Глава пятая. Старичок в шляпе и факты. Биологи и мост
Утром в квартире началась суматоха. Друзья собирались на работу, бегая из комнаты в комнату – спальня, кухня, ванная…Несколько раз столкнулись, при этом Наташа чуть не расплескала кофе из кружки, Роман успел увернуться, и этим спас белую наглаженную рубашку. Люда, чтобы не мешаться, вышла на балкон, оттуда открывался красивый вид – верхушки сосен, озаряемые яркими лучами летнего солнца.
– Подруга, колись! – Наташа вихрем влетела на балкон: – Жених приснился? Как он выглядел? С бородой? Без?
– Ты о чём? – не поняла Мила, и на всякий случай отступила от потенциальной опасности. Кружки с горячим кофе.
– На новом месте приснись жених невесте! – и Ната двинулась на подругу, угрожающе помешивая кофе ложечкой.
– Ой, да ладно тебе! Что за детский сад? Никто мне не снился. Я вчера настолько устала, что легла и сразу уснула.
Хотя…Это не совсем правда. И Мила закусила губу. Сон смутно вспоминался. Вечер. Повсюду огни. Танцплощадка. Приятная музыка. И рядом с ней…мужчина. С бородой. Лицо не особо видно, оно словно бы в дымке.
– Всё с тобой ясно! Потом допытаю, а сейчас на работу пора. Обязательно пиши и звони нам с Ромкой, чтобы мы не волновались. Ключи от квартиры на тумбочке возле входной двери. Всё, я побежала, а то опаздываю! – быстро поцеловала Людмилу в щёку и удалилась, умудрившись не разлить остатки кофе.
Позавтракав в одиночестве, Мила решила заняться чемоданом. Надо было погладить вещи, развесить их в шкафу и прикинуть, в чём и куда можно ходить? Музеи, парки, прогулка на речном трамвайчике. Стоило девушке заглянуть внутрь, как следом последовал тяжкий вздох. Это точно её чемодан? Откуда платья? А эти коротенькие юбки с яркими блузками? Обтягивающие брюки? Шорты? Босоножки? Мама «постаралась» на славу. Сама виновата, что доверилась ей и не проверила содержимое. Есть ли смысл звонить и выяснять подробности? Определённо есть!
Несколько секунд в трубке слышались гудки, а затем раздался бодрый и весёлый голос:
– Доченька, как я рада тебя слышать! Хорошо добралась? Я не стала звонить вчера, чтобы не мешать. Решила, что ты сама сегодня дашь о себе знать. Как Наташенька? А Рома? Рассказывай всё!
Мила, несмотря на первую реакцию, улыбнулась. Мама всегда умела увести разговор от темы, которой она не хотела касаться. И какой толк спорить по поводу одежды? Дело сделано. Только вот вещи все с иголочки. Мама, видимо, всю зарплату отдала, чтобы обновить гардероб дочери. И зачем деньги потратила? Её прежняя одежда выглядела вполне сносно. Льняные белые брюки с приталенным пиджаком, ситцевый сарафан, юбка-разлетайка, шорты классического покроя. Скромно и со вкусом.
– Доехала отлично. Соседи попались замечательные. От Наты и Ромы тебе привет. Они уже на работе. Вчера погуляли возле Кремля. Я под впечатлением от столицы. – И Люда всё-таки не удержалась и высказалась: – Я обнаружила новые вещи в чемодане. Мам, ну зачем ты деньги тратила? Ты же хотела новый диван для себя купить!
Раиса Николаевна и не думала отпираться. Она ожидала гораздо более бурной реакции от дочери, сама ведь учила её экономии. Но это её лучшие годы! Молодость. Надежды. Мечты. Диван? И на старом можно телевизор смотреть. А дочь пусть гуляет по Москве в обновках.
– Милая, я хочу, чтобы твой отпуск удался! Не переживай из-за денег. Больше не будем касаться этой темы, хорошо? Расскажи лучше, какие планы на сегодня? Собор Василия Блаженного? Парк Горького?..
