Гранит науки оказался местами твёрдым до одури, местами попросту несъедобным. За прошедшее с окончания школы время я успел порядком подзабыть, каково это вообще – учиться, и мозги воспринимали новую для себя информацию на редкость неохотно. По сути, последние несколько дней я только и делал, что жалел о своём опрометчивом намерении получить высшее образование.
Казалось бы – ерунда, первая неделя первого курса, что там может быть такого сложного? Забей на лекции и пей пиво, благо есть с кем и на что, а сессия ещё очень нескоро, да только я мучился со вступительными экзаменами вовсе не для того, чтобы вылететь по итогам семестра. А не вникну в высшую математику и прочие точные науки и вылечу с гарантией. Это как раз тот самый гранит, который хрен откусишь.
Но были в расписании и предметы, которые не просто нагоняли тоску, а прямо-таки вызывали тягостное недоумение самим фактом своего включения в учебную программу. Нет, понятно, что высшее образование подразумевает расширение кругозора, но нам его принялись расширять определённо куда-то не в ту сторону.
Историю мировых религий читали в огромной аудитории всему потоку сразу, только это обстоятельство и примиряло с необходимостью тратить на всякую муть изрядную часть субботнего утра. На заднем ряду не было нужды изображать внимание, мы играли в очко.
Мы – это я и Витя Медников, тоже поступивший в политех уже после армии. Компанию нам составлял Миша Ильченко с рабфака, но его скосила усталость – слишком уж насыщенным выдался пятничный вечер; он тихонько посапывал, уронив голову на руки. Мы столь откровенно не наглели и кидали карты на скамью, да и тасовали колоду исключительно под партой.
Я оглядел строчивших конспекты первокурсников, среди которых, к моему удивлению, оказалось не так уж мало девушек, потом вздохнул и задал риторический в общем-то вопрос:
– Ну и кому это надо?
Витя понял меня с полуслова и с издевательской обстоятельностью принялся перечислять:
– Тебе, мне, преподу, декану, ректору, министерству образования…
– Им – понятно. Нам с тобой зачем?
– Чтобы диплом установленного образца получить. По учебному плану должно быть начитано определённое число оговоренных дисциплин. А ты как хотел?
Я только тягостно вздохнул и принялся тасовать колоду. Витя беззвучно заржал.
– Нам ещё повезло! Этот препод раньше курс истории КПСС вёл. Как тебе партийную историю сдавать, а? Да и сам он втирал, что религия – это опиум для народа, а тут, видишь, как обернулось? Тоже не позавидуешь.
– Да ладно, работа – есть работа.
– А может, он из идейных коммунистов?
– Идейные коммунисты сейчас в церковь как на партсобрание ходят, – возразил я. – Атеизм больше не в моде.
– Маятник качнулся, – согласился со мной Медников, а только прозвенел звонок, толкнул локтем в бок соседа. – Миша, подрывайся! Осталась пара физры, и пиво пойдём пить.
– Оба пункта мимо, – помотал Ильченко растрёпанной головой. – Водички хлебну и до дому.
– Вечер удался?
– Ага.
Студенты собирали конспекты, кто в дипломаты, а кто и просто в пластиковые пакеты с цветастыми рисунками, освобождали парты и шумной толпой валили на выход. Я всеобщему поветрию пока не поддался и носил тетради и немногочисленные учебники в сумке с надписью «BOX»; вот и сейчас закинул её на плечо, выждал, когда схлынет устремившаяся на выход толпа, и без лишней спешки спустился по проходу меж рядами к кафедре лектора, а там вслед за остальными прошествовал в коридор.
На крыльце Миша Ильченко пожал нам руки и потопал к остановке, не пожелав оставаться на последнюю пару. Ну да – в его состоянии физические нагрузки определённо противопоказаны.
Медников повертел головой, высматривая одногруппников, потом закурил.
– Угощайся, – протянул он мне пачку «Мальборо».
– Красиво жить не запретишь? – усмехнулся я и отказался. – Спасибо, не курю.
– А, точно! Спорт наш друг? – с усмешкой произнёс Витя, затянулся, выдохнул дым и ожидаемо продолжил: – Кто не курит и не пьёт, тот…
– В курсе, – оборвал я его и спросил: – Не видно наших? Я ещё никого не запомнил толком.
