Добрый Овше
Вславный час родился на земле добрый батар Овше. Били ключи, кричали маралу́хи31, распускались цветы, разливалась зелень лугов, куковали тонкоголосые кукушки, ветер раскачивал ветви сандаловых деревьев.
Погладили мать с отцом спину ребёнка и не нашли позвонка, который мог бы согнуться, между рёбер пощупали и не нашли такого места, в которое злой человек нож всадить мог бы. Зубы у Овше были, как раковины, белые и крепкие, а глаза – за сто вёрст муравья разглядят.
Воздвигли такому богатырю на прекрасной белой равнине Тюлькюр (что означает ключ) ставку32 чудесную.
На семидесяти пяти подпорках из чистого золота стояла та ставка. Набросили на подпорки двадцать четыре покрывала, завязали двадцатью четырьмя поясами.
В одно время с Овше родился конь чудесный Аранзал. На спине того коня не было позвонка, который мог бы согнуться, между рёбер – промежутка, куда злодей нож всадить мог бы. По земле и воздуху Аранзал, как снежная буря, мчался, нёс своего любимого хозяина Овше.
Скоро пришло время Овше помочь своему народу, показать батарскую силу и смелость. Напали на бедных людей жестокие и страшные мангадхаи33. Был у мангадхаев предводитель. Силу имел несравненную. Против такой силы и батар Овше казался слабым мальчиком.
Угнали мангадхаи скот у бедных людей, селения их разорили, тех, кто сопротивлялся, убили, детей в плен взяли.
Пришли люди к Овше защиты просить. Долго не думал Овше. Мигом вскочил на Аранзала и поехал.
День едет, сто дней едет. Нет следа мангадхаева. Решил отдохнуть Овше. Сам устал, и конь утомился. Лег Овше под деревом, а коня подле себя отпустил пастись.
Проснулся утром Овше – нет коня. Сразу догадался Овше, кто мог увести такого сильного коня. Оделся Овше пастухом и пошёл по следам коней. Крупные следы – коня предводителя мангадхаев, поменьше – следы Аранзала.
Немного погодя догнал Овше мангадхая. Знал он, что мангадхай сильнее его, и решил быть осторожным, действовать хитростью.
Прикинулся Овше пастухом, бедным сиротой, и говорит мангадхаю:
– Взял ты коня моего хозяина. Если я вернусь домой один, без коня, убьёт он меня. Отдай коня.
Отвечает мангадхай громовым голосом:
– Ну, так садись на коня и езжай, да только не к хозяину своему, а ко мне. У меня жить станешь, на меня работать будешь.
Взялся мангадхай за узду Аранзала, стегнул свою лошадь, тронулся в путь. Делать нечего. Поехал Овше вместе с мангадхаем. Когда приехали в ставку, мангадхай первым делом за еду принялся. В один присест тысячу бараньих ляжек съел, два колодца айрака34 выпил.
Насытился мангадхай и пришёл в хорошее настроение.
– Ну, – говорит мангадхай Овше, – расскажи, что богатыри твоего народа делать умеют, чем удивить могут?
Отвечает Овше:
– Наши богатыри одним духом целый казан расплавленного чугуна выпьют и глазом не моргнут!
Усмехнулся мангадхай. Велел принести десять казанов расплавленного чугуна. Один за другим выпил их, невредим остался, только посмеивается.
Видит Овше – не сработала его хитрость.
– Ещё что твои богатыри несчастные могут? – спрашивает мангадхай.
– Могут наши богатыри зимой в воде по грудь стоять, пока вода не замёрзнет. А как лёд реку покроет, они лёд, как соломинку, ломают, из воды невредимыми выходят.
– Идём за мной, – говорит мангадхай.
Сели они на коней и поскакали в страну, где зима лютая была.
Залез мангадхай в воду по горло, подождал, пока река льдом покрылась, двинул рукой – лёд на мелкие кусочки рассыпался. Стал выходить из воды.
– Стой! – кричит ему Овше. – Я ошибся, когда сказал, что вода по грудь должна быть. Стать надо так, чтобы вода до самого рта доходила, а кончики пальцев на ногах чуть только речного дна касались.
Залез мангадхай поглубже. Вода льдом покрылась.
– Теперь вылезай! – кричит Овше.
Но сколько ни пытался мангадхай, а вылезти был не в силах. От злобы пыхтит, жила на лбу, что канат, надулась, а лёд проломить не может.
Обрадовался Овше. Выхватил свой острый меч и бросился к мангадхаю. Да не тут-то было! Дунул на Овше мангадхай. От дыхания того Овше на сто вёрст отлетел, в воздухе тысячу раз перевернулся, еле жив остался.
Тогда перешёл Овше реку с другой стороны, подобрался сзади к примёрзшей голове мангадхая и говорит:
– Ну что, злой батар! Вот и пришёл тебе конец. Не будешь больше народ мучить. Теперь видишь, на что наши богатыри способны.
Вздохнул мангадхай и говорит:
– Об одном жалею, что дунул я на тебя, а надо было вдохнуть, и ты бы у меня в животе давно сидел.
Овше мечом острым разрубил ему голову. На голове той ещё несколько меньших голов торчало. Отрубил их Овше, прикрепил к седлу Аранзала и помчался домой.
Когда узнали мангадхаи о смерти своего предводителя, сами разбежались. Дети, которые были в плену, оставшись без стражников, домой побрели. А им навстречу счастливые родители побежали.
