Джеймс

4

Прошло несколько дней. Джеймс не объявился. Напарник старался вести себя как обычно и ждал, когда коллега решится на откровения, но Джейн всё время была в напряжении. Было трудно делать вид, что всё как будто под контролем. Главные вопросы, которые больше других занимали ум «Где Джеймс?» и «Что делает?» При каждом сообщении о преступлении сразу думала о нём.

Убийств с его почерком не было. Может, когда она его оттолкнула, он просто пошёл дальше и уехал из города. Значит, его интерес к ней был настоящим? Вместо попытки его понять, она вернула хищника в привычную среду обитания, а значит, скоро будут жертвы.

Видимо, ждать пока объявится бесполезно. Пора всё рассказать Эдварду и объявить Джеймса в розыск. Может, если его обнаружат, она сможет с ним связаться и попробовать восстановить доверие.

Отложила стопку бумаг. Уже поздно, но Джейн не хочет уходить. Работа давно держит мёртвой хваткой и она не думала, что это ненормально и нужно что-то менять. Она работает ради безопасности близких и остальных. Выключила компьютер и пошла к выходу.

Устало держит руль. «Джеймс!» Резко нажала на тормоз. Позади засигналили. Свернула к тротуару.

– Глаза разуй! – крикнул из проезжей машины бородатый мужчина.

Хлопнула дверью и быстро шагает за парнем:

– Джеймс!

Не обернулся. Бросил бумажный стаканчик в урну и зашёл в продуктовый магазин. Детектив следом.

Высматривает парня между рядами. Заметила и спешит к нему.

– Ты куда пропал?

Быстро глянул и отвернулся:

– Привет, – рассматривает конфеты. – Я думал, хочешь, чтобы я отстал.

– Я этого не говорила. Ты так внезапно исчез, что я забеспокоилась.

Усмехнулся:

– Ну, да. Обо мне точно не стоит беспокоиться. Знаешь, что Эдвард за тобой следит?

– Что?! – посмотрела по сторонам. – Ты серьёзно?

– Да. Видел его у твоего дома, – потрогал пачку с конфетами.

– Блин, – качает головой. – Наверно, думает, что живёшь у меня.

Пожал плечами:

– Это плохо?

– Да! Он знает о твоей машине и уверен, что ты убийца, а я, возможно, соучастница!

– Я, конечно, не разбираюсь в тонкостях, но, кажется, если ты знаешь, что кто-то совершил преступление и молчишь об этом, то ты соучастница.

– Вовсе нет… – нахмурилась. – Твою мать.

Потёрла лоб. Вздохнула:

– Ладно. Так. Ты… говорил про… интерес ко мне. Что это за интерес?

Усмехнулся. Отвлёкся от конфет:

– Ну, обычно это называют симпатией.

– То есть я тебе симпатична? Как… девушка? Поэтому прислал дорогой браслет?

Отвернулся к конфетам:

– Ага. И поэтому хотел тебя поцеловать. Но раз я тебя раздражаю, беспокоить не буду.

– Ты всегда так делаешь?

– Что делаю?

– Даришь подарки, чтобы затащить в постель.

Улыбнулся:

– Нет. Все соглашались добровольно. И мой подарок не был прелюдией. Ты мне нравишься и по другим причинам.

– Значит, я тебе ещё… интересна? Ну, раз ты был у моего дома и видел Эдварда.

Пожал плечами:

– Возможно. А что?

– Просто хотела извиниться за случай в машине. Прости, что сорвалась.

– А, – отмахнулся. – Я не в обиде. Хочешь мармелад? – показал ей пачку.

Качает головой:

– Нет, спасибо, – парень кивнул и вернул упаковку на стеллаж. – Может, попробуем ещё раз?

Задумался:

– Что попробуем?

– Пообщаться. Я… почти ни с кем не встречаюсь в обычной жизни. Отвыкла говорить с людьми вне работы. Да и видеть никого не хочу, когда выхожу из участка, – развела ладони. – Профессиональная деформация.

Смотрит на детектива:

– А. Понятно, – улыбнулся. – Значит, предлагаешь попробовать, потому что я часть работы?

Нахмурилась:

– Нет, с чего бы?

– Может, потому что я убийца? Арестовать не можешь, вот и решила поддерживать контакт, чтобы лучше меня узнать – как живу, зарабатываю, – найти уязвимость, чтобы меня изолировать и выполнить долг полицейского.

– Да нет же!

Усмехнулся:

– Неужели? То есть, пока мы не виделись я стал интересен не только как преступник?

Смотрит на Джеймса. Качает головой:

– Да, наверное.

Улыбнулся:

– Ну да. Конечно, – взял пачку конфет. – Больше не ходи за мной, – развернулся.

