Деды и прадеды
Дмитрий Конаныхин
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Дмитрий Конаныхин
0
(0)

Дмитрий Конаныхин мне был известен прежде всего как ведущий "Российского радио университета". Однако, "Новогодний флешмоб" открыл ещё одну сторону его деятельности - литературную.
И о чём же он рассказывает? Деревенский быт с начала двадцатого (местами - даже конца 19-го) века и по самый его конец. Смежные деревни, которых сейчас и на картах-то нет - вымерли, а тогда бурно живущие Торжевка, Дарьевка, Липовка, Журовка да ещё Топоров. Не образцовый советский колхоз и даже не окрестности большого города. Просто деревни - со своей историей, долгой родовой памятью(особенно на плохое), плясками и драками, добрыми парубками да красными девками, суевериями и слухами.
Здесь вам и Первая мировая, и время недозрелого социализма
и военные годы "под немцем" и после, и послевоенные годы, и полёт в космос. Купюр здесь особо нет - и голод, и карточки, и трудодни, и ворожеи на смерть, и несчастная любовь, и чего тут только нет. А, точно, красного знамени нет. Ни в плохом (всё из-за них), ни в хорошем (только тяга к мировой революции позволила выжить) смысле. Книга не о политике, а о людях.
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Дмитрий Конаныхин
0
(0)

Дмитрий Конаныхин мне был известен прежде всего как ведущий "Российского радио университета". Однако, "Новогодний флешмоб" открыл ещё одну сторону его деятельности - литературную.
И о чём же он рассказывает? Деревенский быт с начала двадцатого (местами - даже конца 19-го) века и по самый его конец. Смежные деревни, которых сейчас и на картах-то нет - вымерли, а тогда бурно живущие Торжевка, Дарьевка, Липовка, Журовка да ещё Топоров. Не образцовый советский колхоз и даже не окрестности большого города. Просто деревни - со своей историей, долгой родовой памятью(особенно на плохое), плясками и драками, добрыми парубками да красными девками, суевериями и слухами.
Здесь вам и Первая мировая, и время недозрелого социализма
и военные годы "под немцем" и после, и послевоенные годы, и полёт в космос. Купюр здесь особо нет - и голод, и карточки, и трудодни, и ворожеи на смерть, и несчастная любовь, и чего тут только нет. А, точно, красного знамени нет. Ни в плохом (всё из-за них), ни в хорошем (только тяга к мировой революции позволила выжить) смысле. Книга не о политике, а о людях.
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.