Глава 3. Разлом
Яркая вспышка рассеяла тьму. Ослепительно белое зарево, точно взрыв сверхновой. И, кроме этого сияния, невозможно было различить ничего больше.
Затем вернулся звук. Сперва лишь тонкое, высокочастотное пищание вдалеке, которое постепенно нарастало, а после вдруг оборвалось, и за ним раздался всего один глухой, низкий удар. Другой. Третий. То был гулкий звук её медленного сердцебиения, отдающийся эхом нигде и одновременно всюду. Когда включилось осязание, Ева пожалела о том, что не осталась в том небытие.
Каждый атом взбесился, клетки охватило огнём, в теле вспыхнул настоящий пожар, так, что больно было сделать вдох. Нервы будто закинули в блендер и подрубили ток на полную. Восприятие искажалось. Само пространство словно растянули, как резину, и Еву засасывало куда-то в неизвестность вместе с окружающей материей. Ещё немного – и каждую косточку вырвет из сустава…
Всё схлопнулось так же внезапно, как и началось. Пришло в норму, будто ничего и не было. Пламя угасло, свет померк, и зрение вновь сфокусировалось на мигающих индикаторах приборной панели, а вместо сердцебиения, слух уловил только чей-то шумный вздох неподалёку.
– Ну, что я вам говорил?! Грузовик, космолёт… одна фигня. Жми на газ, да рули, куда глаза глядят! Прокатились с ветерком! Гладенько, как по маслу! – звенящий восторгом возглас пирата разорвал нарушаемую тяжёлым дыханием тишину. Впрочем, судя по ошалелым лицам, радости его никто не разделял.
– Это ты называешь «как по маслу»? Я думала, что умерла! – наконец разжав намертво впившиеся в кресло пальцы, взвыла Ева. К горлу подкатывала тошнота. Сдерживая позыв, она прикрыла глаза и коснулась холодной ладонью лица. Лоб был покрыт испариной. Суставы ныли, под кожей всё ещё ощущалось странное неприятное покалывание. – Чёрт… В какой-то момент мне реально начало казаться, что я превращаюсь в лапшу. Что это было вообще?! Вы ведь тоже это заметили, правда? Как всё исчезло…
Вновь распахнув глаза, она огляделась, ища подтверждение тому, что ей не это не почудилось. В отличие от своего контуженного капитана, который едва ли не кайф словил от произошедшего и теперь сидел с довольной рожей, остальные тоже выглядели так, будто их выкинуло с вышедшей из-под контроля центрифуги.
Азиатка, чьё лицо даже позеленело немного, разогнулась, сдавленно простонала и, подняв голову, встретилась мутным взглядом с Евой.
– Да, похоже, что все органы чувств на какое-то время выключились, – тяжело проговорила она хрипловатым голосом и нахмурилась. – Вернее, они попросту не могли ничего зафиксировать, а это означает одно – мы перескочили скорость света, но… В этом нет никакого смысла. Гипердвигатели находятся в разработке целую вечность, и всё ещё без результата. – Девушка выглядела совершенно растерянной, и, по всей видимости, неизвестность её реально злила. Она гневно зыркнула на Кая, а затем, прочистив горло, ледяным тоном приказала: – БАК, просканируй окружение и дай координаты. Куда нас, чёрт возьми, занесло?
Сперва раздался похожий на радиопомехи треск, прерывистый скрежет, а затем искусственный голос компьютера, будто откашлявшись, произнёс:
– Боюсь, я не могу дать вам ответ, мисс Айя. Местоположение не определяется. Данные не совпадают, с чем бы я ни пытался их сопоставить.
Казалось, он и сам был озадачен не меньше других, что само по себе являлось достаточным поводом для беспокойства – если уж программа теряется и впадает в ступор, то дела твои точно плохи.
В то же самое время молчаливый паренёк старательно замахал руками, привлекая к себе внимание. Он принялся торопливо жестикулировать и выдавал на пальцах странные, непонятные знаки. Ева обменялась с Каем недоумевающим взглядом, а вот Айя следила за каждым движением внимательно, и лицо её мрачнело с каждой секундой. Казалось, она единственная понимала, что происходит.