Студенты из учебного корпуса так и валили, но знакомые лица на глаза не попадались, и я посмотрел на наручные часы с изумрудным циферблатом в тон спортивному костюму.
– Вон наш стоит, – ткнул сигаретой Медников в растерянного патлатого паренька, потом указал на двух девчонок с одинаковыми обесцвеченными кудряшками химической завивки. – И эти тоже наши.
– Двинули, наверное?
– Успеем! – отмахнулся Витя, осмотрел меня и покачал головой. – Ну ты как пэтэушник какой-то!
Речь точно шла не о штанах с широким лампасом и олимпийке, которые надел по случаю субботы и физкультуры, ведь и сам Медников был в спортивном костюме, пусть и накинул сверху пиджак, потому уточнил:
– В смысле?
– Сумка! – пояснил Витя. – Когда в армию уходил, такие пэтэушники уважали.
– И старшеклассники, – парировал я и поправил накинутый на плечо ремень. – Смотри, эти точно наши. Двинули.
– Да, пошли.
Медников выкинул окурок в урну, и мы пристроились в хвост небольшой процессии, направившейся к корпусу, где проходили занятия физкультуры. Процессия была именно что небольшой – на последнюю пару осталась от силы половина группы. Разом выровнялось соотношение парней и девушек, я присмотрелся к соученицам и решил, что среди них есть вполне симпатичные.
Первокурсницами заинтересовался не один я; вывернувшая с парковки красная «восьмёрка» притормозила, следом опустилось стекло с зеркальной тонировкой.
– Эй, красавицы! – высунулся с водительского места паренёк в модных солнцезащитных очках. – Вы и так спортивные, поехали кататься!
Тип был определённо из нашей группы, замечал его пару раз на семинарах. Эдакий вальяжный крепыш с лёгкой склонностью к полноте, который поступил вместе с парой приятелей. С ними он преимущественно и общался, хотя женскую часть группы вниманием тоже не обделял, а тут и вовсе решил пустить пыль в глаза демонстрацией автомобиля.
Девчонки впечатлились, но дур среди них не нашлось, приглашением не воспользовалась ни одна. Нет, наверняка кое-кто с удовольствием составил бы богатенькому мальчику компанию, только не вот так – с бухты-барахты, а после должного ухаживания или хотя бы персонального приглашения.
– Лучше подвези! – выразила общую мысль крашеная блондинка в брючном костюме с короткой стрижкой под мальчика и со столь же худощавой фигурой.
– Да кому эта физра нужна? – презрительно фыркнул мажор, высунул в окно руку и согнул её, демонстрируя бицепс. – Во!
Несмотря на излишнюю мясистость, мускулатура оказалась вполне достойной, и на этот счёт шуток не прозвучало, а потом машина резво тронулась с места и укатила прочь.
– Что за мажор? – спросил я у Медникова, который, такое впечатление, знал решительно всех.
– Вася Лукин, – подсказал тот и добавил: – У него батя на субаренде помещений одного заводика тут неподалёку сидит.
Я озадаченно поскрёб затылок.
– Субтропики знаю. Субординацию знаю. Субаренду не знаю. Что за зверь?
– Передача арендованных помещений в аренду кому-нибудь ещё.
– И в чём смысл?
Медников хохотнул.
– Ну как тебе объяснить? Вот есть у тебя знакомый директор завода… Есть?
– Нет, но ты продолжай.
Мы перешли на другую сторону проспекта и двинулись мимо сквера с неработающими фонтанами, а от киоска звукозаписи на остановке вдогонку понеслось:
Голос узнал сразу: и Зинка кассеты с русским роком регулярно таскала, и сам не раз эту группу по радио слышал. Не могу сказать, что был поклонником ДДТ, а их «Родину» скорее активно не любил, но к этой песне прислушивался, пока музыку не заглушил уличный шум, благо Мельников взял паузу, собираясь с мыслями, и вновь заговорил уже на углу следующего здания.
– Ну вот, допустим, у завода проблемы со сбытом, растут неплатежи, живых денег нет, производство или уже остановлено, или работает исключительно на склад. Теоретически можно сдавать свободные площади кооператорам или конторы фирмочкам купи-продайкам. – Витя кивком указал на противоположную сторону дороги, где высилось административное здание какого-то завода. – Вот такое, к примеру, почему не сдавать?
