Рецензия на книгу

• 

  Unikko

  25 июня 2013

  "Эти страницы не биография человека, а биография книг".
  Николай Анастасьев, возможно, самый деликатный биограф из всех, кого я когда либо читала. Его книга - действительно биография книг, история созданий произведений и их анализ; события из жизни самого Фолкнера упоминаются редко и только в тех случаях, когда действительно необходимо. Всё это - из уважения к писателю, твёрдо оберегавшему личную жизнь от публичного любопытства, – эссе Фолкнера о частной жизни приведено в конце книги. Поэтому "Владелец Йокнапатофы" стал рассказом о Фолкнере-художнике, подробном, с цитатами из выступлений и писем, исследованием основных произведений, историей публикаций и отзывами критиков.

  Есть и ещё одна цель у Анастасьева, заведомо недостижима, чем и вызывает восхищение, - постараться объяснить книги Фолкнера и тем самым сделать его ближе читателю. Почему недостижимая? А как можно объяснить "Шум и ярость"? Пересказать сюжет (о безнадежности такого подхода Анастасьев прямо предостерегает, цитируя Сартра: "это будет совсем другая история"), привести все литературные аллюзии (но это не "Улисс", не "книга книг"), раскрыть идею "своими словами"? Анастасьев справедливо пишет, что и авторский комментарий, и многочисленные критические исследования "Шума и ярости" только усложняют дело, но вместе с тем приносят и пользу - заставляют задуматься. Вот какой ключ к пониманию даёт критик: "для Фолкнера всегда, даже в ранней молодости, внутренние порывы души были самым увлекательным и самым драматичным из всех возможных приключений". Поэтому можно если не понять, то поверить, что "Шум и ярость" - "художественно выраженное существо человеческого опыта, модель общего состояния человечества".

  Мне почему-то кажется, что более близкое знакомство с Фолкнером – его биографией, историей создания романов, критическими анализами произведений – не поможет полюбить Фолкнера тем, кого оставили равнодушными его книги. Просто Фолкнер не тот писатель, который поддаётся критическому познанию. Вот Гоголя, прочитав "Лекции" Набокова, полюбить можно, а Фолкнер без понимания, вчитывания в его книги, так и останется "тайной комнатой".
  Когда встречаются в отзывах и рецензиях на книги Фолкнера такие выражения: "трудно читать", "какое огромное неуважение к читателю со стороны автора", "ничего не понятно" и закономерно вытекающее отсюда "меня не впечатлило", трудно оставаться равнодушной. Нужно понять, что подобный стиль – это осмысленный художественный приём (в обычной жизни Фолкнер так не разговаривал), и именно такой стиль необходим, чтобы донести определенную мысль и идею. Невозможно, начиная с 20-30ых годов XX века, писать так, словно Джойса никогда не существовало, особенно будучи англоязычным писателем. Это вовсе не означает, что "поток сознания" отныне и навеки должен стать единственным художественным приёмом, но каждый писатель должен осмыслить для себя, что такой стиль способен выражать авторскую идею, иногда справляясь с этой задачей лучше классического повествования.

  Я часто сравниваю Фолкнера с кубистами (сравнение не точное, зато наглядное): основной принцип кубизма – стремление раздробить реальные объекты на части, сознательная деформация и деструкция натуры. Так и у Фолкнера: есть некий сюжет, который словно "ломается", рассеивается по всему произведению, представлен он не одним, а как правило, несколькими рассказчиками, с разных точек зрения, и как результат - ощущение от затронутой автором темы гораздо убедительнее, чем при традиционном, линейном повествовании.
  И Анастасьев пытается объяснить Фолкнера (только гораздо красноречивее и убедительнее), и кажется, справляется с этой невообразимой задачей. Мне только жаль было, что для своей книги автор выбрал хронологический метод – лишь раз или два он нарушает его. Столь замечательная глава о "Шуме и ярости" - "самое лучшее поражение", "книга итогов", "надо было Фолкнеру начать с конца - он и начал", пишет Анастасьев, ну а этой главой надо было закончить.

  P.S. Поскольку никакое исследование или биография не помогут понять Фолкнера лучше, или просто понять, чем собственно его романы, не стоит начинать знакомство с американским классиком с книги Анастасьева. Может возникнуть вопрос, а с чего в таком случае начинать? Ответ простой: с "Шума и ярости": если Фолкнер "ваш" писатель, вы полюбите и это, и все остальные его произведения; если нет, то, по крайней мере, прочитаете произведение мировой классики, из "обязательной программы" (трудности чтения можно считать "налогом на интеллигентность"). Но я от души желаю всем открыть для себя Фолкнера!

  19 понравилось

  8

  164