Рецензия на книгу

• 

  korsi

  5 ноября 2012

  Странный человек из рода Вэла не чтил ни богов, ни духов, не приносил жертв, не обращался к шаманам, и не было запрета, который он не нарушил.

  Уж сколько раз твердила я себе не поддаваться читательским ожиданиям, да только всё не впрок, особенно когда передо мной свежая книга от «нового имени в Российской словесности» с таким заманчивым трайбал-рисунком на обложке. Боюсь, в этот раз я буду несправедливо сурова, но ведь строже всего судишь то, на что возлагаешь большие надежды.
  История Мэбэта — это эпическое сказание, психологический роман и семейная сага в одной фляге. Заглавный герой — любимец божий, сказочно счастливый человек, по меркам таёжных охотников. Он-то думает, что его счастье есть только ловкость ума и рук. Неудивительно, что соотечественники не жалуют его, попирающего все законы; он сам себе — закон. Индивидуалист, эгоцентрик, хозяин судьбы — антикультурный герой, по сути, это человек нашего века, который, должно быть, по ошибке родился охотником в древней дремучей тайге. Пожалуй, одно омрачает жизнь героя: единственный сын вырос совсем не в него, такой же человек как все люди, глупый и суетный. Холодная борьба двух истин: любимца богов и человека пурги, отца и сына, — занимает первую половину книги.
  Ровно посередине книги грянуло долгожданное: к Мэбэту явился проводник в мир иной, и тут за семейной сагой потянулась чайкаливингстоновщина или что-то вроде «куда приводят мечты» на северный манер. Молчавшие полкниги боги наконец спохватываются перековать антикультурного героя в настоящего культурного и гонят его по местным кругам ада — одиннадцати (на самом деле меньше) чумам искупления. Каждый из чумов, как и полагается по закону жанра, населён потусторонними тварями, да только не разберёшь: то ли это действительно плоды народного воображения, то ли сны авторского разума.
  

  
  «Тысячелетиями зелёный океан поглощал обломки распрей, бушевавших на пространствах цивилизованных миров Европы и Азии, и ничего не отдал взамен, не выбросил на берег — всё обратил в тайну, загадку, в тёмные письмена. Может быть, поэтому Тайга остаётся тем единственным пространством Земли, где человеческие страсти обитают вне изощрённых толкований, и человека здесь ждёт, наверное, самая удивительная и важная встреча из всех возможных — встреча с самим собой»
  — пел автор в предисловии к роману.
  Предвкушая встречу с собой, я радостно бросилась в эту чащу, но вскоре увязла в непроходимых снегах обстоятельного повествования. Важные, поворотные эпизоды мелькали со свистом, как пущенная зачем-то в воздух стрела, зато короткие, мимолётные мгновения приходилось долго обходить кругами. Изредка в качестве пайка мне выдавались метафоры, сухие и плоские, как вяленые рыбёшки.
  Понимаете, у меня есть искреннее убеждение, что для такого модного нынче, но своеобычного жанра «этнической» прозы гладкопись — смертельный грех. Древняя, дикая экзотика должна оглушать нас рыком и бубнами, мы должны вдыхать дым костров, запах шкур и топлёного жира, мы должны отрешиться от своей цивилизации и хоть ненадолго принять сумрачное языческое мышление. А вместо этого автор пытается пришить древним людям тайги современную психологию, вплоть до совершенно мелодраматичных выходок. Все причины и следствия своего довольно нехитрого сюжета он разъясняет подробно, сухо и не по разу. Идеи, достойные пера Коэльо, вываливает прямо так — сырыми, а в финале вовсе возвышается до поучений в духе Владимира Мономаха. Скучно, господа.
  Об издании. Такой вопиюще небрежной вычитки я, пожалуй, ещё не видела: запятые, как табуны диких оленей, пасутся где им заблагорассудится среди кочек совершенно нелепейших механических опечаток. Корректора, должно быть, сманила Одноглазая Ведьма и поила грибным зельем, пока книгу выпускали в тираж.
  Вывод. «Мэбэт» попал, что называется, в мэйнстрим, — как раз начинают оттаивать льды забвения вокруг древних мифов, и это прекрасно. Обращение к ненецкой мифологии — очень удачный шаг, тем более что сам автор, если верить аннотации, жил в Сибири, так что даже для снов его разума, скорее всего, было основание. Однако при всём этом вещь, на мой взгляд, проходная, и после неё будут «потопы, сотрясения земли и нашествия льдов», — то есть, будут ещё шедевры, хочется верить.
  Хотя лучше бы уж Рытхэу переиздали, в самом деле.

  34 понравилось

  0

  266