Глава 2. Бэйлон
"Однажды придет Та,
в чьих венах дыхание огня и тьмы.
Та, чье сердце помнит боль древнего брата.
Та, что отворит Запретные Врата
и принесет бурю.
За ней пойдут те,
кто молчит, те, кто забыт."
(Из запрещенного трактата "Пепельные Скрижали")
Я до сих пор с удивлением косился на блондинку. Признаться, я не сразу увидел Амели, которая и была жертвой обстоятельств, но заметил сумасшедшую девицу, бросившуюся на бугая.
Я как обычно брел по тракту, размышляя стоит ли искать работу по пути в город Лаунас, что рядом с Крепостью, как вдруг увидел ее. Светловолосая девушка, хрупкая словно ваза, стояла с кинжалом напротив этой мясной массы. Она казалась светлым пятном, случайно затесавшимся на задворках страны. Такую как она держат в богатом замке, с нее сдувают пылинки и исполняют все желания. Такие как она не стоят с кинжалом на тракте. Я поспешил на помощь, но девушка умело разделалась с мужиком, хотя я успел испугаться.
Теперь, я с интересом поглядывал на Хоуп. Она была немногословна, но вызывала во мне все больше интереса к ее личности. Кто она и как здесь оказалась? Но я был не так глуп, чтобы задавать девушке подобные вопросы.
К тому же они шли в Урай. Ее называли Крепостью, но на самом деле это было не так. Да она имела крепостное окружение, но по сути внутри был замок. По слухам, огромный. И в нем обучались одаренные. Там была разная специфика, но суть одна. Они сами отбирали себе учеников, поэтому странно, что девушки направлялись к ним самостоятельно. Вокруг этого места было много слухов, а правды еще меньше. Но маги из Урайя действительно помогали. Порой они были бичом, костью в горле у элиты и Императора, тем не менее продолжая существовать.
Маргарет с Хоуп шли легко, прекрасно перенося далекие расстояния, но вот Амали было трудно. Она кусала губу, и шла рядом со всеми, но при этом ее лицо покрылось потом, и я понимал, что девушка выбилась из сил.
– Надо отдохнуть, – озвучила мои мысли Хоуп.
Она не стала акцентировать внимание, что отдых был нужен именно Амели, ведь мы трое могли пройти еще долго без перерывов. Мы чуть отошли в сторону от тракта к деревьям. Уходить далеко и тратить лишние силы бедняжки не было смысла.
– Ты голодна? – спросил я у нее.
По ней было заметно, что о ней не заботятся и, возможно, мало кормят. Она была очень худая, болезненно. Поэтому активно закивала. Не знаю, когда ей удавалось хорошо поесть в последний раз. Я дал ел хлеба и кусок копченого мяса. У девушек был сыр и овощи. Амали ела жадно, плохо жуя. И это говорило о многом.
– Поспи немного, – предложила ей Хоуп. – Даже небольшой сон поможет тебе набраться сил, особенно после всего что случилось.
Голос блондинки был мягким, когда она разговаривала с Амали. Маргарет устроила девушке лежанку из своей сумки. Малышка быстро заснула и наконец ее лицо стало спокойным.
– Придется сбавить темп, но это ничего, – сказала Хоуп.
– Я не спешу, – признался я.
Меня не удостоили ответом. Я прекрасно поддерживал позицию блондинки о недоверии к встречному путнику. Что, между прочим, не помешало бы ее спутнице. Я конечно, не представлял для них угрозы, но откуда они могли об этом знать?
– Где ты научилась так драться, Хоуп? – решил попытать счастья я.
– А ты? – огрызнулась девушка.
– Тракт – место суровое, – просто сказал я.
Девушка лишь усмехнулась. Кажется, ей это было известно не понаслышке. На тракте много кого можно встретить. Есть несколько типов путников. Купцы и торговцы. Их узнать легко, ведь они путешествуют с грузами, повозками с лошадями, и часто с охраной. Второй тип людей это те, кто едет в гости или по делам. Кто на лошадях, кто пешком. Но надолго на тракте они не задерживаются, а лишь перемещаются от одного пункта назначения до другого. Третий тип гонцы, вояки. Эти встречаются часто и обладают неприкосновенностью. И четвертый тип самый обширный – путешественники или скитальцы. Я был из их числа. Сюда относились те, кто кочевал, не имея постоянного места жительства. Разбойники. Люди, чей заработок был на тракте или по пути. Если кто и бывал еще на тракте, так это случайные гости. И вот я пытался понять, почему оказались на тракте две эти девушки.
– Почему ты так на меня смотришь? – спросила Хоуп. Она хмурилась, отчего ее личико стало только милее. Мне почему-то захотелось улыбнуться, но я не стал провоцировать девушку.
– Думаю.
– А конкретно?
– Что две девушки забыли на тракте?
– Глупый вопрос, – бросила блондинка. Но Маргарет не собиралась молчать.
