Рецензия на книгу

• 

  Leona-Daring

  2 января 2019

  В друзья

  "Маша, милая женщина, вы знаете что-то, чего не знаю я"....

  Перечитываю эту книгу неоднократно и каждый раз поражаюсь, насколько ёмко, четко и убедительно описал Леонид Андреев процесс мышления в голове преступника, возомнившего себя «сверхчеловеком». В голове главного героя – 32-х-летнего доктора Антона Игнатьевича Керженцева – появляются страшные, чудовищные мысли – но он начинает им верить, потому что ему кажется, что это его мысли и, поскольку они логичны и последовательны, то имеют право на реализацию. Заключенный в плен своей головной коробки, не имея выхода, он решается на чудовищное преступление – убийство лучшего друга.

  …При очередном прочтении рассказа мне вспомнился молодой симпатичный человек по имени Дмитрий Виноградов. Помните такого парня, который работал юристом в офисе, занимался волонтерством (охраной природы), много читал и думал, и всё больше убеждался, что люди ничтожны и им незачем жить. Однажды Дмитрий взял в руки винтовку и перестрелял множество людей в офисе в Медведково, шестеро из них погибли. Но в голове Дмитрия всё, наверно, было четко и логично: люди – это раковая опухоль на нашей планете, уничтожающая окружающую среду, и чем больше этой опухоли погибнет – тем лучше. К обиде Дмитрия на мир добавлялись и глубоко личные мотивы: его не любили женщины, а одна из них (она была замужем, как и героиня этого рассказа Татьяна Николаевна) играла с ним и подшучивала, не воспринимая всерьез его чувства…

  …Рассказ «Мысль» вышел в свет в 1902 г. Убийство, совершенное «русским Брейвиком» (так окрестили Виноградова журналисты) произошло в 2012 г. 110 лет прошло, а в мышлении людей такого типа ничего не изменилось.

  Главный герой «Мысли» доктор Антон Керженцев так убедителен в своих мыслях и переживаниях, что в какой-то момент начинаешь ему сочувствовать и логика его действий становится понятной – вот это-то страшно! Талантливый, молодой, тонко чувствующий и рефлексирующий – он действительно не похож на человека из толпы, ему скучно и неинтересно с людьми, слишком сильна разница в интеллекте и масштабе личности. Мне кажется, что временами он нарочно наговаривает на себя, пытаясь изобразить из себя холодную, рассудительную машину, которой чуждо всё человеческое. Но доктор Керженцев способен на глубокие чувства: он действительно страдает и «подлой своей роли», как и Раскольников, не выдерживает…

  Впрочем, разумеется, в реальной жизни всё страшнее… Анна Ахматова писала: «Достоевский знал много, но не всё. Он, например, думал, что если убьёшь человека, то станешь Раскольниковым. А мы сейчас знаем, что можно убить пять, десять, сто человек и вечером пойти в театр».

  Доктор Антон Игнатьевич Керженцев Леонида Андреева – это повзрослевший Раскольников: меньше иллюзий, больше цинизма. Но и он рефлексирует, и он на грани безумия после совершенного деяния… Так же как Родион Раскольников, он судорожно цепляется за светлые образы, чтобы не упасть в бездну. Для Раскольникова таким образом становится Сонечка Мармеладова и всё ее несчастное семейство, особенно маленькие дети... Антон Керженцев тоже – то вспоминает маленькую девочку с собачкой, однажды увиденную им ранней осенью, то пытается постичь душу кроткой и «убогой» сиделки Маши, которая за ним ухаживает.

  
  «…нынешней осенью, в погожий солнечный день, мне довелось видеть такую картинку. Крохотная девочка в ватном пальтеце и капюшоне, из-под которого только и видны были розовые щечки и носик, хотела подойти к совсем уже крохотной собачонке на тонких ножках, с тоненькой мордочкой и трусливо зажатым между ногами хвостом. И вдруг ей стало страшно, она повернулась и, как маленький белый клубочек, покатилась к тут же стоявшей няньке и молча, без слез и крика, спрятала лицо у нее в коленах. А крохотная собачонка ласково моргала и пугливо поджимала хвост, и лицо няньки было такое доброе, простое.
  –Не бойся, – говорила нянька и улыбалась мне, и лицо у нее было такое доброе, простое.
  Не знаю почему, но мне часто вспоминалась эта девочка и на воле, когда я осуществлял план убийства, и здесь. Тогда же еще, при взгляде на эту милую группу под ясным осенним солнцем, у меня явилось странное чувство, как будто разгадка чего-то, и задуманное мною убийство показалось мне холодною ложью из какого-то другого, совсем особого мира. И то, что обе они, и девочка и собачонка, были такие маленькие и милые, и что они смешно боялись друг друга, и что солнце так тепло светило – все это было так просто и так полно кроткой и глубокой мудростью, будто здесь именно, в этой группе, заключается разгадка бытия».

  Не в книжно-выдуманной, а в реальной жизни Раскольниковы и Керженцевы лишены такой степени рефлексии и самокопания. Наверняка, сидит Дмитрий Виногорадов и думает о несправедливости мира, и о том, «как он глупо влип». Ни сострадания, ни угрызений совести.

  Мой любимый Иван Карамазов говорил: «Нет добродетели, коли нет бессмертия!» и «Если Бога нет – то всё позволено!» Доктор Керженцев считает, что ему позволено всё, но при этом, как и Иван, завидует «простым купчихам», которые живут прямо и просто, без сомнений и мучений. В «Мысли» нет религиозных рассуждений (по крайней мере прямых), но доктор Керженцев, пытаясь разгадать загадку тех простых, дремучих людей, которых он так презирает, но и завидует им отчасти, смутно понимает, что душу их озаряет вера в Бога и именно это придает им силы. Сам Керженцев – атеист и не принимает «темной веры» этих простых, «как растение тупых существ», но при этом временами и его охватывает ницшеанская тоска от того, что «Бог умер»…

  
  «–Маша, милая женщина, вы знаете что-то, чего не знаю я. Скажите, кого просить мне о помощи?.. Нет, Маша, не вы ответите мне. И вы ничего не знаете, это неправда. В одной из темных каморок вашего нехитрого дома живет кто-то, очень вам полезный, но у меня эта комната пуста. Он давно умер, тот, кто там жил, и на могиле его я воздвиг пышный памятник. Он умер. Маша, умер – и не воскреснет».

  Мне кажется, Леонид Андреев – незаслуженно забытый русский писатель – по глубине и мощи он не слабее Достоевского, хоть и писал в жанре малых литературных форм. Многих произведения Андреева пугают, а мне они придают силы жить. Я открою вам секрет: главный герой в этой книге – не доктор Керженцев, а «убогая» сиделка Маша. Герой – это тот, кто совершает подвиг, а не тот, кому в книге уделяется больше внимания. На таких, как Маша, держится этот мир...

  19 понравилось

  0

  1,4K