«Тойота Бандейранте»
Мария Пилар была, как всегда, в ударе и просто великолепна, на этот раз в наряде амазонки, хоть и современной. Камуфляжные брюки вовсе не выглядели мешковато, а вкупе с наколенниками лишь подчеркивали форму попы и стройность ног. Высокие ботинки своей массивной подошвой и узким берцем лишь подтверждали, какие тонкие у нее щиколотки. Тактический нейлоновый ремень с кобурой и ножом и множеством подсумков плотно сидел на округлых бедрах. Тянущиеся от него вверх лямки огибали высокую грудь, обтянутую трикотажной майкой, не давая никому возможности не обратить на нее внимания. Венчала все это великолепие ловко завязанная под «конским хвостом» бандана. Поверх банданы были надеты противопылевые очки, в настоящее время пребывавшие на лбу, а на великолепной смуглой шее болталась еще одна бандана, которая, по всей видимости, должна была хранить прекрасный лик Марии Пилар от дорожной пыли.
Сказать, что наша La cubanita привлекла внимание – это как если сказать, что личный выход Господа Нашего Иисуса Христа в церковь во время пасхальной службы… ну, например… «вызвал некоторое оживление». «Ящерицы саванны» явно были хорошо знакомы с нашей спутницей, потому что приветствовали ее дружным ревом и свистом, в воздух даже взлетело несколько шлемов. Местные торговцы, большинство из которых тоже были знакомы с прекрасной сеньоритой, тоже высунулись из окон кабин и махали руками. Даже «клиент» раскрыл рот и как будто окоченел.
– Миша… Миша…
Молчание.
– Миша… – подергал я Владимирского за плечо.
– А? Что?
– Я вас познакомлю, расслабься, – сказал я. – И рот закрой.
Пока Мария Пилар договаривалась с командиром конвоя о месте, и, судя по всему, денег с нее никто не взял, Михаил так и пребывал в ступоре. Когда переговоры были закончены, она неторопливо направилась к нам, плавно покачивая бедрами. В своем военно-эротическом наряде выглядела она как богиня войны, держащая в руках бельгийскую FN-FMC с небольшим оптическим прицелом.
Богиня войны подошла к нам, мило расцеловалась со мной и представилась Михаилу таким голосом, что тот утратил чувство реальности окончательно. Он даже попытался предоставить ей место в нашем фургоне, хотя она ехала на своей машине. Ошибку ему простили – оставили без последствий. Когда первый шок от появления кубинки прошел и она отошла в сторону с кем-то поздороваться, Михаил немного обрел чувство речи, а заодно и ясность сознания, и тихо сказал мне:
– Ты смотри, теперь клиент нас в упор не видит: только на нее вылупился, слюни пускает. Знаешь, мне уже кажется, что женщина, на которую смотрят все, – лучший в мире отвлекающий фактор. Мы можем его прямо сейчас оглушить, упаковать в сумку и унести, и ни охрана не заметит, ни попутчики, ни он сам.
– Похоже на то, – согласился я. Это было трудно не заметить. – Теперь, если надо будет, чтобы он к нам спиной повернулся, попросим красавицу нашу перед ним пройтись. И все, он – наш.
– Точно. И в том, что от конвоя мы уедем, теперь ни секунды не сомневаюсь, – подвел итог своим мыслям Владимирский.
Пока командир конвоя с еще одним бойцом и помощником шерифа улаживали какие-то формальности, Мария Пилар опять почтила нас своим посещением. Она сказала, что наш клиент числится коммивояжером в списке конвоя и записан как Лукас. Еще она сказала, что вопрос с отделением от конвоя она, в общем, решила. Она рассказала командиру историю о том, что собралась с двумя русскими съездить на Базу, чтобы закупить патронов, и собиралась ехать с русским конвоем, который ушел два часа назад. Но она проспала, а мы как джентльмены не бросили девушку одну и решили проехать максимально далеко со сводным конвоем, а там, в конце, прибавить ходу и догнать русский конвой. Нас, мол, трое, на двух машинах, все опытные, вооружены хорошо, так что труда особого не составит.
Я подумал, что все гениальное – просто. Кто не поверит в то, что два мужика готовы были ждать Марию Пилар хоть до следующего года? Могла девушка столь легкомысленного вида опоздать? Нужен хозяйке магазина выгодный товар для продажи? С кем лучше ехать на русскую территорию, как не с русскими? И все, всех дел-то!
А если мы все сделаем тихо и правильно и поедем дальше не на двух машинах, а на трех, а наш новый друг будет, например, сильно выпивши и спать на заднем сиденье своего джипа? Не думаю, что возникнут проблемы. Девушку здесь все знают – и конвой, и попутчики, а нас с Михаилом и этого Лукаса впервые видят. Мог ведь коммивояжер изменить свой маршрут? Да запросто, иначе какой из него коммивояжер?
Двое охранников под командой высокого рыжего сержанта прошли вдоль колонны, раздавая приемники в пластмассовых корпусах. Их надлежало иметь в кабинах, чтобы принимать команды ведущего конвой, «караван-баши», так сказать. Кроме того, всем назвали частоту, на которой будет работать радиостанция командира.
Машины распределились в ордер, провели проверку связи. Двое бойцов с обеих сторон пробежали вдоль колонны, оглядывая ее, затем забрались в замыкающий «хамви». Последовала команда «Вперед!» – и конвой двинулся.