Над боковой улочкой от цехов куда-то к соседним домам протянулся застеклённый переход, и я решил, что по нему рабочие посещают столовую, не покидая при этом территории режимного объекта, поэтому и покачал головой.
– Не, тут явно оборонка.
– Да не суть важно! Если брать за аренду реальные деньги, они поступят в кассу и уйдут в фонд оплаты труда. Ну или придётся их как-то оттуда выцарапывать, что чревато визитом людей в форме. Но можно заключить договор с фирмой-прокладкой и получать с неё по три копейки за квадратный метр. В месяц или даже год, не принципиально!
– А подставная контора передаст эти помещения в эту… как её… субаренду по нормальным расценкам? – догадался я.
– Именно! – подтвердил Витя мою догадку. – В зависимости от места можно лупить три-четыре тысячи в год за квадратный метр и даже выше. Чуешь, какой получается навар? Его – пополам. Ну или какие у них там договорённости, не в курсе. Перед приватизацией, правда, проверки проводят, но аудиторам всегда можно на лапу сунуть.
Я вздохнул.
– Обратно загадками говоришь. «Ауди» – знаю, аудио – тоже, а…
– Аудиторы – это сторонние бухгалтера, которые шерстят документацию предприятий, – терпеливо пояснил Медников.
– Чё-то ты, Витя, до фига слишком умный. В каком полку служили?
– А ты расширяй кругозор, Серёжа. Сейчас без этого никак.
Мы свернули с улицы во двор корпуса, где проходили занятия физкультурой, и староста отправился на поиски преподавателя, остальные остались дожидаться его в тени. Начало сентября выдалось на редкость жарким; по прогнозу днём воздух должен был прогреться до двадцати градусов, а на солнце сейчас припекало и того сильней. Те из наших одногруппников, кто явился на занятия в свитерах или ветровках, сняли их и либо убрали в пакеты, либо повязали вокруг поясов. Девушки расстёгивали кофточки, и вид получался небезынтересный.
Минут через пять вернулся староста.
– Минуту внимания, пожалуйста! – объявил он, подняв над головой руку.
– Физкультура отменяется? – выкрикнул кто-то, и все вразнобой заголосили.
– Занятие будет по расписанию! – разочаровал нас Митя Рыбин – долговатый паренёк, поступивший после рабфака. – В деканате просили сообщить, что на следующей неделе поедем на картошку! Точные сроки объявят позже. А теперь проходите в раздевалку. Сегодня играем в волейбол и баскетбол, со следующей недели будем ходить в парк на лёгкую атлетику. На ЛФК – настольный теннис.
Я решил не бросать сумку без присмотра и отправился вслед за остальными, прошёл в зал, откуда доносился скрип подошв и сочные отзвуки ударов, там на какое-то время и завис. Шла игра в волейбол; и, судя по отточенности движений, слаженным действиям команд и стремительным полётам мяча, тренировалась как минимум сборная факультета. Женская сборная. Я так и засмотрелся на высоких стройных девиц, многие из которых отличались не только спортивным сложением, но и радовали взгляд приятными на вид округлостями.
Когда после короткой переклички преподаватель физкультуры сформировал новую команду из наших одногруппниц, я им даже немного посочувствовал. Впрочем, не настолько, чтобы броситься на амбразуру самому, – стоило физруку подозвать нас с Витей и предложить присоединиться к игре, сразу взял самоотвод.
– Не-не-не, – замотал головой. – Мне нельзя, у меня профнепригодность.
– Как это? – озадачился преподаватель, который был разве что лет на пять постарше нас. – Волейбол противопоказаний не имеет!
Я прикрыл голову согнутыми в локтях руками и наметил уклонение сначала в одну сторону, потом в другую.
– Боксом занимаюсь, от мяча уворачиваться стану, – мотивировал свой отказ и, надо сказать, душой нисколько не покривил – лупили девахи так, что попадание в голову запросто могло обернуться сломанным носом или сотрясением мозга.
