которого живет поэт: каждой ужасное явление описывается настолько красиво, что становится привлекательным.
  "Нерожденные младенцы... Сколько ночей они проплывают в моей памяти, перед глазами... Косяками удивительных рыб. Од
  ним было пять месяцев. Уже есть ресницы... Длинные ресницы, черный чуб и шерсть на загривке... А другие постарше, крупные, плавные, с ноготками, с ямочками на руках и локотках. А некоторые совсем как мальки, прозрачные мертвые рыбки, уснувшие зеркальные карпы!"
  "Старухи подыхали пачками. Как птицы осенью, они сбивались в стаи и улетали... Я приезжал, уезжал, взрослел, кончал один класс, другой, и ряды их редели, как зубы. Оставшиеся в трансе сидели еще какое-то время после похорон. А потом они смыкали ряды. Сдвигали задницы, как солдаты в строю".
  "Я так хотел выразить то, что меня переполняло! Как немой! Как заика! Быстрее мысли! Быстрее, чем песня! Быстрее красоты и смерти!"
  Великий немой Дмитрий Бортников.

  9 понравилось

  100