Рецензия на книгу

• 

  Svetlana-LuciaBrinker

  19 апреля 2019

  Голос времени

  Пьеса хаотичная, сентиментальная, без блистательных диалогов и неожиданных откровений, заставляющих задуматься. И всё-таки в ней что-то есть! Но не тривиальная история о том, как племянник помогает дяде сообразить, что тот зажился на свете. Вместе с приятелями. А ведь можно было бы и жилплощадь освободить!
  Или всё-таки?..
  Наверное, дело в прекрасной идее, что старый лифтёр Абель мог бы называться космонавтом, поскольку, поднимаясь день за днём на последний этаж, суммарно покрыл расстояние, не меньшее, чем от Земли до Луны.
  Или меня привлёк необычный взгляд на профессию часовщика, на одержимость желанием, чтобы все часы шли синхронно? Вероятно, вид стоящих, неработающих часов вызывает у специалиста тоску и неукротимую потребность починить их. Реанимировать. Чего бы это ни стоило. Добиться, чтобы старые часы били, позволить им таким образом "беседовать" с людьми. Ради этого стоит с риском для жизни взбираться на башню.
  В остальном — не прониклась. Даша невыразительна, Павел карикатурен, Абель высокопарен, как пожилые люди не бывают: чаще приходится выслушивать от них исповеди о естественных отправлениях, чем о «так радовался!» Разве что в присутствии ровесников старик мог бы расчувствоваться, вспомнить прежние деньки. Абелю так важно уважительное отношения племянника, что он в первой сцене швыряет в него вазочку, как Лютер — чернильницу в чёрта! И откуда вдруг всплеск самоуничижения, «может, вся моя жизнь — такое же барахло”? Хм.
  Даже открытие истинного семейного положения пани Конти не вызывает потрясения: можно догадаться, когда женщина путается при расспросах о телефонном звонке сына. Свадебное платье показалось слезливой, патетической деталью. Нужно ли оно было? Не уверена.
  Что за функция у Мича — вообще не поняла. Если ему полагается представлять сдуревшего полицейского-пенсионера, то — зачем? Пьеса, кажется, не безумных защитниках порядка. Смешно только, что с ним пьют игрушечный чай, а когда уходит, приносят настоящий!
  Хмелик напомнил Луку из «На дне»: вот единственная яркая личность в этой пьесе. Его таинственный крест, то есть, чемодан, его неспособность понять, что не только он стал с возрастом рабом рутины, повседневного ритуала... Да, именно этот момент заставил меня рассыпать звёзды щедрой рукой.

  10 понравилось

  0

  372