Уже заканчивая разговор с мамой, Мила услышала сигнал о принятом сообщении. Даже ещё не открыв меню, девушка догадалась от кого. Ника.
«Мы с Веркой будем ждать тебя у входа на станцию метро «Китай-город». В десять часов. Лучше в первой половине дня погулять, а то жарко потом будет, и людей много».
До встречи с девочками оставалось полтора часа, и Люда заспешила. Быстро развесив одежду, она выбрала светло-жёлтый хлопчатобумажный сарафан на бретельках. Он ей понравился, только вот слишком короткий. Но остальные платья, юбки, шорты и сарафаны оказались примерно одной длины. В обтягивающих брюках идти не хотелось. По прогнозу погоды сегодня ожидалось тридцать четыре градуса.
Перед выходом Мила посмотрела в Интернете маршрут, как добраться до нужной станции. По времени она успевала. Полчаса, и на месте. Пока ехала в вагоне, успела черкнуть несколько строк о Московском метрополитене.
Первая линия открылась в тысяча девятьсот тридцать пятом году. Это как раз та самая Красная ветка – Сокольническая. И до тысяча девятьсот девяностого года она называлась Кирово-Фрунзенской. Всего четырнадцать веток. Действует двести тридцать две станции.
Во время остановки, когда шум немного стих, ей неожиданно задали вопрос:
– О, вы журналистка, да?
Рядом с Милой сидел старичок в шляпе и беззастенчиво рассматривал записи. Ему для этого даже очки не понадобились.
Мила ещё ответить не успела, как шустрый сосед продолжил:
– Напишите, что станцию «Александровский сад» часто переименовывали. На моей памяти «Коминтерн», «Улица Коминтерна», «Калининская», «Воздвиженка».
– Ой, разве это интересно? – в беседу вклинилась женщина в ярко-красном платье. – Вы, девушка, лучше посетите бункер, он недалеко от станции метро «Таганская».
– А мне мама рассказывала про самую тихую станцию в метро. Названия не помню, забыл, – мальчик лет восьми напротив тоже заинтересовался разговором.
– «Пражская», сынок. Я же тебе говорила. Это из-за плитки, в ней много воздушных пор. Они и поглощают шум.
И тут со всех сторон начали раздаваться реплики от остальных пассажиров, сидящих и стоящих рядом. Мила чуть не проехала свою станцию, но успела вписать всё, что смогла услышать сквозь гул. Настоящий живой Интернет.
***
– Какой сарафанчик классный! Только я б розовый цвет выбрала, – выдала Ника.
– Не слушай её. Тебе очень идёт! – Вера улыбнулась и обняла Люду. – Рада видеть тебя! Здорово, что согласилась составить нам компанию. А то тётя на работе, кузены ещё в Сочи. Мы вчера только по району погуляли, а потом уснули и дрыхли до вечера.
– Ну всё, идёмте! Мы целых десять минут стоим. Пока дойдём, на Парящем мосту толпа будет, а я хочу фотки клёвые!
Люда и Вера переглянулись, не сговариваясь хмыкнули, подхватили с обеих сторон ворчащую Нику и направились в сторону «Зарядья».
Воздух постепенно нагревался. На небе ни облачка. Людей с каждым шагом встречалось больше.
Зато пейзажи девушек радовали. Ухоженные аллеи. Сочная зелень газонов. Красивый вид на Знаменский собор.
По дороге они успевали делать снимки и разговаривать. Ника наконец-то перестала дуться и приняла участие в беседе:
– Я, между прочим, готовилась к походу с вами. Знала же, что умничать будете. Так вот! «Зарядье» – это просветительский и культурный центр столицы. Его построили в две тысяча семнадцатом году на месте снесённой гостиницы «Россия». Площадь тринадцать гектаров. Эту достопримечательность так же внесли в список лучших мест в мире.
– Ого, сестрёнка, да ты у нас полиглот! – Вера аж рот приоткрыла от удивления.
– Я хотела почитать о комплексе, но вчера уснула, а утром некогда было. Подожди, сейчас запишу, – Мила полезла в сумочку за блокнотом и ручкой.
