Рецензия на книгу

• 

  svetlaschka

  5 марта 2023

  Понять перформанс сложно. Осознать, что кроме него еще есть акции, хэппенинги и энвайронменты, еще сложнее. «Многие не любят перформанс, потому что видели много плохих. Сказать по правде, человеку вообще-то выпадает мало хороших перформансов в жизни», – утверждает родоначальница жанра Марина Абрамович.
  Это удивительная женщина мощной энергетики и не только: «Гармония, симметрия, барокко, неоклассика, чистый, светлый, блестящий, туфли на высоких каблуках, эротика, вращение, большой нос, большая задница и, вуаля: Абрамович!»
  Да эпатажно, да вызывающе, да порой непонятно и странно, но ведь это будоражит и заставляет видеть в каждой постановке художника глубокую идею: «Мне так надоела установка на то, что искусство должно быть красивым. В деле искусства единственное, что имело значение для меня, – смысл работы. Я верила, что искусство должно беспокоить, искусство должно задавать вопросы, искусство должно предугадывать будущее.»
  Думаю, многие хоть раз слышали о ее самых известных работах – например, «Ритм 0» (1974). На протяжении 6 часов любой из пришедших мог делать с Мариной все, что пожелает, использовав 72 предмета, заботливо разложенных художницей на столе. В числе тех предметов были и колюще-режущие, и даже пистолет, а рядом пуля. Спустя три часа безобидных действий начался кромешный ад. Никто не ожидал, что люди смогут зайти настолько далеко – мужчина разрезал ножницами футболку и снял ее с Марины, люди ставили ее в разные позы, кто-то надел ей на голову шляпу – котелок, помадой на зеркале кто-то написал «IO SONO LIBERO» и дал ей в руку, кто-то написал на лбу «END», кто-то втыкал булавки, кто-то медленно выливал стакан воды на голову, кто-то сделал надрез на шее и сосал кровь из раны, ну и нашелся тот, кто зарядил пистолет и вложил перформансистке в руку.
  В другой работе «Губы Томаса» (1975) Марина бритвой вырезала на животе пятиконечную звезду, хлестала себя кнутом до тех пор, пока не переставала чувствовать боль, ложилась на крест из ледяных кубов, на живот был направлен нагреватель, который заставлял вырезанную на животе звезду кровоточить, все остальное тело замерзает. И это по доброй воле пойти на такую жестокость по отношению к себе. Откуда такой мазохизм? А все из детства, которое у Марины было несколько странным. Мама не умела выражать любовь, а только побои, даже в тех случаях, когда ребенку требовалось участие и сочувствие. Что такое боль, будущая художника знала не понаслышке. Под диктатом матери девушка прожила до 29 лет, каждый день возвращаясь в 22.00 домой. И уже будучи замужем должна была жить отдельно от мужа. Реальная свобода началась, когда она смогла сбежать к новому возлюбленному, художнику Улаю, в Голландию.
  Условно книгу можно разделить на три части: «до Улая», «с Улаем» и «после Улая». Это был потрясающий двенадцатилетний творческий союз, который родил массу перформансов про отношения мужчины и женщины и не только. В «Пройти сквозь стены» бесконечно много страданий: сильнее всего вышибает слезу момент их расставания, которое пара превратила, пожалуй, в самое лирическое и масштабное произведение в истории искусства – перформанс, в котором Абрамович идет по Великой китайской стене с Востока, а Улай – с Запада, чтобы встретиться посередине и пожениться. На подготовку и местную бюрократию ушло 8 лет, их отношения изменились. Улай сломал не только романтическую идею с женитьбой, переспав со своей китайской переводчицей (она забеременела), но и весь художественный замысел.
  Идея каждого проекта Абрамович, выступления и даже фотографии описана в мемуарах максимально подробно. Она рассказывает, зачем чистила груду костей от крови и мяса на Венецианской биеннале, спускалась к крысам, с разбега врезалась в стену, смотрела в глаза змее, истово расчёсывала волосы, приговаривая: «Искусство должно быть красивым, художник должен быть красивым», выпивала литр вина и съедала килограмм меда, зачем лежала обнаженной 90 минут с положенным на нее сверху скелетом.
  Автобиография читается на одном дыхании и после прочтения еще долго не отпускает: это одновременно и драма, и триллер.
  После знакомства с книгой Марина Абрамович превратилась для меня в сверхчеловека, стала примером стойкости, чувственности, истинности. Я стала иначе воспринимать искусство перформанса в целом. Я никогда не просижу, не вставая, по 8 часов семьдесят пять дней. Мне и 5 часов сидения при приеме экзамена в большой группе даются с большим трудом. Я никогда не стану резать себе живот бритвой и не съем килограмм меда и сырую луковицу. Я никогда не покажу свое нагое тело миру, и у меня не будет учеников, которые считают меня мудрой и отважной (хотя, как знать?). Но от того, что делает Марина, я становлюсь сильнее. Она живет своим искусством, и оно неотделимо от нее.
  

  7 понравилось

  0

  399