– Он говорит, что мы проскочили в червоточину, – наконец заключила она, когда дикий поток жестов прекратился. – Это единственное разумное объяснение, но…
– А он что, совсем не разговаривает? – перебил её Кай, чуть склонив голову и нагло уставившись на парня с нескрываемым любопытством, как на какую диковинную зверушку, и добавил насмешливо: – И ты типа вот прям все эти шарады выкупаешь?
Вслед за тяжёлым вздохом раздался звонкий шлепок, с которым девушка ударила себя ладонью по лицу. Её буквально начало трясти.
– Серьёзно?! Правда не помнишь?! Насколько всё плохо?! – взорвалась она, готовая испепелить Кая одним взглядом, но тот не повёл и бровью. Только пожал плечами и с глупой улыбочкой на лице развёл руками, мол, что есть, то есть, ничего не поделаешь.
– Нет. Всё ещё без единой идеи, кто вы все такие. Но аттракцион прикольный. Мне понравилось.
Он казался абсолютно беззаботным, и всё же что-то было не так. Мелкие детали, не бросающиеся в глаза: пот, выступивший на лбу, глаза, что по-прежнему отдавали болезненной краснотой, взгляд, неспособный ни на чём задержаться дольше трёх секунд, нервные подёргивания пальцев… Побочные эффекты того, что он назвал аттракционом, или того, что сделали с ним на станции?
– Окей, было весело, но сейчас один из вас должен быстренько объяснить, как вернуться назад, потому что у меня осталась ещё целая дымящаяся и дурно пахнущая куча дел, которую нужно разгрести! – хлопнув в ладоши, бодро воскликнул он и вскочил с места.
– Вернуться?! Куда? К тем уродам на станцию? – Айя сложила руки на груди и посмотрела на него, как на сумасшедшего, которым, в некотором роде, он сейчас и являлся. Кай в ответ тоже глянул на неё, как на полную дуру, и покрутил пальцем у виска.
– Какую, нахрен, станцию? На остров, дамочка! На мой! Долбаный! Остров! Беллатор! Comprende?
На девушку его пламенные вопли впечатления не произвели. Она лишь закатила глаза.
– Что, мозги в отпуск уехали, да? Мы уже на Беллаторе. Это твой корабль, дубина! Приди уже в себя!
– Подтверждаю, – вклинился в их перепалку компьютер. – Название «Беллатор» было дано судну ещё до того, как капитан угнал его восемь лет назад. Интересный факт: данное имя переводится с латинского как «Воин». Я нахожу забавным то, что так называемый «мёртвый язык» никак не может умереть уже тысячи лет.
Короткая усмешка искусственного интеллекта никак не разрядила напряжённую атмосферу. Никто вообще не обратил внимания на его ремарку. Айя продолжала буравить Кая испытующим взглядом, а тот так и застыл с открытым ртом, а затем отшатнулся, как от удара. Упав назад в кресло, пират вдруг поморщился и схватился за голову. Будто услышанные слова вызвали у него приступ мигрени. Ева не решалась даже шелохнуться всё это время и только неподвижно наблюдала. Его дыхание стало глубже, чаще, капля пота скатилась по лицу…
– Не знаю, что ты видел в стазисе, – вновь заговорила Айя, на сей раз уже спокойно, – вероятно, сны как-то странно переплелись с воспоминаниями, но в любом случае это было не реально. Так что советую поднапрячься и вставить свои шестерёнки на место. Потому что, куда бы ты там не хотел отправиться, без прежнего тебя у нас ничего не получится. Тем более – в той жопе, в которую ты же нас и загнал.
– Бред какой-то… – замотал головой Кай, затем резко отнял ладони от лица и с вызовом посмотрел на Айю. – Ну, а ты? Что ты видела, пока лежала в той штуке?
Она откинулась в кресле, загадочно улыбнулась, прикрыла глаза и мечтательно протянула:
– Ах… Мне снилось, что я получила кругленькую сумму за кражу какой-то сверхсекретной сыворотки, но в самый разгар дела меня поймали. Один очень привлекательный офицер Гвардии с бездонными голубыми глазами… Да-а, я бы позволила ему допрашивать меня столько, сколько потребуется…
Она хохотнула, и рядом послышалось недовольное пыхтение – немой парнишка поджал губы и демонстративно отвернулся. Вместе с ним и бортовой компьютер издал разочарованный стон.
