Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко. 22-й год, 22-е число 5-го месяца, понедельник, 22:23
Клуб «Живая роза» выглядел ярко, но банально. Неоновые надписи «XXX», «Live girls», «Live show», «Nude girls» переливались на фасаде, там же в виде простенькой мультипликации дергались женские силуэты. Внутри гремела музыка. На входе перетаптывался высокий тучный брюнет с руками, похожими на свиные окорока. Пара посетителей зашла внутрь.
Мы подъехали на БРДМ-2, у которого стволы пулеметов были затянуты в брезентовые чехлы и запломбированы. Во время поездки Быхов сунул мне новенький «Грач», который я заткнул под рубашку за пояс. Все спешились, трое бойцов спрыгнули с брони и остались у машины, мы же вчетвером пошли в клуб. Вышибала величественно простер перед нами руку и с сильным акцентом произнес:
– Ten equ for each…
Договорить не успел. Невысокий, худощавый и даже интеллигентный с виду Владимирский коротко ударил его в печень, схватил руками за голову, надавив на глаза, и втолкнул его внутрь. Вышибала с грохотом свалился на пол, попытался подняться, но, получив удар по затылку от Быхова, рухнул лицом вниз.
Из какой-то двери высунулась усатая морда, глаза на морде испуганно расширились, но дать задний ход владелец усов не успел. Я подскочил к двери и что было силы припечатал ее ногой. Попало удачно, прямо по шее. Морда завыла и вместе с туловищем вывалилась наружу. Быхов поднял его как куклу и с маху запустил в стеклянную витрину головой. Зазвенело, загрохотало, вой прекратился.
– Нам сюда, – сказал Немцов, и мы вошли в дверь, откуда так неудачно вышел усатый.
Из боковой каморки высунулась размалеванная тетка лет сорока, от которой так перло пудрой (именно пудрой, не духами, я знаю разницу), что меня чуть не вывернуло. Интеллигентный Владимирский схватил ее за волосы, выволок из двери, дал пощечину, чтобы прекратить ультразвуковой визг, и спросил ее:
– Где Флориан, падла? Флориан где?
Дама зарыдала, сразу же залившись тушью до самого низа отвислых щек, и ткнула толстым пальцем с накладным ногтем в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Владимирский втолкнул ее обратно в каморку, дав попутно под зад, отчего вся задница дамы, сделавшая бы честь и бегемоту, пришла в хаотичное движение, вошел следом. Что-то загрохотало, музыка взвыла и замолкла. Вместо дамы из каморки вылетел тощий хлыщ в бейсбольной кепочке. Поочередно наткнулся на колено Немцова, кулак и колено Быхова – и сполз по стенке. Михаил опять присоединился к нам, и мы направились вверх по лестнице.
На втором этаже был длинный коридор типа гостиничного. Между лестницей и коридором стоял стеклянный шкаф с различного рода силиконовыми членами и прочими атрибутами заведения. Перед шкафом стоял еще один амбал, на этот раз с бородой, прислушивавшийся к звукам снизу. Доходило до него, видать, неспешно, потому что мы все уже успели подняться, когда он вдруг засуетился и полез рукой себе под рубашку. Медленно, быстрее это делать надо. Я было за «Грача» схватился, но Быхов вырубил его в два удара и уложил в витрину. Снова посыпалось стекло, под вышибалой расплылась лужа крови.
Я задрал на валяющемся бородаче рубашку и выудил у него из-за пояса девятимиллиметровый «глок», а в кармане нащупал запасной магазин. Сунул пистолет сзади за ремень – спереди уже был заткнут «Грач». Немцов хохотнул и подобрал с пола огромный розовый член больше полуметра в длину и невероятной толщины. Взмахнул им пару раз как дубиной, снова засмеялся и вдруг с разбегу ударил ногой в дверь справа от нас. Дверь с грохотом распахнулась настежь. Я заглянул внутрь – там стояли шкаф, конторский стол с креслом за ним, диван и телевизор с DVD-плеером. В комнате никого не было.
Немцов огляделся, вдруг быстро подошел к шкафу, распахнул двери. В шкафу сидел хлипкий чернявый мужичонка в кожаном пиджаке – это в такую жару-то! – и в белой водолазке.
– А-а, – протянул Немцов, – Семен! Ты как раз нам и нужен, переводчиком будешь!
С этими словами он резко ударил «переводчика» в солнечное сплетение. Тот собрался было рухнуть на пол, но Быхов не дал ему этого сделать, схватил за волосы, с маху впечатал мордой в шкаф, а Немцов тут же начал охаживать того по почкам пластиковым членом. Семен от боли даже кричать не мог, только хрипел.
