Рецензия на книгу

• 

  winpoo

  2 сентября 2023

  Исландский семантический аккорд ми-минор

  https://yandex.ru/video/preview/17644142384785247578

  Короткая и, в общем, простая история, имя которым - легион и которой легко потонуть в море таких же нарративов, рассказанных людьми, как и герой, прожившими свою жизнь, барахтаясь в пене повседневности, сквозь которую мелькнуло, как золотинка в прибое, что-то из ряда вон выходящее. По сути, довольно часто смысл любого рассказываемого существования выстраивается вокруг всего лишь одного эпизода, в котором человек отвечает на собственный - заданный или даже не заданный - вопрос «Зачем я сделал то, что сделал?».

  И, на самом деле, что это было для Бьяртни? - Подарок судьбы? Жизненная ошибка? Проверка на зрелость? Экзистенциальная приманка, на которую он не клюнул? Знак, на который не откликнулся? Простая случайность, возникшая ниоткуда, исчезнувшая в никуда и ничего не изменившая в жизни? Экзистенциальный текст, написанный просто, по-житейски, оставил во мне отзвук печального семантического аккорда (ми-минор – самая грустная на свете тональность), и я долго пыталась определить причину печали, в общем, не имеющей ко мне никакого отношения.

  Это было не столько письмо, сколько самоисповедь, в которой человек пытается подвести итоги жизни и на пороге старости принять ее целиком, как есть, уже не имея особых возможностей что-то в ней изменить. По сути, это не диалог Бьяртни с Хельгой, а его внутренний диалог с самим собой, попытка объяснить себе, убедить себя, что все в жизни было ровно так, как и должно было бы быть, и не могло быть иначе, поэтому no tears, no sadness, no regrets. И все же текст насквозь пропитан и tears, и sadness, и regrets. Почему?

  При чтении во мне смешивались брезгливость, жалость к герою и разочарование от упущенных им возможностей, способных что-то сделать со скучной повседневностью его существования: овцы, трактор, вареные головы трески, холод, моча, тюленье сало – «и так без конца до конца». Я сопереживала его экзистенциальной неудовлетворенности и размышляла о его добровольном смирении с судьбой, готовности принести себя в жертву, отказе от жизненных перемен, способности удовлетворяться малым и жить резонансом воспоминаний. Ради чего? Просто потому, что любовь, как вспышка, уже озарила жизнь, и это бы его максимум, точка омега, а раз это уже было, то спасибо судьбе за это, а он, не желая большего и страшась его, удовлетворится тем, что поступил «правильно»? А что в жизни вообще правильно и неправильно, если даже с десятью заповедями почти никому не удается договориться? Но, с другой стороны, жизнь ведь и вправду состоит из мелочей и многочисленных оттенков одного и того же, а люди в своем большинстве – не искатели приключений.

  Я все думала, а если бы он поступил иначе – сорвался вслед за Хельгой в Рейкьявик и в корне изменил бы свою жизнь? Что бы тогда было? Могла бы это быть совсем другая жизнь, полная новых возможностей и лучше отвечающая его желаниям? Хватило бы той их любви на все остальное в жизни? Или все-таки было правильно сохранить ее как прекрасный эпизод, способный поддерживать его в здравии и болезни, в богатстве и бедности…? Поддерживать быт всегда легче, чем выстраивать бытие. В общем, что сделано, то сделано, и в его исповеди было и благоговейное счастье от того, что он лишь слегка нарушил исландский миропорядок, и в его прошлом была сильная страсть, достающаяся далеко не каждому, а ее отзвук оказался способным осветить смыслом его последующую жизнь. Если это была та самая жизнь, конечно.

  29 понравилось

  0

  468