– Мисс Айя, вы раните меня в самое ядро процессора!
– Значит, хорошо, что у тебя их ещё много, – невозмутимо ответила она. – Толку, правда, маловато.
– Как грубо! Вы ведь не способны даже представить объём информации, которую я обрабатываю всего за одну миллисекунду! Как можете говорить такие вещи?
– И? Есть гениальные идеи, как нам починить капитана?
– В идеале мне следовало бы для начала вскрыть его, провести полноценное исследование и досконально изучить мозг… Но, судя по выражению лица капитана, он не станет подписывать форму согласия на хирургические манипуляции. – Тот и правда выглядел так, будто собирался разорвать кого-то в клочья, вот только не мог выбрать, кого, поэтому лишь сжимал кулаки в бессильной ярости, да истерично искал налитыми кровью глазами источник звука. – Из неинвазивных методов могу предложить только короткую справку о членах экипажа. Если не пробудит спящие воспоминания, то хотя бы поможет понять.
Повисло молчание. Кай опасливо прищурился, но всё же разжал пальцы и махнул рукой.
– Ладно, валяй… ты… как тебя там?
– БАК, капитан, – отозвался голос, и пират усмехнулся.
– Ага. Дебильное имя.
– О, а вот и первый факт! БАК – это аббревиатура. Сокращённо от Бортовой Асинхронный Компьютер.
– Да, да, очень интересно. Ближе к делу.
– Хорошо.
Над панелью загорелся голографический экран, изображения на котором замелькали так быстро, что невозможно было ничего разобрать. БАК перебирал файлы и наконец остановился, выводя на всеобщее обозрение статьи, отчёты, вырезки из баз данных и личных дел. На передний план выскочили несколько фотографий азиатки, снятых, по-видимому, на камеру с дрона видеонаблюдения, и БАК принялся зачитывать монотонным голосом новостного диктора.
– Айя Накашима. Аферистка. Воровка. Разыскивается по подозрению в мошенничестве, взломе, краже личности, персональных данных, исторических ценностей, исследовательских разработок. Также обвиняется в подделке документов и в организации незаконных сделок купли-продажи на чёрном рынке. Пять арестов, и из-под каждого был совершён побег. Во всех случаях даже не была доставлена до станции предварительного заключения. Показания офицеров, производивших арест, туманны, но все как один утверждают, что не понимают, как подобное могло произойти.
Айя расплылась в самодовольной улыбке и пропела томным голосом:
– Дурачкам стыдно признаться, что все они попросту не смогли устоять перед моим обаянием.
Картинки снова замелькали, и вместо кокетливо улыбающейся азиатки появились самые разнообразные фото Кая: от нечётких снимков со спины и глупых кривляний на изображениях в духе «их разыскивает Галактика» до удивительно непохожих на него, вырванных из какого-то личного дела – с серьёзным лицом, строгим ёжиком коротко стриженных волос и ещё с целым черепом.
БАК продолжил рапортовать.
– Кай Морено. Нынешний капитан судна Беллатор. С позором отчислен из лётной академии на последнем курсе. Возглавляет тройку самых известных пиратов Солнечной системы. Послужной список насчитывает десятки обвинений, среди которых вымогательство, подделка документов, незаконное проникновение в визовую зону, кража, контрабанда, нелегальная транспортно-грузовая деятельность, уничтожение корпоративного имущества, нападение на представителей Гвардии и угон транспортного средства, находящегося во владении административного ведомства.
Кай удовлетворённо хмыкнул.
– Очень на меня похоже. Так, давай дальше.
– Подозреваю, сейчас не самый удачный момент, чтобы расстраивать вас, но личность бортмеханика не установлена. Информация о нём не найдена ни в одной базе. Да и не очень-то хотелось, – произнёс БАК чересчур язвительно для бездушной машины.
Кай недоверчиво глянул на паренька, а тот, обиженный пренебрежительным комментарием, вскинул в воздух средний палец – такой язык жестов был понятен любому. Айя устало вздохнула.
