Item: Ночь будет спокойной
Rating: 5
Author: Flight-of-fancy

24 августа 2014

В моей эскадрилье был пилот, Бордье. Надевая перчатки перед тем, как сесть в самолет, он смотрел на небо, на звезды, затем с удовлетворением произносил: «Ночь будет спокойной».

Какая же она ужасно тоненькая, эта книга! Всего каких-то пятьсот страниц, даже меньше – ну просто форменное издевательство же, разве можно так быстро заканчивать только начавшийся разговор?! Я ведь только-только начала узнавать настоящего Ромена Гари, и что – все? Ну нет, мне мало, ужасно мало, я требую продолжения, еще хотя бы одну книжечку такого же объема, ну пожалуйста.

А ведь до начала чтения «Ночи» я о личности Гари не задумывалась в принципе, он всегда бы где-то за кадром своих романов, по умолчанию, просто был как факт и все. Так что о том, какой он потрясающий, я даже не догадывалась, точнее, не понимала насколько он потрясающий. Да, самый обычный человек, но бесконечно располагающий к себе уже через один только книжный текст, как же жаль, что его не увидеть в живую, не понаблюдать за ним хоть пару минут – он ведь правда совершенно потрясающий, я даже слова другого не могу подобрать на замену. Восхитительно ироничный, непередаваемо грустный и удивительно романтичный и честный, надеющийся сделать мир хоть чуть лучше. Да, не без ошибок или неприглядных поступков, ну так на то он и живой человек. Военный летчик, писатель, дипломат, кинорежиссер, журналист, феминист (как странно произносить это слово в мужском роде). Человек, обычный чудесный человек.

Не представляю, как можно написать подобного рода книгу – так раскрыться перед тысячами, если не миллионами незнакомых людей, выложить им себя на блюде, да еще и придать этому красивую и отточенную форму, проработать структуру вопросов и ответов так, чтобы это действительно выглядело разговором двух людей, а не монологом одного. Но вот эта книга – и она восхитительна. Спасибо, Ромен, просто спасибо.

Возвращались всякий раз потрепанные, потеряв целые экипажи, но он, очень довольный, всегда повторял: «Ночь будет спокойной», и его тонкие усики шевелились. А потом он не вернулся, он тоже…