– Видишь, за мной уже записывают! – гордо сказала Ника, и важной походкой прошла мимо Веры.
Спустя двадцать минут девушки добрались до того самого моста. Ника оказалась права. Людей собралось много, видимо, многие решили посетить знаменитое место с утра пораньше.
– Ну и ну! Надо было к восьми идти, – Вера приуныла и глянула на сестру, ожидая недовольных возгласов, но та задумалась, а потом выдала:
– Тогда во Флорариум сходим. Может, там посвободнее будет.
В этот раз им повезло. Посетители, конечно, были, но не сравнить с тем количеством, что они видели на подходе к мосту.
– А тут не так жарко, как на улице, – Ника с любопытством начала рассматривать пространство. – Надо найти стенд. Почитаю инфу, потом дедушке перескажу. Он мне всё время свои ботанические истории рассказывает. Теперь его очередь меня слушать.
Вера еле сдерживала смех. От Ники она подобного совершенно не ожидала. Про фильмы – да! Про Элая Маккоя! Про новую коллекцию одежды! Но чтобы сестра растениями интересовалась? Это что-то новенькое.
– Деда Лёша будет в шоке от тебя!
– Ой, тебе бы меня только подкалывать! – насупилась Ника, после приняла настолько эффектную позу, что проходящие мимо парни синхронно повернули головы в её сторону.
И ведь было на что посмотреть! Стройная брюнетка. Стрижка каре, ярко-розовый топ и короткие чёрные шорты-клёш. Двое самых смелых двинулись за девушкой следом.
– И часто Ника подобное выкидывает? – уточнила Мила, наблюдая за развитием событий.
– Сколько её помню, – вздохнула Вера, поглядываю на сестру. – Кое-кому надо в театральный поступать, а не думать о карьере знаменитого модельера.
Вероника тем временем познакомилась со студентами-второкурсниками с факультета зоотехники и биологии. Ребята оказались вполне приличными на вид, даже пару раз пошутили удачно. За юмор Ника особенно ценила людей, потому что самой не всегда удавалось пошутить к месту.
Вскоре компания уже из пяти человек прогуливалась по пространству. Андрей и Николай с энтузиазмом рассказывали девушкам об аэропонике. Ника и Вера охали и ахали, а Мила периодически останавливалась и вкратце записывала о растениях, которые выращивали в воздушной среде без почвы. Особенно в методах беспочвенного выращивания и питательных веществах, распылявшихся в оранжерее, разбирался Андрей. Парень старался перед Никой выглядеть компетентным, сыпал терминами и периодически отталкивал Николая от девушки. Друг в итоге переключился на Веру, и после этого парочка немного приотстала, разговорившись о чём-то своём.
Людмиле не хотелось смущать молодёжь. Подумав о возрасте, она усмехнулась. Ну и дела! Сама ведь ещё к молодёжи относилась. Только двадцать девять исполнится, но…Соседские старушки частенько подлавливали её возле подъезда и начинали свои расспросы. Когда замуж? Тик-так, время идёт! Надо семью заводить! На работе тоже периодически заводили ту же саму песню. Причём Светка сразу подключалась и начинала давать советы, о которых никто не просил. И мало кто задумывался, что Людмилу подобные вопросы задевали, хотя она старалась не показывать этого. Острила, отшучивалась, улыбалась. Девушка удивлялась людской бестактности. Ведь самое интересное, кто был счастлив в браке, не лезли в душу, а вот те, у кого личная жизнь не удалась, принимали самое активное участие в обсуждении и осуждении.
– Мила! – оставив Андрея возле экзотической папайи, Ника подхватила под руку старшую подругу и зашептала: – Как тебе? – за этим последовал кивок в сторону парня.
– Одобряю, – искренне ответила Людмила. – Умный. Симпатичный. Весёлый.
– И я так думаю. Но ещё немного промурыжу. Сначала Николай понравился, но он больше Верке подходит. Слишком правильный, – и глянула на кузину. – Завтра собираются в Царицыно ехать. Псевдоготика, классицизм. Тоска с ними!