– Мы нашли Чувака два года назад на барахолке, когда ты ломал голову над тем, как залатать дыру в обшивке… – сказала она и укоризненно добавила: – Действительно, кто ж знал, что армированная изолента долго не протянет?
– Прости, у нас тут сегодня конкурс идиотских имён что ли?
– Это не имя. В смысле, он всё равно не мог назвать своего. Он был совсем потерянным, как бездомный щеночек, одетый в эти потасканные древние шмотки с кучей разномастных значков из прошлого века. На одном из них было написано «Чувак», и мы стали так его называть. Вроде, он был не против. – Айя обернулась, и Чувак одобрительно поднял большой палец. – Мы не собирались пополнять команду, но он сам увязался за нами, а щеночки нынче редкость. Домашние питомцы – вообще атрибут роскоши. К тому же, ему нравится возиться с железом и всяким мусором, так что он оказался весьма полезным.
Кай кивнул, а Бак снова оживился.
– О! Ещё один занятный факт! Из доступных мне в настоящий момент биометрических данных я также не могу найти никакой информации по нашему новому очаровательному пассажиру. Её, как и бортмеханика, как будто не существует вовсе…
Три пары глаз одновременно уставились на Еву, которая, вжавшись в кресло, в тайне начала надеяться, что сможет слиться с окружением, и про её присутствие все забудут.
– А вот это реально дельное замечание, жестянка! – воскликнул Кай и наградил Еву таким взглядом, от которого немедленно захотелось бежать. Вот только бежать было некуда. Она и моргнуть не успела, как украденное со станции оружие оказалось в его руках, нацеленное ей прямо в лоб. – Нутром чую рядом крысу…
Пират хищно оскалился, палец уже опустился на спусковой крючок, но стройная фигура Айи преградила обзор.
– Эй, давай-ка не горячись, – спокойно произнесла она, отводя дуло в сторону, а затем обернулась к Еве и нахмурилась. – И всё же его подозрения не беспочвенны. Мы действительно ничего о тебе не знаем, так что потрудись объяснить, кто ты такая. Что ты делала на станции? И почему помогла нам?
Ева поджала губы. Она с самого начала знала, что всё это было дурной затеей, но там ей пришлось выбирать меньшее из зол, а теперь… Воспоминания пострадали у всех, не только у вспыльчивого капитана, и это была хорошая новость. Однако сочинять на ходу Ева умела неважно, и это уже плохо, ведь ей нужна была правдоподобная история, причём быстро.
– Меня зовут Ева. Я… – неуверенно начала она, судорожно ища пути к отступлению, которых и быть не могло. – Я не должна была там оказаться. Я всего лишь участвовала в протесте за права рабочих на Энцеладе и Тритоне. Не успела убежать, когда случилась облава.
От сердца отлегло. Она и сама не ожидала, что выйдет так складно. Выражение лица Айи смягчилось, но вот Кай совсем не спешил опускать пушку.
– Херня. Видел я, как ты бегаешь. Плюс я вообще ни слова не понял из твоих отмазок. Какой ещё Тритон? Какой Энцефалит?
– Энцелад, – поправила Айя и разочарованно покачала головой. – Снова в школу, чтоб тебя! Это спутники Юпитера и Нептуна. Я знаю, о каких протестах она говорит. Потом объясню, если чердак свой не починишь.
Кай, вроде бы, немного расслабился, откинулся назад, положил ствол на колени и усмехнулся.
– Ну вы и чудилы. Что, на Земле уже ничьи права защищать не нужно?
Айя потёрла виски и вновь издала протяжный вздох человека, который заколебался нянчиться с несмышлёным ребёнком.
– Не знаю, как сказать тебе это, дружочек, но никакой Земли нет уже почти четыре сотни лет. Разлетелась, как дженга, после последнего столкновения с астероидами. Последствия катастрофы до сих пор гуляют по космосу, несмотря на все усилия мусорщиков, – пояснила она и недовольно процедила сквозь зубы уже куда-то в пустоту: – Поэтому все, как идиоты, продолжают молиться на «Генезис». «Святая» корпорация занялась освоением планет задолго до крушения Земли.
