Отзывы о книге Мы, утонувшие
DzeraMindzajti31 января 2019Мы, жившие...
Мои отношения со скандинавскими авторами – штука непредсказуемая. Иногда – это любовь буквально с первых страниц, с первого интересного и такого необычного, несвойственного литературе других стран поворота сюжета. Но бывает и такое, что с первых страниц я понимаю, в какую муку превратиться моё общение с произведением. И остаётся только уговаривать себя бросить книгу (естественно, тщетно), дабы сберечь и свои нервы, и своё время (и то, и другие в последнее время в дефиците). А вот в этот раз, когда я только-только начала читать книгу, я поняла, что мы не подружимся: во-первых, я с детства не особо любила морские приключения (а именно такое впечатление производило начало книги); во-вторых, уж слишком подробно и долго описывался, кхм, процесс, так сказать, избавления людей от бремени их внутренних органов и конечностей (о, нет, не подумайте, что я такая вот вся из себя нежная фиалочка. Просто одно дело, если я изначально настраиваюсь на трешачок или триллер (это чтение может даже принести удовольствие) но совсем другое – когда настраиваешься (согласно описанию) на монументальный труд, посвящённый истории нескольких поколений целого небольшого городка Марсталя (поясню: по моим ощущениям описание той самой первой книги тянулось ну просто бесконечно). Но, к моему неимоверному счастью, как же я ошибалась. Настроившись на скучное и неприятное чтиво, в итоге я не просто не возненавидела эту книгу, но даже прониклась к ней симпатией. И если первые страницы заходили с таким трудом, что мне приходилось разбавлять, по иронии судьбы, книгой также скандинавского (правда, на этот раз шведского) автора, произведения которого являются лично для меня просто прекрасным средством от уныния, то уже дочитывая книгу, меня ужасно раздражало то, что метро так быстро едет, и приходится прерывать чтение (увы, больше времени читать, чем по 40 минут с утра и вечером, у меня сейчас нет). Но хватит лирики. Перейдём к более подробному анализу произведения. Главные действующие лица. Их в книге, по сути, трое: Лаурис, Альберт и Кнуд Эрик. Три поколения одной семьи (да, вы можете возразить, что Кнуд Эрик не был сыном Альберта, но кто больше влияния оказал на жизнь мальчика – родной отец, который появлялся раз в пару лет, а потом и вовсе умер, когда мальчишка ещё в школу не ходил, или тот, кто научил его всему, присутствовал чуть ли не в каждом дне его жизни, передал ем любовь к морю?), три поколения горожан. Именно истории этих трёх напрямую связанных друг с другом мужчин, послуживших катализаторами друг для друга, занимают центральное место в своих (условных) частях книги. Честно говоря, все трое, несмотря на их неоднозначность, вызывают у меня симпатию. За каждого из них я переживала, но должна отметить, что каждый последующий становился для меня роднее предыдущего. Каждого из них судьба испытывала, и не раз. Кто-то оказался сильнее, преодолев не только преграды, выстроенные внешним миром, а кому-то пришлось бежать на другую часть мира, но даже там не найти покоя, ведь от себя не убежишь. Второстепенные персонажи. Рука не повернётся написать, что автор, нарисовав столь яркие портреты протагонистов, окружение (причём, довольно, должна вам сказать, многочисленное) сделал картонным. Вовсе нет. Большинство персонажей многогранны, а их истории, порой, не уступают основным сюжетам. Чего стоит рассказ об искусном поваре и жестоком штурмане (кто читал – поймёт, о чём я, а будущим читателям – не бойтесь: спойлеров не будет), о злом учителе и его ласковом псе, о женщине, которая, попытавшись сделать мир лучше, лишь обрекла его на ещё большие страдания, о команде датского судна, вынужденной идти не под датским флагом, команде, говорящей на стольких языках, что и представить сложно, ставшей семьёй и для невинного младенца, и для отъявленного негодяя. А какие в книге романтические линии? Никаких вам сопель и слащавых описаний постельных сцен, но в них и нет нужды. В общем, я могу продолжать долго, но без спойлеров не обойтись. Авторский стиль. Во-первых, мне очень понравилась манера повествования, которая в других книгах меня обычно раздражает. В «Утонувших» попеременно используется повествование от третьего лица, но сквозь призму главного действующего лица данной конкретной части текста, с повествованием от первого лица, но во множественном числе – «мы», как часто говорит автор. И с одной стороны ты получаешь возможность влезть, так сказать, в голову к персонажу, пережить его чувства и эмоции, понять, почему он ведёт себя так, а не иначе; а с другой – стать частью города, проникнуться его духом, встать в один ряд и с мужчинами, вновь и вновь уходящими в море, не видящими рождение и взросление своих детей и тонущими во всевозможных морях; с другой – женщинами, ждущими здесь, на суше, вечными Пенелопами, вынужденными не просто ждать своих Одиссеев из дальних (подчас, многолетних) плаваний, а ещё и ставить на ноги кучу своих детей (которых, к слову, ждёт та же судьба, что их родителей), а по итогу не иметь даже возможности выплакаться на могиле любимого супруга, которой с большой долей вероятности для него станет не кусок земли на так и не заполнившимся новом Марстальском кладбище, а весь океан; или детьми, которые борются с ненавистным учителем, сражаются друг с другом, со взрослыми, с птицами, в конце-то концов, детьми, которые, с одной стороны, к своему большому счастью, не знают о том, какую тяжёлую жизнь приготовила им судьба, а с другой – и не представляют для себя жизни, отличной от той, что была у их родителей. Сменяются эпохи, проходят войны, приходят новые технологии, а с ними и новые корабли, но «мы» также уходим в море, «мы» также ждём на берегу, «мы» также взрослеем.
25 понравилось199
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым