Глава 3
Демид
И что же ответить?
– Анфиса Альбертовна, я не могу без разрешения выдавать имя этого славного героя, что путешествует по таинственной Башне инкогнито, – решаю отшутиться. Далее шепотом проговариваю: – О нем почти никто не знает. Не распространяюсь.
Пусть сама себе придумает что, почему и как. У женщин фантазия работает будь здоров.
Видя заинтересованность и удивление в глазах собеседницы добавляю:
– Если только он сам не скажет. Ну, малыш, представишься доброй тете?
– Си-и… – протягивает кроха. – А-ам-ам!
Ха!
– Ну, когда он голоден, то в скверном настроении, – пожимаю плечами.
– Какой же он милый, – отсмеявшись умиляется Анфиса Альбертовна. – Надеюсь, красавчик, позже, когда будешь сыт, скажешь как тебя зовут?
Не получив ответа, прощается с нами и выходит на этаже с кабинетами для СПА и салонами красоты. А мы поднимаемся дальше. Тут же звоню одному из замов, рассказываю о важном госте и с какой целью тот гуляет по Башне. Дальше он сам свяжется с нужными сотрудниками, чтобы те организовали все, что необходимо.
Лучше мне Анфисе Альбертовне на глаза не попадаться.
Это финиш! У меня среди сотрудниц одни молодые специалисты и нерожавшие карьеристки. Ни одной мамаши. Хотя, есть парочка. Но обе в декрете.
Я понимаю, что моя компания участник движения «Дорогу молодым специалистам», но почему все настолько запущено?
Мне на помощь конечно бросился сразу десяток девиц, пытающихся за счет ребенка привлечь к себе мое внимание. Но дельных советов от них не услышал. Гомонят все. Да, и малыш на руки никому из них не дается. Только на «си-и» смотрит. Инстинкты у крохи уж очень рано проявляются. Настоящий мужик растет. Что тут еще скажешь?!
Сам же карапуз начинает «ругаться» на женщин, окруживших его и тянущих к нему руки. Того и гляди, разревется. А это не по-мужски. Поэтому, решаю спасти его от позора.
В общем, ухожу с ним к себе в кабинет.
Снова звонок. Мама. Опять сбросить – будет полное свинство.
– Привет, мама, – принимаю вызов. – Давай позже перезвоню, немного занят.
– Ма-а? – жалобно на меня глядя спрашивает кроха.
Мама, начавшая было упрекать, что я всегда занят, резко подбирается и спрашивает:
– А это кто там у тебя? И чем именно ты сейчас занят?
Так и представляю, как она приняла стойку, готовая сорваться. Она же мне все уши про внучков прожужжала. А тут…
– Мам, а ты подгузники менять умеешь?
Черт! На рефлексе спросил. Интуитивно же понимаю, что мама в этом вопросе разбирается намного лучше. Вот и вырвалось.
Малыш же продолжает внимательно всматриваться в телефон. Даже руку к нему тянет. В распахнутых глазах надежда.
Блин! Тяжело на это смотреть.
– А? – слышу очень удивленный голос мамы. – Умею, конечно. У тебя там ребенок?!
– Сложно объяснить… – тяжело вздыхаю и глажу малыша по головке.
И тихо шепчу ему, прикрывая динамик:
– Обязательно найдем твою маму. Не сомневайся.
– Твой?!
А сколько волнения в голосе.
– Мам? Ну откуда у меня ребенок возьмется, мой?
– И вот я все время удивляюсь, почему его еще нет? И девки на тебя постоянно всякие прыгают. Какая-нибудь могла и принести тебе своего малыша, обрадовать, что ты теперь папа. Конечно, это плохо, что так, но лучше, чем вообще без детей.
Снова вздыхаю.
– Нет. Этот малыш потерялся. Маму найти никак не можем. А малой, почему-то, ни к кому на руки не идет. И я… – и я понимаю, как все нелепо звучит со стороны. Потому перестаю объяснять. – В общем, пока маму ищут, малыш у меня.
– Интересно… Может, подбросили?
– Выясним, – уверяю ее.
– Ну, если маму быстро не найдете, ты пока ребеночка у себя придержи, а я помогу, если что…
– В смысле, у себя придержи? Как поможешь?
Это она о чем?
– Если за ребенком родители сами не придут, значит подбросили. И таким родителям его не вернут. Ну и не отдавать же малыша в детский дом?! А помогу, потому, что у меня отпуск начался. Приеду, посмотрю, как ты живешь. За малышом могу помочь поухаживать.
Пил бы кофе – поперхнулся.
После поясняю маме:
– В любом случае, не могу ребенка оставить. О пропаже нужно сразу в органы заявлять. Я и так оттягиваю этот момент. Надеюсь, что все разрешится.
– Ну, ты же можешь еще оттянуть с заявлением. У тебя есть нужные ниточки. Пожалей ребеночка.
Решаю не развивать эту тему и отключаюсь, сославшись на то, что ребеночек этот давно с полным подгузником гуляет.
Приедет, поможет, ага. Я ей, конечно, очень рад. Но мой мозг будет пилить, по поводу внучков, с новой силой.
И что значит, пожалей ребеночка?
Может, чтобы пожалеть, его нужно, наоборот, поскорее отдать? Не уверен, что смогу все сделать правильно и не навредить крохе.
Звоню начальнику службы безопасности.
Он меня расстраивает. Ни мамы, ни следов, ведущих к ней или раскрывающих ее личность, нет. Пока нет. Поиски продолжаются.
Печаль-беда.
Главное, чтобы теперь ко мне в гости не заявилась Марго. Я, конечно, объясняться перед ней не обязан. Но знаю, что девушка имеет на меня далеко идущие планы. Правда, мне эти планы и роль в них ни к чему. Меня устраивает все так, как идет.
Тут, наконец, вбегает посланная за всем-всем необходимым сотрудница. Сгружает несколько крупных полностью забитых чем-то пакетов на пол. Что там на бейджике написано? Светлана?
– Света, вы подгузник менять умеете?