Все ненадолго притихли, словно, не сговариваясь, решили почтить память исторически родной планеты. Кай первым открыл рот, явно собираясь сыпать новыми вопросами, но Айя одним взмахом руки остановила его.
– Нет! Даже не думай! У меня нет сил зачитывать тебе весь курс мировой истории. Потом спросишь у БАКа, если захочешь. А мы ещё здесь не закончили. – Она вновь развернулась к Еве и продолжила тихо, но требовательно: – Допустим, я тебе верю. Но как ты сумела выбраться из стазиса? Да ещё и одна. И почему разбудила нас?
Ногти до боли впились в ладони. Сглотнув напряжённый ком в пересохшем горле, Ева решила, что лучшая ложь – это частичная правда.
– Мне просто повезло. Лаборанты хотели что-то сделать со мной… Может, испытать какой-то препарат, или взять органы… Не знаю, с них станется. Но наркоз не подействовал. Моё пробуждение застало их врасплох, поэтому мне удалось избавиться от них. Я забрала халат, пропуск и компьютер, так что смогла добраться до капсул стазиса. Имея допуск, нетрудно было найти в системе тех, кто умеет пилотировать корабль. Так я вас разбудила, – торопливо выдала Ева и, поймав на себе очередной настороженный взгляд Кая, фыркнула. – Кто же знал, что у него с головой беда?
– Опять нарываешься, дохлятина?!
Что-то тревожно ёкнуло в груди.
– Эй, какого… – возмутилась Ева, но голос предательски дрогнул. Впрочем, никто этого не заметил, и раззадоренный пират продолжил.
– А что? Сама-то себя видела? Бесцветная вон вся, от волос до пяток! Кожа синюшная! А глазищи? Видала когда-нибудь, как рыбу взрывчаткой глушат? Вот, проваляется такая брюхом кверху пару дней – такие же зенки стеклянные!
– Так, всё! Прекратили! – рявкнула Айя. – Потом отношения будем выяснять. Сейчас у нас есть более насущные проблемы. Но для начала предлагаю наконец переодеться. Я не выдержу больше ни минуты в этом кошмаре, – произнесла она, с отвращением оттянув двумя пальцами ворот оранжевого комбинезона, всё ещё влажного от склизкой жижи капсулы стазиса.
Ева замялась, не решаясь спросить. Поджала замёрзшие пальцы на босых ногах, сильнее запахнула халат на груди и всё же поинтересовалась:
– Не хочу навязываться, но… найдётся что-то и для меня?
Айя как будто только сейчас заметила весь её странный вид целиком. Сперва на лице отразилось удивление, затем понимание. Шагнув вперёд, она кивнула.
– Что-нибудь придумаем. Если, конечно, тебя не смущает пусть и чистое, но чужое бельё.
Ева просияла. Вряд ли после того, что с ней делали, подобные мелочи можно было назвать даже «лёгкими неудобствами».
– Нет, сойдёт буквально всё что угодно!
– Тогда пойдём. – Айя призывно махнула рукой и на ходу бросила через плечо: – Чувак, напомни нашему капитану, где его каюта!
Тот, казалось, был совсем не в восторге от перспективы остаться наедине с неадекватным пиратом, но выбора ему никто не оставил.
Когда через некоторое время все собрались в столовой, то уже куда меньше походили на компашку психов, сбежавших из лечебницы через канализационную систему, и куда больше – на разношёрстную команду непутёвых преступников.
Айя поразительно легко и грациозно вышагивала в нечеловечески тесном и неприлично коротком платье из хромированного красного полимера. Как ей вообще удавалось дышать в нём – настоящая загадка, но девушка выглядела абсолютно довольной.
Ева же семенила за ней, стыдливо оттягивая края то любезно выделенных ей ярких жёлтых шорт, то без конца задирающегося белого топа, высокое горло которого, казалось, норовило её придушить. У неё была уйма вопросов относительно функциональности подобных нарядов, но дарёным полимерам в звенья не смотрят, да и обувку заодно выдали – полуботинки из «умной кожи» идеально подстраивались под ногу, такой приятный бонус компенсировал любой дискомфорт.
