Рецензия на книгу

• 

  Corlija

  28 января 2020

  В друзья

  Личная драма на фоне Чикаго

  Эта история вмещает в себя столько, что прежде чем попытаться упорядочить её смыслы и значения, я могу определенно сказать одно: она не сводится к очередной "бульварной" истории любви, независимо от её развития и финала.

  Прежде всего это - метароман. Роман о том, как якобы создавалась данная история. Конечно, не обязательно, что именно так она и создавалась и не является вымыслом - за рамками романа об этом не сказано. Но дела это не меняет.

  Эта история - о девушке "с трагедией в душе", поскольку только человек с трагедией в душе, не будучи больным, в 25 лет может так много говорить и думать о смерти и довести до трагедии превратности судьбы и отношений, с которыми многие люди живут дальше.

  Эта книга о сложностях взаимоотношений и взаимопонимания между любящими людьми, когда страхи мешают им адекватно выразить себя в "ответственные" моменты, чтобы не ранить другого, чтобы не довести до разрыва. Сколько личных драм и трагедий в жизни происходит от того, что люди не смогли адекватно объясниться и превратно поняли друг друга.

  У героя этого романа есть комплексы и страхи. У него был негативный опыт с женщинами, и он боится стать отцом. Я не взяла это с потолка - об этом сказано. Кто-то ж должен понимать и его, а не разыгрывать драму по любому поводу. Но виноватых тут нет: девушка молода, неопытна и полна страхов.

  Удивительно, как герои романа "глухи" в плане психологии: они не понимают ни себя, ни другого человека. Они не слышат даже прямо сказанного, не говоря о намеках, о недоговоренном. Удивительно, что ни одному из двоих взрослых людей не пришло в голову, что представлять и изображать, что, по-прежнему, - в ожидании ребенка, покупать ему одежду и игрушки - это не то что благотворно, а просто губительно может подействовать на психику. Вот так можно раздраконить самого себя, когда нужно отпустить и жить дальше.

  И наконец, эта история - еще один штрих к и без того печальному образу Чикаго. Чикаго, снискавшему дурную славу. Не только сама история, положенная в основу романа, ложится как в прокрустово ложе на фон неблагополучного в стереотипном представлении Чикаго, но и жирные штрихи добавляют к портрету города: это и мертвая девушка лежащая прямо посреди улицы и средь бела дня; это и странная незнакомая женщина в черном, от которой парень почувствовал резкую слабость; и то, что героиня всего боится и, в частности, смерти, как-будто предчувствует; и леса вокруг Чикаго, в которых "можно исчезнуть бесследно"... И все это на фоне непогоды. Начинается история с порывов сильного ветра. Ими же и кончается...

  Если бы швейцарский писатель оказался в каком-то другом американском городе, то можно было бы, пожалуй, под всеми этими страстями увидеть, как житель маленькой и благополучной Швейцарии обнаруживает кучу опасностей в мире, за пределами их уютного гнезда. Недаром же "ностальгия", говорят, изначально швейцарская болезнь, ибо в остальном мире нередко приходится узнавать что-то новое со знаком минус, что можно было бы и не знать, не вылетая из насиженного гнездышка.

  Идея сама по себе оригинальна и интересна: начать писать историю о девушке, с которой встречаешься, об их взаимоотношениях, дойти до настоящего момента и думать, а что же дальше? Представлять их совместное будущее. Но герои слишком заглядывают в рот друг другу в своей нерешительности, чтобы создать счастливое будущее, которое пока не написано.

  Книгу Штамма я читала с ровным неослабевающим интересом. Для сравнения другой дебют - книга нашумевшего писателя, шоу-мена от литературы Дэна Брауна «Цифровая крепость» Дэн Браун с первых страниц действовала мне на нервы (впрочем, мнение о книге всегда может кардинально измениться пока не дочитал до последней точки.)

  Читала, что книга "Агнес" снискала кучу премий. Чему я совершенно не удивлена, как и тому, что автор, которому принадлежит такой дебют, стал лауреатом швейцарской литературной премии Schweizer Buchpreis с другой книгой «Die sanfte Gleichgültigkeit der Welt» Петер Штамм в 2018 году.

  18 понравилось

  2

  736