– Ей архитектура, тебе мода, а ребятам растения подавай. Иди к своему Андрею, потом мне перескажешь, что он там за плоды рассматривает.
– Мы тут развлекаемся, а ты грустишь!
– С чего ты взяла? Я просто записями увлеклась. Иди-иди! Не обращай на меня внимания.
– Нет, мне надоело здесь ходить. Сейчас к Парящему мосту отправимся. Пусть там даже и толпа. На солнышко хочу! – а затем резко перевела тему: – Ты бородачу звонила?
Мила сжала губы. Что же это такое? И здесь покоя не дают! Причём теперь малолетки атакуют. Чтобы не развивать надоевшую тему, она вежливо ответила:
– Идёмте к мосту, я тоже на солнышко захотела. Саше я не звонила. С чего бы? Он просто случайный сосед, – и направилась к выходу.
– Ой, Мил, а можно на пару секунд твой мобильный? Я тёте напишу, где мы. Просто мой сел, забыла с утра зарядить.
– Конечно, держи.
Через четверть часа компания протискивалась сквозь людской поток, но оно того стоило. Панорама открывалась завораживающая.
Котельническая набережная, названная так в честь бывшей Котельнической слободы. Мила быстро объяснила ребятам, что котельники – это те, кто изготавливал предметы домашнего обихода. Андрей и Николай, коренные москвичи, покраснели, честно признавшись, что не знали и даже не интересовались. Николай, правда, стараясь реабилитироваться в глазах девушек, вспомнил рассказанную его бабушкой историю о церкви Косьмы и Дамиана, снесённой при советской власти. Память о прошлом осталась в названии Космодамианской набережной, которая располагалась на противоположном берегу Москвы-реки.
Ника и Вера восторгались речными трамвайчиками, которые сверху смотрелись словно игрушечные. Затем девочки решили сфотографироваться на фоне одной из семи сталинских высоток. Вера, как будущий архитектор, выдала пару интересных фактов:
– Все семь строений заложили одновременно – седьмого сентября тысяча девятьсот сорок седьмого года. Это был знаменательный день для столицы – восьмисотлетие. Эклектичное направление ар-деко, соединившее в себе элементы модерна и неоклассицизма, и ставшее популярным в тридцатых годах двадцатого века, оказало заметное влияние на внешний вид зданий.
Мила тоже приняла участие в фотосессии. Налёта грусти словно и не бывало. Ещё бы! Оказаться почти на самом верху Москвы. Можно сказать, прогуляться над столицей.
Вера забрала сумку, чтобы Люде было удобнее внести запись в блокнот, а Николай, быстро открыв мобильный Интернет, начал делиться почерпнутой информаций. Парень, видимо, продолжал испытывать неловкость за то, что не знал о родном городе стольких вещей:
– Ого, длина моста составляет примерно двести сорок пять метров. Он вполне может выдержать общий вес около четырёх тысяч человек одновременно! Так что девочки, не волнуйтесь, мы вполне здесь уместимся.
Когда время приблизилось к шести, Мила начала прощаться. Сегодняшний день тоже выдался насыщенным. Ноги уже не так гудели, но всё равно чувствовалась усталость, да ещё и шляпу забыла взять. Вернее, не забыла, а постеснялась. До этого у неё была кепочка в морском стиле, очень удобная. Но вместо кепочки в чемодане красовалась белая шляпка. К новому гардеробу надо было привыкать!
– Мила, стой! Я телефон твой забыла отдать, – Ника подбежала и обняла. – Спасибо тебе за сегодняшний день. Я рада, что ты согласилась с нами пойти! И прости, если обидела. Ну…Я про бород…Сашу.
– Всё хорошо, Ника! Мне тоже с вами понравилось гулять, – в шутку щёлкнула по носу и сказала: – Андрея сильно не мучай, а то знаю я тебя.
– Кто? Я? Мучить? – и Ника захихикала. – Ладно, иди! Но мы не прощаемся. Ещё куда-нибудь сходим, да?
– Сходим, сходим!