Скучающий Чувак уже бесцельно крутился на стуле, но, приметив Айю, тут же приободрился. Он, похоже, с одёжкой вообще не заморачивался. Так и остался в комбезе, просто сменил тюремный рыжий на болотный зелёный.
Кай же ворвался в столовую с шумом. Буквально. Его огромные ботинки весили, должно быть, не меньше трёх кило каждый, судя по звуку, который издавали шаги. Напыщенная физиономия так и напрашивалась на какую-нибудь колкость, но всё же Ева не могла отрицать, что в мешковатых брюках карго и чёрной майке, особо не скрывающей спортивное тело, он выглядел довольно неплохо. Не знай его, она, возможно, задержала бы взгляд подольше. Но там, на станции, была отнюдь не первая их встреча…
– Боты – огонь! – с размаху пнув воздух, провозгласил он. – Что ж вы сразу не сказали?! Такими и лица ломать можно!
Айя, похоже, уже не знала, как реагировать на его перлы.
– Ломать-то, конечно, можно, но они не для этого. А весят столько из-за встроенной системы магнитного поля. Чтобы иметь сцепление с обшивкой, если нужно вылезать наружу.
Повисло молчание. Неожиданно у всех будто закончились темы для споров. Айя стучала острыми ногтями по столу, Чувак рассеянно глядел в пустоту, считая проплывающие в воздухе редкие пылинки, а Кай не мог усидеть на месте и потому нервозно наворачивал круги, похрустывая костяшками пальцев.
– Так… и какой план? – нерешительно заговорила Ева. – Я собиралась попросить бросить меня в любом порту где-нибудь подальше, но не настолько же.
– Да уж, задачка… – безрадостно протянула Айя.
Разумеется, беспокойный капитан не мог не вставить свои ценные замечания, и заданный им вопрос, на удивление, даже показался Еве вполне резонным.
– А что, у этой штуковины нет никакого автопилота? Пускай просто запульнёт нас обратно по тому же маршруту, по которому мы прилетели.
Айя задумалась. На секунду и на её лице промелькнул проблеск надежды, но он потух так же быстро.
– В теории это возможно, но только в теории. Без точной навигации в червоточине любое гравитационное поле из обычного пространства на пути вырвет нас из гипера грубо и без церемоний. То, что мы смогли долететь сюда целыми и невредимыми – невероятная случайность, статистическая погрешность, не более. Полагаться на неё второй раз я не стану. Мне моя шкура дорога. Даже вездесущие корпораты освоили только два разлома и не рискуют соваться в остальные. Неизвестно ещё, какие тут могут всплыть сюрпризы. Только оторвались от одних агрессивных тварей, встретить других, да ещё и хрен знает какого происхождения, точно не хочется…
Что было лучше: оставаться там или зависнуть в неизвестности? Здесь Ева могла хотя бы попытать счастья.
– И что? Остаётся только ждать, когда у этого мозги на место встанут? – с сомнением буркнула она, ткнув пальцем в Кая, который продолжал беспечно радоваться обновкам и наносить сокрушительные удары невидимым противникам.
– Не знаю… Запаса тория в реакторе должно хватить ещё надолго. Повисим денёк-другой на месте, посмотрим. Может, и правда какие-нибудь улучшения появятся? Я ведь тоже не помню, как оказалась в стазисе, но мне память отшибло не до такой степени.
Чувак согласно закивал. Меж тем Кай, наигравшись, уже добрался до кухонных ящиков и принялся греметь дверцами шкафов.
– А как вам такой план: пожрать чего-то для начала? Лично я прямо сейчас хочу огромный сочный стейк с кровью, бутылку самого крепкого пойла и сигарету.
Айя злорадно захихикала.
– Ну, удачи тебе в поисках! Дай знать, если найдёшь что-то, кроме сои, грибов, сублимированных пайков, белковых порошков и… ещё грибов. Мясо – удовольствие дорогое. А из того, что я помню, последние деньги ушли на ремонт, дозаправку и твои гулянки.
– Поправочка, мисс Айя. В моём архиве ещё хранится запись вашей прекрасной речи о том, как вы просадили треть куша в казино. Вы такая милая, когда оправдываетесь…
– Эй! Не просадила, а попалась на мухлеже! Большая разница! Я же не знала, что они обновили систему мониторинга! Ты на чьей стороне вообще, БАК?!