– Я же уже сказала тебе, мы направляемся в Урай.
– Я имел ввиду другое, – и судя по реакции, Хоуп это поняла. – Меня интересует почему вы кочуете по тракту от места к месту? И поверьте, легко определить человека живущего дорожной жизнью, как минимум по повадкам и действиям. Я сам такой.
– Это сложно, – сказала рыжая. Она немного зарделась, отчего веснушки казались ярче. – Не скажу, что все от хорошей жизни. А почему ты кочуешь?
– Пытаюсь найти свое место.
Наш дальнейший диалог не состоялся, потому что по тракту двигалась большая группа. Большая для тракта. Сначала из-за яркого солнца, слепившего нам лица, сложно было разглядеть идущих. Но чем ближе, тем яснее становилось, что для меня они не представляли ничего хорошего. В целом, и плохого ожидать не было смысла. Я не представлял им угрозы.
– Кто это? – спросила проснувшаяся Амели. Девушка быстро села и стала протирать глаза ото сна, чтобы лучше видеть.
– Амазонки, – хмуро отозвалась Хоуп. На ее лице я тоже не заметил восторга.
Группа из десяти девушек направлялась в нашу сторону. Мы несомненно были ими замечены, но пока не ясно, проявят ли они к нам интерес. Облачены девы были в облегающие костюмы. На поясах, спине и других местах у них было прикреплено оружие. Кто-то сражался копьем, кто-то мечом, а кто-то кинжалом. Амазонкам не переходили дорогу и старались вообще лишний раз с ними не связываться. Их боялись и уважали. Я не разделял все их взгляды на жизнь, но оставлял это мнение при себе. Даже аристократы не связывались с ними, стараясь держаться на расстоянии. При этом их интересы в Империи никто не представлял, что неимоверно злило выше упомянутых. Но как говорила знать – «достаточно того, что мы вас терпим на территории нашей Империи».
Дойдя до того места где мы сидели, девы остановились и повернулись к нам. Вперед вышла высокая шатенка с сильными мускулистыми руками. Волосы были коротко стриженные, а лицо от уголка глаза и до подбородка рассекал розовый шрам. Это придавало ее лицу еще большей жесткости.
– Здравствуй Хоуп, – неожиданно для меня выдала дева.
– Здравствуй, Хельга.
– Маргарет.
– Хельга.
Теперь взгляд старшей из воительниц, если я правильно понял расположение сил, был направлен на меня.
– Ты нашла компанию? – она столько презрительности вложила в этот голос, что я вероятнее всего должен был бы почувствовать себя ничтожеством, если бы мне было не плевать.
– Можно и так сказать.
Хельга подошла к нам и присела на корточки с интересом глядя на Амали. Малышка сжалась под ее взглядом.
– А кто ты, дитя?
– Амали, – пискнула бедняжка.
– Что с тобой случилось?
Глаза девушки наполнились слезами. На удивление, первый раз за все время после произошедшего.
– Ее продал дядя, и две мрази пытались ее изнасиловать, – пояснила Хоуп. Казалось, что она была раздражена и не испытывала никакого почтения от присутствия Хельги.
– И вы прихватили одного их них? – прорычала одна из воительниц в толпе.
Возмущаться было глупо. Я прекрасно был осведомлен о нраве амазонок, поэтому не собирался вступать в дискуссию и давать им лишней возможности вступить в конфликт со мной. Амазонки любили мужчин, а также любили указывать им место. Кому-то нравилось такое отношение, и он плелся за девами как собачонка и их раб, кто-то презирал. Мне было плевать. Каждый в этой жизни делает свой выбор. И если бы меня все постоянно злило, и я реагировал бы на провокации, то не смог бы долго продержаться в кочевом образе жизни.
– Нет! – воскликнула Амели. Ее глаза наполнились ужасом. – Он меня спас!
– А ты там на что была? – спросила Хельга у Хоуп.
Девушка лишь пожала плечами. Я с интересом прислушивался к их необычному разговору. Выходит, они знакомы достаточно хорошо, раз она не сомневалась в способностях Хоуп. Но главная воительница в этой компании по-прежнему ждала ответа от блондинки.
– Скажем так, сработали пятьдесят на пятьдесят.
– Ты убила их?
– Нет.
– Твоя жалость тебя и губит, – и она отвернулась от Хоуп.
Я видел досаду на ее лице. В чем-то дева была права. Ничего не помешает этим ублюдкам и дальше развлекаться подобным образом. Лучше было бы прервать их никчемную жизнь на том месте, но я не собирался этого делать, как и Хоуп, по-видимому. Убийство было для меня той чертой, которую не стоило преступать без веской причины. И дело даже не в жалости. Это преступление, за которое может последовать наказание, особенно если это окажется не тот человек. Даже за таких уродов могли впаять срок. К тому же, становиться убийцей и, в целом, опускаться на их уровень мне не хотелось.