– А я бы лучше в баскетбол поиграл, – попросту сказал Медников, который сложением и в самом деле весьма подходил для этой игры. Был он на голову выше меня, очень жилистым и крепким, с длинными мускулистым руками. – Ты как, Сергей? Или из игр с мячом только литробол уважаешь?
– Ещё «От ворот до ворот», «Квадрат», «Одно касание» и «Вышибалы», – заявил я в ответ.
– Мяч возьми в тренерской и организуй всех, – распорядился тогда преподаватель, а в помощь девчонкам отрядил пару пацанов, слишком уж замешкавшихся в раздевалке.
Я подумал, не заикнуться ли об освобождении – всё же две тренировки в боксёрском зале и пара походов в качалку вкупе с бегом по воскресеньям давали вполне достаточную физическую нагрузку, потом решил не нарываться и вышел на улицу.
От игры в баскетбол увиливать не стал, но и особо в её процессе не напрягался, поскольку горячей воды в душе не было, а ехать домой через весь город потным и вонючим по понятным причинам не хотелось. Да и баскетбол, если разобраться, нравился мне ничуть не больше волейбола – я не любил массовые окучивания мяча в принципе. Но тут, куда деваться, побегал. Упрел даже немного.
Когда после окончания пары умылся и покинул зал, Витя Медников уже стоял в воротах на выходе со двора и курил. Компанию ему составляла одна из наших соучениц в клетчатой юбке чуть выше колен и блузе; её русые волосы были стянуты резинкой в конский хвост.
Медников сначала указал сигаретой вдоль улицы, потом махнул направо.
– Смотри, Оль! Как перейдёшь на другую сторону проспекта, никуда уже не сворачивай. Тут двух остановок нет. «Пельмени» пройдёшь, и почти сразу почта будет.
– Спасибо, Витя! – улыбнулась девушка и зашагала по тротуару.
Фигура показалась мне вполне достойной внимания, да и лицо было премиленьким, поэтому я воззрился на приятеля с откровенным недоумением.
– Чего? – перехватил он мой взгляд. – Спросила, где ближайшая почта. Я подсказал.
– Ну ты же понимаешь, что она не просто так именно у тебя об этом спросила? Ты чего не проводил?
Медников хохотнул.
– А! Ты об этом! – Он затянулся и указал сигаретой на удалявшуюся девчонку. – Догони, проводи, потом в кафе пригласи. На следующих выходных, если не раньше, уже будешь её наяривать. Но – не советую.
– И почему же?
– Оля девушка серьёзная и намерения у неё тоже серьёзные. Готов к семейной жизни?
Я кивнул.
– Готов. Но не с ней. А вот вы друг другу подходите.
Медников озадаченно глянул на меня, тогда я с усмешкой пояснил:
– Оба клетчатые!
Мой одногруппник уставился вслед Оле, затем перевёл взгляд с её обтянутой клетчатой юбкой задницы на собственные штаны свободного покроя и пропел:
– Клетки, клетки, клетки… – Он вопросительно взглянул на меня и уточнил: – Как там дальше у «Любэ»?
– Конфетки-вагонетки.
Витя кивнул, кинул окурок на асфальт и растёр его носком кроссовка.
– По пиву? – предложил, перебросив пиджак через руку.
– Не откажусь.
– Тут кафешка есть на перекрёстке…
Я придержал приятеля и развернул его в другую сторону.
– Видишь, лампочка горит? Нам туда.
Медников приставил ладонь козырьком ко лбу, поглядел на пивной киоск у здания троллейбусного депо и пожал плечами.
– Против разливного ничего не имею. Идём!
К киоску выстроилась небольшая очередь, в которой вперемешку стояли студенты, местные жители и работники завода, но долго ожидание живительной влаги не продлилось, вскоре мы взяли по литровой банке и отошли в тенёк.
Увы, пиво оказалось водянистым, и Медников недовольно скривился.
– Сели бы сейчас в кафешке как белые люди, купили по бутылке «Балтики». Пробовал «Балтику»? Отличное пиво!
– Витя, ты не прав! – возразил я. – И очень скоро в этом убедишься. Поясни лучше насчёт Оли…
– Запал?
– Да нет, просто интересно, как ты на её счёт так быстро мнение составил.
Медников хлебнул пива и усмехнулся.