– На вашей, конечно.
Чувак поднёс к лицу кулак, пряча беззлобную улыбку. Кай разочарованно отступил от ящиков и внезапно качнулся, потеряв равновесие. Оперевшись о стол, он согнулся, лицо исказила болезненная гримаса.
– Ты в порядке?
Айя взглянула на него с беспокойством, но он лишь глубоко вдохнул, выпрямился, тряхнул головой и вновь натянул свою глупую ухмылку.
– Нормуль. Просто что-то башка закружилась. Ничего такого, с чем не могли бы справиться горячий обед, пара таблеток и стакан чего-нибудь забористого. – Он приблизился к раковине, открыл кран и сунул лицо под струю воды. Сделал пару жадных глотков, и тут же, скривившись, выплюнул обратно. – Фу, дрянь какая! У вас тут всегда вода со вкусом грязных носков?
– Ой, а я не говорил? – пролепетал БАК, точно сама невинность. – У нас возникла неисправность в системе очистки.
– А ещё «хорошие» новости сегодня будут? – простонала Айя и, уронив голову на стол, обессиленно вздохнула. – Чувак, проверишь? Попробуешь починить?
Тот задумчиво прищурился и неопределённо кивнул. На этом череда неприятных сюрпризов, казалось, закончилась, и все, включая даже экзальтированного капитана, предпочли замолчать. Меньше открываешь рот – меньше дерьма на вентилятор.
Неунывающий Чувак попытался поднять общий боевой дух, сварганив нехитрый обед из того, что было. Выглядело, конечно, крайне сомнительно, и похожие на серую слизь блюда с нитевидными вкраплениями хрустящих грибов аппетита особо не вызывали, но на вкус оказалось вполне сносно, если закрыть глаза на тошнотворную текстуру. А после было единогласно решено, что решать проблемы стоит на свежую голову. Ева слегка удивилась тому, что кто-то ещё хотел спать после стазиса, но, видимо, прыжок в червоточину – достаточный стресс для организма, да и совокупность последних событий выбила из команды последние силы. Кай ушёл к себе, Айя проводила Еву до свободной каюты, и лишь Чувак собирался залезть в коммуникации и оценить масштабы повреждений.
Выделенная комнатушка встретила Еву звенящей тишиной, а нетронутая постель – прохладой. Зарывшись в чуть грубоватые простыни, она закрыла глаза, однако, несмотря на пульсирующую в теле усталость, сон не шёл. Множество мыслей роились в голове. Что, если Кай так ничего и не вспомнит? Придётся остаться в неизвестной галактике навсегда? Не о таком шансе начать новую жизнь она мечтала… Но что, если память вернётся к нему? И ко всем остальным? Если они вспомнят её? Не будет ли это ещё хуже?
С каждым новым вопросом нервы натягивались всё сильнее. Ева ворочалась, пряталась под одеяло с головой, но тело отказывалось расслабляться. Она не была уверена, сколько провалялась в тщетных попытках, прежде чем сдалась и решила пройтись до столовой, чтобы рискнуть вскипятить себе стакан воды. Грохот за одной из дверей посреди коридора заставил её остановиться на полпути.
Из открытого прохода лился холодный свет. Что-то хлопнуло, бахнуло, послышался шорох, неразборчивая ругань и звон бьющегося стекла. Это явно был не Чувак… Нерешительно пройдя вперёд, Ева обнаружила пугающую картину: то, что должно было быть медблоком, оказалось перевёрнуто вверх дном; распахнутые шкафы, усыпанный коробками, инструментами и разбитыми колбами пол, выпотрошенные полки и мертвецки бледный, невнятно бормочущий что-то Кай посреди всего этого хаоса, продолжающий остервенело прочёсывать каждый угол и разбрасывать трясущимися руками бутыльки.
– Ты что творишь?! – воскликнула Ева и в ту же секунду пожалела о том, что вообще открыла рот.