– Не хочешь пойти с нами, дитя? – обратилась Хельга к Амали.
Я хотел бы предупредить девушку, но в моем положение идеальнее было помалкивать. За меня заговорила Маргарет.
– Ты должна хорошо подумать об этом шаге. Тебя приглашают вступить в ряды, но нужно понимать все последствия.
– Какие еще последствия? – рыкнула другая дева, подходя к нам. Это была русая девушка с длинными волосами и широкими накаченными плечами. Ее ноздри хищно раздувались, и кажется она не умела или не хотела контролировать свои негативные эмоции.
– Все, что включает это ваше вступление! – подскочив на ноги воскликнула наша рыжая бестия.
Именно бестия. Ведь сейчас она мало походила на ту милую и спокойную девушку, что я увидел за это короткое время. Сейчас она клокотала от гнева и возмущения.
– О том, что жить вы будете только вместе! Или о том, что бродите по лесам и трактам в поиске жертв для убийств!
– Мы помогаем тем, кто в этом нуждается! Таким же жертвам насилия!
– Но вы убиваете! Не караете, не садите в тюрьму, а именно убиваете и требуете этого от каждой! Так почему же ты об этом молчишь?
– Не от каждой!
– Да неужели?
Конфликт начал набирать обороты, и я приготовился на случай рукоприкладства. Против такого количества амазонок шансов мало конечно, но что поделать. Хоуп встала рядом и положила руку на плечо Маргарет пытаясь успокоить.
– Хельга. Если ты и правда хочешь сделать Амали предложение, расскажи все, – спокойно попросила блондинка.
Я оставался сидеть и наблюдать за всем, сохраняя обманчиво расслабленную позу.
– Она права, – сказала Хельга. – Мы можем дать тебе новый дом и семью. Но у каждого из нас есть работа. Мы воительницы. Мы учимся драться и защищаться. И убивать. Нас гораздо больше, чем ты можешь видеть сейчас. Мы путешествуем по стране и спасаем попавших в беду. У нас нет запрета на любовь, но каждый должен знать свое место, – после этих слов она выразительно посмотрела на меня. Я сдержал улыбку.
– Я согласна, – уверенно сказала Амали. Она вся как-то расправилась и расцвела. Я прекрасно понимал ее.
– Но Амали, – попыталась запротестовать Маргарет, но девушка ее остановила.
– Спасибо тебе за все, но я так хочу. У меня нет ничего и никого. А если я не справлюсь одна в новом городе? И у вас свой путь. А мне предлагают семью и новую жизнь уже сейчас.
На этом спор не развивался. Прощание вышло быстрым и скомканным. Амали даже успела крепко обнять меня и поблагодарить за спасение под недовольные взгляды воительниц. Амазонки с новой девой отправились в путь, туда откуда мы собственно пришли. Не удивлюсь, если они устроят показательное убийство для новенькой. Но как она сама сказала это ее выбор. Мы же отправились дальше. В целом, я мог продолжить путешествие в одиночку, но пока не видел в этом необходимости. Да и жизнь этих девушек вызывала во мне интерес.
– Маргарет, за что у тебя такая ненависть к амазонкам? – спустя какое-то время спросил я.
Девушка зло засопела, а лицо перекосилось гримасой гнева. Хоуп бросила на меня убийственный взгляд, но я оставался спокоен. Не захочет рассказывать, так и скажет.
– Они украли мою сестру.
– Украли?
– Да! У меня была старшая сестра, смелая и сильная. Именно такая каких они и любят брать в свои ряды. Амазонки несколько раз приглашали ее вступить к ним, но она отказывалась. Однажды, они ее украли.
– Ты уверена, что она не сбежала сама? – такое бывало, когда кто-то не хотел рассказывать о своем выборе в страхе ранить близкого.
– Уверена. Они этого не скрывают.
– И она до сих пор с ними?
– Была. Когда я ее нашла, Сильви сказала мне, что посмотрела на их жизнь изнутри и захотела остаться. Она пробыла с ними пять лет, а потом ее убили.
Я замолчал. Тут не нужны были слова. Амазонки часто ввязывались в сражения и погибали. Их сила не была безгранична, поэтому случай совершенно обычный. Но я понимал, что Маргарет винит их. Она считает, что они ее принудили вступить в ряды, и среди них она умерла.
– А тебя звали?
– У них хватило ума не соваться ко мне.
Так мы и отправились дальше. Зато передвигались мы теперь быстрее. До темноты добрались до небольшого поселка из дюжины домов. Ночевать пришлось в единственном постоялом дворе, он же трактир, в котором удалось заказать скудный ужин. После рабочего дня все столы и стулья сдвигали по бокам, а на пол кидали матрасы как койко место. Вот и все удобства. Обычная история для такого захолустья. Я был привычен, да и девушки не жаловались. Явно подобные условия для них не удивительны. Мы сдвинули наши места чуть ближе к друг другу, дальше от остальных, и молча легли спать.
