Рецензия на книгу

• 

  Morra

  10 февраля 2013

  Уже не вчера, еще не завтра.

  За что люблю писателей-аборигенов - у них чуждая нам, другая реальность выглядит естественной средой обитания, а не пышными и яркими театральными декорациями. Но Ассия Джебар - и дочь своей страны, и дочь своего века. Она пишет свои романы где-то на стыке между старым и новым: традиции и обычаи Востока смешиваются с современностью и самое сложное - определить себя в этом меняющемся мире. Её героини (а пишет Джебар именно об арабских женщинах) то цепляются за живучие обломки прошлого, накидывая вуаль и запираясь на женской половине, то бросают вызов окружающим, вырываясь далеко за рамки дозволенного. Они и выделяются из толпы и принадлежат ей. Они потрясающе живые, сильные, способные на поступки, которыми можно восхищаться и которые точно так же можно осуждать.

  "Нетерпеливые" ** и "Жажда"
  Оба романа написаны в 1950-е с разницей в год. Джебар слегка за 20, ее героиням - чуть меньше. И вопрос, насколько автобиографичны образы, не дает покоя. В обоих случаях девушки оказываются вовлечены в странные отношения и пытаются разобраться в себе и в них, а попутно лгут, интригуют, строят изощренные схемы, добиваются желаемого. Отношения между героями несколько раз переворачиваются с ног на голову, что напомнило мне романы Айрис Мёрдок, где никогда не знаешь, кто в итоге с кем останется.
  "Жажда" - яркая, солнечная, жизнерадостная, более европеизированная. Чувствуется очень сильное влияние "Здравствуй, грусть!" Саган (разница всего в три года!) - лето, пляж, вседозволенность, но одновременно - интриги и трагедии. Вот только Надия, героиня "Жажды", более умна, опытна и изощренна, хотя и не лишена человечности.
  "Нетерпеливые" оставили больше вопросов, причем, вопросов именно к героине. Есть такая категория людей с заложенной программой разрушения, бунта и жаждой очутиться в центре драмы. Они всегда находят ради чего восставать, что разрушать и кого уничтожать (пусть даже себя), но как бы сильно не грянула буря, они - именно они, вызвавшие ее - всегда остаются среди выживших, выбираются, как кошки, из всех передряг, но только для того, чтобы затеять следующие. Лживые и эгоцентричные, скрывающие до поры до времени свой внутренний стержень под маской вялости. И снова возникла литературная ассоциация - "Жажда любви" Мисимы.

  "Любовь и фантазия"
  А вот поздний роман вышел совершенно другим. Мне нравятся все те же меткие наблюдения Джебар, ее лиричные описания, рассуждения о любви (да, название не обмануло), любопытные замечания о мире арабской женщины (мужа в разговоре чаще всего называют "он", а не по имени; писать письмо жене неприлично - ведь каждый может прочесть на конверте ее имя и т.д.), но в этот раз структура романа крайне невнятна и отдельные части диссонируют друг с другом. Но, кстати, это единственный роман, где затрагивается тема борьбы за независимость, потому что первые два оставили в этом смысле ощущение полного вакуума.

  Эксперимент более чем удался.

  60 понравилось

  337