Послышался какой-то хрип, и я нагнулась к постели больного. Калигула пытался говорить.
– Что? Что, Гай?
Он подавил приступ дрожи, чуть приподнялся на подушке, сжал зубы и просипел, будто каждое слово давалось ему с мучительной болью:
– Я… могу умереть.
– Боги не допустят, чтобы еще один сын Германика оставил этот мир! – с жаром возразила я, и Калигула слабо улыбнулся.
– Мне нужно кое-что сделать… на случай… ты понимаешь?
Я замотала головой:
– Гай, ты обязан поправиться! Макрон и Силан что-то замышляют. Они таскают повсюду Гемелла, как будто он уже сменил тебя. А этот идиот старается задобрить горожан, чтобы те поддержали его. И мне кажется, что заболел ты не без помощи Макрона. А может, и Силан приложил руку.
Я приготовилась спорить, но, к моему удивлению, брат только кивнул с загадочным выражением:
– Ливилла, Макрон частенько жаловался, что ты недолюбливаешь его. Это заставило меня задуматься, и я наблюдал за ним еще до того, как это случилось… <...> Тиберий был ужасным человеком, но он преподал мне один очень важный урок, за что я ему теперь благодарен.
– Я нахмурилась, и брат, хотя и был едва жив, не удержался от смешка. – С тех пор как мы вернулись в Рим, я постоянно принимал крошечные дозы различных ядов, чтобы повысить свою устойчивость к ним. К счастью, я извлек урок и из собственных действий и пил вытяжку из ягод абруса. Мой недуг – последствия того самого красного яда, я уверен в этом.
В полном изумлении я отступила на шаг.
– Да, – подтвердил Калигула и усмехнулся. – Я сам познакомил Макрона с абрусом, и в знак благодарности он меня им же и отравил.
Tatyana93415 февраля 2026Послышался какой-то хрип, и я нагнулась к постели больного. Калигула пытался говорить.
15 понравилось31