Он обернулся к ней, как по команде, весь взмокший, с каким-то абсолютно нечеловеческим взглядом, как у дикого животного в приступе бешенства, только пены из оскаленной пасти не хватало. Ева невольно отшатнулась, но отступать было поздно. Словно сорвавшись с цепи, пират подлетел к ней в мгновение ока и, сжав горло, с утробным рыком впечатал её в стену.
– Пусти! Что ты… – прошипела Ева, но крепкая хватка перекрыла воздух, и наружу теперь вырывались только хрипы.
– Это ведь всё ты, да?! Зуб даю, вся эта херня – твоих дохлячьих рук дело!
Горячее дыхание обожгло щёку. Ева замахала руками в жалкой попытке если и не ударить, то хотя бы нанести урон, но ему её трепыхания – всё равно что жужжание назойливой мухи. Он лишь сжал её шею сильнее, продолжая в упор смотреть обезумевшими чёрными глазами.
– Говори, сука! Кто ты такая?! Что ты сделала?! Отвечай!
Ева открыла рот, но всё ещё не могла ни вдохнуть, ни просипеть что-то в ответ. Она чувствовала, как прилила кровь, как капилляры лопнули в глазах. И устрашающее лицо пирата тоже начало терять свои очертания. Всё размывалось, плыло, и она уже не могла даже поднять рук. В этот момент кто-то вбежал внутрь. Ева не могла увидеть, но, судя по полному молчанию, это был Чувак. Она только уловила краем глаза, как зелёное пятно его силуэта приблизилось и попыталось оторвать от неё слетевшего с катушек капитана, но тому хоть бы что – он отбросил от себя бортмеханика без усилий, не разжав ни пальца на её шее. Тело отчаянно сопротивлялось, горящие огнём лёгкие рефлекторно пытались сделать вдох, но всё без толку, и вскоре оставшиеся цветные пятна и вспыхивающие звёздами точки перед глазами начали чернеть. А затем, когда Ева уже проваливалась в темноту, её будто ледяной водой окатило – грудь поднялась, кислород обжигающим потоком прорвался в бронхи, и мир вокруг вновь начал обретать чёткость.
Откашлявшись, она обнаружила себя на полу. Бессознательное тело Кая лежало рядом, а напротив стояла заспанная Айя с инжектором в руке.
– Ты цела? Что здесь произошло?
– Не знаю… Я услышала шум, – начала Ева каким-то чужим, трескучим голосом и кое-как поднялась на ноги. – Он громил тут всё, как в припадке, искал что-то, а потом просто накинулся на меня.
– Искал? Что?
– Из того, что я смог уловить, – включился БАК, – цитирую: «должны же здесь быть хоть какие-то грёбанные колёса». Конец цитаты.
– Нет, это уже слишком, – пробормотала Айя, схватившись за голову, а после обернулась и скомандовала: – Эй, давай-ка, помоги мне затащить его в диагностическую капсулу. С ним точно что-то в корне не так.
Чувак, поднялся с пола, потирая ушибленный зад, и они вдвоём принялись тянуть бесчувственного капитана к аппарату посреди комнаты. С горем пополам закинув его внутрь, Айя нажала несколько кнопок на панели.
– БАК, врубай анализ!
Машина низко загудела, вспыхнувший синим светом полумесяц над головой Кая пришёл в движение, плавно крутанулся и начал скользить взад-вперёд, пока не раздался короткий сигнал. Все замерли в ожидании.
– Сканирование выявило незначительные повреждения в ретроспленальной коре головного мозга. Ничего критичного, но это объясняет проблемы с памятью. Температура тела – девяносто девять целых и пять десятых градуса. Артериальное давление повышено на пятнадцать процентов, частота сердечного ритма превышает норму на десять процентов, – заключил БАК, а затем неожиданно аж присвистнул. – О, а вот это уже интересно! Помимо успокоительного, которое вы вкололи, в крови капитана обнаружены остаточные следы нейролептиков – производных дибензодиазепина, а также… Ого! Целый коктейль из снотворного и анестетиков: метаквалона, кетамина, декстрометорфана…
– Давай попроще, – раздражённо бросила Айя. – Что с ним?
– Ну, если говорить простыми словами – все симптомы и результаты анализа указывают на то, что у капитана мощнейший отходняк.
