Рецензия на книгу

• 

  Jake87

  11 января 2014

  Дневники писателя Е. Шварца. Если ждать от них "фирменной" шварцевской глубокомысленной иронии и юмора, то книга разочарует - иногда даже не верится, что такой минорный человек мог написать "Тень", "Обыкновенное чудо" и т.д. Рефреном по всем записям идет переживания по поводу любой критики автора, смешанное с недоумением по поводу успехов. Характерная запись - после ошеломительного успеха "Обыкновенного чуда" недоверие, скепсис и наконец облегчение после первых негативных критических отзывов.
  Однако, если отвлечься от остального творчества Шварца, то книга оказывается удивительным примером самоанализа и рефлексии, где-то на уровне дневников Толстого и "Исповеди" Августина Блаженного. При этом автор не рассчитывал на читателя, писал "для себя", чтобы вырабатывать навык работы и усидчивости.
  Также интересны зарисовки о друзьях и знакомых Шварца. Большинство из - знаковые люди эпохи: Маршак, Чуковский, Хармс, Заболоцкий и др.
  Например,
  

  
  Сейчас трудно представить, как мы были веселы. Пантелеев вспоминал, как пришел он в 26–м году впервые в жизни в детский отдел Госиздата и спросил в научном отделе у наших соседей, как ему найти Олейникова или Шварца. В это время соседняя дверь распахнулась и оттуда на четвереньках с криком «Я верблюд!» выскочил молодой кудрявый человек и, не заметив зрителей, скрылся обратно. «Это и есть Олейников», — сказал редактор научного отдела, никаких не выражая чувств — ни удивления, ни осуждения, приученный, видимо, к поведению соседей…

  
  или
  

  
  Мариенгоф рассказал такой случай. Шостакович терпеть не мог театрального деятеля Авлова. Но вот Авлов по какому-то делу попал под суд. Шостакович сказал Мариенгофу, что Авлов на суде показался ему человеком совсем другим, что держался он с достоинством и, видимо, ни в чем не виноват. «Вот и съездили бы к прокурору СССР да просили бы за Авлова», — сказал Мариенгоф полушутя. И Шостакович поехал в Москву и, как взрослый, добился приема у прокурора, и дело Авлова было пересмотрено. Его оправдали. Ради незнакомого и неприятного человека вышел он из привычного отъединения. Серьезный, с независимыми трепаными волосами, падающими на лоб, глядя на прокурора СССР через слишком большие на мальчишеском его лице очки, добился он достаточно трудного успеха. Тот же Мариенгоф сказал однажды, что он в тяжелом состоянии, а вот приходится ехать в Москву. Нахмурившись, Шостакович заявил тотчас же, что он поедет с Мариенгофом. Еле уговорили его домашние и сам Мариенгоф. А были они только в приятельских отношениях.

  
  В общем, мне книга очень понравилась, располагает к вдумчивому и неспешному чтению - 10 баллов из 10

  13 понравилось

  0

  325