Рецензия на книгу

• 

  MironGetz

  15 ноября 2021

  Сборник из двух частей: хорошая первая и очень слабая вторая

  Первая половина книги (рассказы) хорошая. Местами — очень хорошая. Интересные судьбы, занимательные сюжеты. Почти в каждом рассказе есть объем (чаще всего он достигается за счет такой категории, как время, то есть, за счет отсылки к истории семьи персонажа— к судьбе других поколений, иному жизненному укладу и другой общественно-экономической формации, к оставшемуся в дореволюционном или доперестроечном прошлом социальному статусу героев). У каждой истории из первой части есть структура и кульминация. Некоторые рассказы вызывают довольно сильные эмоции.

  Вторая половина книги ничего, кроме недоумения, не вызвала. Мне кажется, без нее книга была бы куда лучше.

  Профессиональные критики в отзывах на эту книгу оправдывали вторую часть тем, что в ней нам якобы явлен почтенный жанр записных книжек, которым не брезговали ни Ильф с Петровым, ни Довлатов. Однако аргумент, мягко говоря, слабоват, и вот почему.

  У Довлатова в "Соло на "Ундервуде""миниатюра любого объема — это, по сути, законченная история, содержащая зерно сюжета с завязкой, развязкой и кульминацией:

  
  Горбовский, многодетный отец, рассказывал:
  — Иду вечером домой. Смотрю - в грязи играют дети. Присмотрелся - мои.
  

  Либо короткий, остроумный анекдот:

  
  Встретил я как-то поэта Шкляринского в импортной зимней куртке на меху.
  

  • Шикарная, - говорю, - куртка.
  • Да, - говорит Шкляринский, - это мне Виктор Соснора подарил. А я ему
  • шестьдесят рублей.

  
  

  А в книге Ким почти все зарисовки из второй части — рыхлые и бессюжетные. Возможно, эти затянутые соседские пикировки по поводу дворников-мигрантов и/или дерьма в лифте были бы уместны в качестве фрагмента в большом тексте. Но самостоятельными, законченными текстами небольшого объема (то есть анекдотами в старом значении этого слова) зарисовки Ким не являются. Почти все вызывают либо недоумение, либо чувство неловкости за автора.

  И дело не в дерь...е, и не в обсценной лексике, которая в определенном контексте бывает чудо, как хороша. У того же Довлатова, например, очень люблю вот эту миниатюру:

  
  У Валерия Грубина, аспиранта-философа, был научный руководитель. Он был
  недоволен тем, что Грубин употребляет в диссертации много иностранных слов.
  Свои научные претензии к Грубину он выразил так:
  

  • Да х...ли ты вы ...бываешься?!

  
  

  Проблема в том, что у Ким эти зарисовки во второй части — это не смешно, это не грустно, это — никак.

  Вот правда, после второй части хочется вслед за апокрифическим Леонидом Ильичом, будто бы выходящим вместе с А. Куросавой с закрытого показа фильма Э. Климова "Агония", с искренним недоумением прошамкать: "А зачем это?"

  Но, повторюсь, первая часть книги стоит прочтения.

  21 понравилось

  0

  403