– Ну Сема, где Флориан? Где он, радость наша безмерная, а?
Семен показал глазами на стол. Немцов с радостным криком подскочил к столу и перевернул его набок. Стол бахнулся на пол, выбив пыль из коврового покрытия. Под ним, скорчившись между тумбами, сидел молодой мужик цыганистого вида с модной бородкой, в белой шелковой майке и лимонно-желтых штанах. На руках и шее у него висело с полкило золота в виде цепей и браслетов.
– Флорик! Друг мой! А мы к тебе по делу! – объявил Немцов, похлопывая своей импровизированной дубинкой себя по ладони.
Тот что-то быстро заговорил по-румынски. Быхов ударил Семена по голове:
– Переводчик, не спать!
Это помогло: Семен затараторил с пулеметной скоростью:
– Он деньги, деньги предлагает! Не бить просит!
Я, как самый практичный, заглянул в шкаф и обнаружил там, на верхней полке, еще ствол с запасными магазинами – новенький «Walther Р99» калибра «0.40». И тоже забрал.
– Деньги – это хорошо! – заявил Немцов. – Деньги пусть дает. Переведи!
Семен опять быстро затараторил, а Флориан часто, как заводная игрушка, закивал головой.
– Деньги давайте, мы их девкам дадим, – согласился Немцов. – Теперь вы оба, наперегонки колитесь – сколько еще русских девок у вас по такому же принципу работают? Кто первый не успел рассказать, вылетает в окно башкой вниз, на дорогу. Именно башкой вниз, я смею обратить на это ваше особое внимание.
Семен, ввиду явного преимущества по причине владения русским языком, быстро перечислил шесть имен.
– Миша, бери этого додика с собой – и идите собирать баб с рабочих мест, – обернулся Немцов к Владимирскому. – А мы тут добеседуем.
– Не вопрос! – сказал Владимирский, схватил Семена за шиворот и поволок в коридор, попутно «ушибив» его мордой о косяк двери.
Тем временем Быхов взялся бить Флориана. Бил он его тщательно и вдумчиво, так, чтобы тот не отключился и не помер. Флориан отлетал к стенке, валился на пол, Быхов его поднимал и снова бил. Так продолжалось довольно долго. Немцов тем временем обшаривал ящики стола, вытащив их наружу. В ящиках нашлась еще одна пушка – короткоствольный почти антикварный револьвер «Кольт детектив спешл» – и две пары ключей от машин. Револьвер Немцов забрал, а ключами потряс перед носом поднятого старшиной Флориана:
– Где? Where?
– Ин гараж. Аутсайд, – прохрипел сутенер на ломаном английском.
– Хорошо, Сема покажет, – кивнул Немцов. – Давай, Вася, займи гостя.
В комнате опять загрохотало. Появились Владимирский с Семеном.
– Шестерых нашли, – сказал Владимирский. – В коридоре стоят.
Из коридора действительно доносился чей-то громкий шепот.
– Хорошо, – начал распоряжаться Немцов. – Берешь Сему, пусть отведет вот к этим машинам, держи ключи. Сажаешь двух бойцов с девками, пусть везут их к остальным. И пусть ждут нас там до завтра. Дашь им по стволу, на всякий случай. Андрей, дай «Грач» и что-то еще из того, что собрал.
Я достал пистолет из-за пояса, протянул Михаилу, затем вытащил «глок» и тоже отдал, вместе с магазином.
– Сема, где гараж?
– Та прямо за домом, – замахал тот руками, показывая направление. – С первого этажа, прямо с-под лестницы дверь есть.
– Понятно, – кивнул капитан. – Сему тогда с нами оставишь. Пусть переводит дальше. Возьмешь одну из машин – и к Андрею потом приезжай. Знаешь, где он живет?
– Знаю, запомнил.
– Давай, с богом. А мы тут добеседуем.
Беседа затянулась еще минут на пятнадцать. В результате стороны пришли к соглашению, что Флориан и компания отдают обе машины, все деньги и все цацки с Флориана, после чего с рассветом покидают город и уже в нем не появляются. В случае выполнения всех пунктов договора первой стороной – вторая сторона обязалась первую не убивать. Член-дубину подарили Семену на память и обязали носить всегда с собой.
После этого мы раскланялись и вышли из клуба. На улице уже собралась небольшая толпа. За нею дежурил «хамви» патруля Ордена, возле которого стояли четверо солдат в полицейской экипировке. Когда мы вышли, все четверо во главе с сержантом заухмылялись.
– Видишь, везде есть нормальные люди, – показал на них Немцов. – Ну кто таких уродов любить и защищать будет? Пошли.
Мы прошли через толпу, уселись на БРДМ и поехали в мотель «Арарат».