Рецензия на книгу

• 

  countymayo

  8 января 2012

  За год я прочла три произведения словацкой писательницы Клары Ярунковой. Прочла усердно, с чувством, с толком, с расстановкой, и не перестаю дивиться: как одной и той же персоне с незначительным интервалом времени удалось написать образцовую трагедию ("Брат Молчаливого Волка"), образцовую семейную драму ("Единственная") и образцовую же комедию? Ну да, на форзаце указано: для младшего школьного возраста. Но проймёт вне зависимости от возраста: от семи до ста семи. И старше. Вот себя в пример приведу. Как ноябрь, так становлюсь скучна, позевотою, потяготою и пустоглавием стражду, и из этой-то осенней хворости меня извлекли... тридцать вордовских страничек. Само построение фразы таково, что не хочешь, а смеёшься.

  Но Миша начал сам и сказал, что есть такие девчонки, которые могли бы быть даже ребятами, а есть и ребята — хуже баб. Я сознался, что теперь и сам это понимаю, раз Анча получила пятерку и за дрова и за вышивание, а я получил тройку и за дрова и за вышивание. Миша сказал, что тут никто не может выбирать, кем он будет, девчонкой или мальчишкой. Вот он, Миша, должен был родиться девчонкой, потому что его родители очень хотели девочку и даже, когда он учился в первом классе, не стригли ему волос. Но потом отец повел его и постриг, и тогда уж родители окончательно примирились с тем, что он будет мальчиком.

  "Тайный дневник" приводит на память "Витю Малеева в школе и дома", шедевр Николая Николаевича Носова. Жанр один и тот же: очень доброе, но в то же время колючее повествование школьника от первого лица, где незаметно вскрываются различные несуразицы осваиваемой вселенной. Однако, если "Витя Малеев" во многом нравоучителен, дидактичен даже ("Учись учиться!"), то "Тайный дневник" - это само ехидство. Третьеклассники Мирослав Фасолька и Миша Юран смотрят на мир двойным взглядом - подчёркнуто простосердечным детским и умудрённым взрослым. В совершенно оруэлловских ситуациях, нарочно не придумаешь, они сохраняют здравый смысл и нравственные ориентиры. С отвращением, но сохраняют. Поднимаются самые неожиданные проблемы, обсуждаются серьёзнейшие темы:

  Мирослав Фасолька и феминизм.
  Мирослав Фасолька и советско-чехословацкие отношения.
  Мирослав Фасолька и симулякры.
  Мирослав Фасолька и биоэтика.
  Мирослав Фасолька и достоверность Библии.
  Мирослав Фасолька и тестовая форма оценки знаний.
  Мирослав Фасолька и космические технологии.
  Мирослав Фасолька и искусство перформанса.
  Мирослав Фасолька и коллективная ответственность:

  Я думаю так: если уж пионер попал в редакционную коллегию, то он должен работать, а не лентяйничать, как мы. А если уж он ничего не делал, то должен хотя бы во всем признаться. Вот мы и признаемся — то есть выступаем с самокритикой.
  Но на собрание пришел и Миша, потому что гланды к этому времени у него уже вырезали. И Миша сказал:
  — Знаешь что, Канторис, ты говори только за себя. Чего ты говоришь за всех? Мне твоя самокритика не нужна, потому что я не ходил на редколлегию из-за гланд.
  Канторис разозлился:
  — Ну, значит, к Юрану моя самокритика не относится. Он, наверно, думает, что гланды важнее самокритики... Конечно, критиковать самого себя не каждый может.
  Но Миша сказал:
  — Ты все можешь. Тебе только делать что-нибудь трудно, а критиковать куда как легко.

  Трудно передать, с каким чувством я, далеко уже не школьница, вчитывалась в эти строки после очередного собрания на работе. Господи, Боже мой, ведь всё прописные истины, понятные малышам! Как же великовозрастные дамы и господа умудряются вытеснять эти сакральные знания куда-то на периферию разума? Да, Клара Ярункова объясняет очевидное. Какую благородную и невыполнимую задачу, оказывается, она взяла на себя!

  И хлынул тут дождь и лил сорок дней и сорок ночей подряд, вот тогда-то и случился потоп. Я спросил:
  — А что, звери тоже тонули или нет?
  — Конечно, и звери, — ответила бабушка.
  — А что, разве и на них господь бог разгневался за грехи тяжкие? — спросил я.
  — Да нет, звери не грешат, у них же нет души.
  — А зачем же он, господь, хотел их утопить?
  — Ну, знаешь! — рассердилась бабушка. — Звери терпели за нас, за людей.
  Мне это дело не понравилось. Зачем же страдать невинным? Я бы за Канториса страдать не стал и за его грехи даже нашего пса Буру и то не разрешил бы утопить. Уж лучше б я бросил в потоп самого Канториса! Тем более что он все равно как-нибудь выплывет.

  Скачивать здесь, на Виртуальной книжной полке, и всем желаю хорошего настроения.

  29 понравилось

  4

  165