– Я же на подготовительные курсы ходил, там много кто из нашей группы был. И Оля в том числе. Она умница, но слишком уж целеустремлённая. Такое впечатление – уже всё и за себя, и за своего будущего избранника распланировала. А с её папой не забалуешь, придётся по струнке ходить. Вот Вика – это дело! Видел Вику?
Одногруппник столь ловко перевёл разговор на другую тему, что я личностью Олиного папы интересоваться не стал и лишь кивнул. Вику я видел. Не обратить на неё внимания мог только слепой или человек с насквозь неправильной сексуальной ориентацией. Пусть Викина фигура и не вписывалась в заветные стандарты, но не вписывалась правильно и в правильных местах. Рост ниже среднего, широкие бёдра, крупная грудь. Ещё и настроение вечно приподнятое.
– Вика-Вика-Виктория, тебя хочу на море я! – напел Медников и вздохнул. – Вот с ней дружить милое дело. Сначала на дискотеку, потом в койку. И никаких обязательств.
– Разоришься, – заметил я.
– Не без этого. Но вот есть ещё Женя…
Женю я тоже знал. Крашеная блондинка с короткой стрижкой, мальчишеской фигурой и каким-то слишком уж строгим и взрослым, но при этом весьма и весьма милым лицом.
– Женя спокойная – просто капец. Флегма, – начал развивать свою мысль Медников. – Её даже по кафе водить не надо, хватит «Сникерса», а то и просто шоколадная плитка «Пальма» сгодится, главное – внимание. Раз в неделю потрахались для здоровья и разбежались. Без изысков, зато стабильно.
– Хрена! – рассмеялся я. – В тихом омуте черти водятся.
– Так хорошо разбираешься в женщинах? – усмехнулся Витя.
– Неплохо разбираюсь в тех, кто может пырнуть ножом.
Медников внимательно посмотрел на меня, покачал головой и приник к посудине с пивом.
– Кислятина! – выдал он после этого и совершено напрасно: пусть пиво и разбавили, оно при этом нисколько не кислило. Сразу видно – утренний завоз, не вчерашнее.
Я приложился к банке, вытер губы тыльной стороной ладони и произнёс:
– Субаренда – интересная тема. Мы один объект охраняем, но собственник его в аренду сдавать не хочет. А вот если задействовать контору и включить в договор пункт о субаренде…
– И левых людей на охраняемый объект запустить? – фыркнул Медников. – Не вариант.
– Не левых, а проверенных, – возразил я. – Да и зачем запускать? Товар закинуть на склад, а потом выдать и всё.
– Не, это уже не субаренда, а ответственное хранение получается, – поправил меня одногруппник. – Вы принимаете товар на хранение и обязуетесь обеспечить его сохранность, вам за это платят. Но как на это собственник посмотрит…
Я махнул рукой, хлебнул пива и кивнул на приближающуюся к ларьку компанию. Испить живительной влаги возжелали наши одногруппники со старостой во главе.
– Теперь понимаешь, почему сюда идти надо было? Место встречи изменить нельзя!
Медников проследил за моим взглядом и ухмыльнулся.
– Давай ещё возьмём, – предложил он, и я отказываться не стал, но хоть пиво и было разбавленным, ограничился поллитровой банкой.
Постояли, потрепались, заодно поинтересовались размерами и сроками выплаты стипендии, но тут староста ничего конкретного сообщить не смог, как затруднился сказать, когда поедем помогать с уборкой урожая селянам и сколько проторчим в качестве бесплатной рабочей силы в полях. В общем и целом, неплохо время провели, заодно полушутя-полусерьёзно договорились тут по субботам после физкультуры встречаться.
Первую традицию завели, ага…
Сергей Чекмаев, Олег Дивов, Дмитрий Емец, Леонид Каганов, Вадим Панов, Павел Корнев, Наталья Болдырева, Ольга Шатохина, Сергей Игнатьев, Андрей Николаев, Михаил Кликин, Михаил Тырин, Арон Шемайер, Яков Будницкий, Юлия Рыженкова, Виктория Балашова, Дмитрий Володихин, Борис Георгиев, Юрий Бурносов, Татьяна Бурносова, Майк Гелприн
3,4
(39)