– Стой! – продолжает идти. – Твою мать. Джеймс! – идёт за ним. – Ладно! – остановился. – Ты прав. Я хочу, чтобы ты перестал убивать, калечить и, вообще, нарушать закон, – обернулся. – Я не знаю, что может на тебя повлиять, но хочу узнать. Да я, вообще, хочу знать о тебе больше. Хоть и не уверена, насколько у тебя стабильная психика. Может, сделаешь комплимент, а через секунду выдавишь мне глаза, мило улыбаясь. Но… хоть ты и странный, – усмехнулся, – ты не сделал мне больно, когда мог бы, в отличии от тех парней в багажнике. Может, ты не отбитый психопат как мне показалось и мы сможем поладить. Я даже не против, чтобы ты спал на диване, если при этом никто не умрёт.

Спокойно смотрит на детектива:

– И зачем мне это?

Нахмурилась:

– Что именно?

– Подстраиваться под твои желания. Тебя волнует закон, а мне то что? Я тебе не нравлюсь, ладно, разошлись. С чего мне становиться послушным и отказываться от убеждений, только бы тебе было спокойно, что какая-нибудь мразь не сдохнет? Или думаешь, я вообще не отличаю плохих от хороших и могу так же просто разорвать ребёнка?

Джейн молчит. Парень улыбнулся и хочет уйти.

– Может, и ты мне нравишься.

Остановился:

– Джейн, хватит уже врать. Думаешь…

– Я серьёзно, – сказала твёрдо. – Иначе объявила бы тебя в розыск с пометкой «Стрелять на поражение» и будь, что будет. Сам сказал, что я вроде как соучастница, и если бы знал меня лучше, понял, что это на меня охренеть как не похоже. Раз уж я так подставляюсь, значит, на то есть офигенная причина. И… да, ты мне нравишься.

Выдохнула. Смотрят друг на друга. Джеймс медленно идёт к ней. Шаг, ещё. Нахмурилась. Остановился:

– То есть ты предлагаешь встречаться?

Смотрит на парня:

– Ну… Если это значит, узнать друг друга получше, то… да. Предлагаю попробовать.

Внимательно смотрит на детектива. Улыбнулся:

– Хорошо.

– Ты согласен? – недоверчиво.

Кивнул:

– Да. Это же просто. Не получится, ну и ладно. Поедем к тебе или сначала…

– У меня условие.

Качает головой:

– Началооось…

– Ты не станешь никого убивать и нарушать закон.

Усмехнулся:

– Значит, слова по симпатию только для этого?

– Нет. Ты должен понимать, что для меня это важно.

Вздохнул:

– Ладно. Тогда встречное условие. Я не стану убивать и нарушать закон, пока мы встречаемся. Разойдёмся, буду делать, что захочу. Идёт? – протянул руку.

– Похоже на шантаж.

Пожал плечами:

– Я жертвую свободой. Может, так ты не будешь выгонять меня из машины.

Покачала головой. Смотрит на его ладонь:

– Ладно, – пожимает.

Улыбнулся:

– Теперь мы официально встречаемся. Я могу жить у тебя?

Слова «официально встречаемся» разогнали сердце.

– Будем видеться после работы.

Удивился:

– А как же «Я не против, чтобы ты спал на диване»?

– Ну, пока мы встречаемся, ты и так никого не убьёшь, верно? Так что, диван не нужен.

– Блин. Ты хитрая.

– Спасибо.

– Ладно. Хочешь что-то купить?

Качает головой:

– Нет.

– Ладно, – взял ещё пачку конфет. – Идём?

За спиной её голос:

– Есть ещё условие, – Джеймс обернулся. – Ты не станешь нарушать уговор, думая, что я ничего не узнаю, дашь мне свой номер и будешь отвечать на мои звонки и сообщения.

Улыбнулся:

– Мы же теперь близки. Я не могу так поступать. Только, если будем ночевать не вместе, в какое время нам встречаться?

– Можешь приезжать вечером к участку.

– Хорошо. Обменяемся номерами, – достал телефон.

Джейн продиктовала номер.

– Зайдём куда-нибудь? – спросил парень.

– В кафе.

– Спасибо, – улыбнулся и взял за руку.

Вздрогнула и смутилась. Повёл между стеллажей. Она идёт чуть позади и смотрит на него. У выхода остановилась:

– Стой.

– Что?

– Ты забыл заплатить за конфеты.

Посмотрел на пачку:

– Точно, – подошёл к кассе. Заметил стенд с мелочами. Взял коробочку, показал ей и сказал громко. – Нам нужны презервативы?!

Люди обернулись в её сторону. «Чёрт. Придурок». Внутри Джейн похолодело, а лицо краснеет. Ответила спокойно:

– Давай быстрее.

С улыбкой вернул упаковку. Взял детектива за руку и вышли на улицу.

«Идиот. Уже жалею». Сели в машину.

– Едем?

– С тобой куда угодно, милая.

Вздохнула, крепко сжав руль. «Спокойно». Немного успокоив сердце, завела машину.

Зашли в небольшое уютное кафе. Джеймс идёт впереди. Сели за столик у стены. Он заказал капучино.

– Мне тоже, – сказала Джейн.

Официант кивнул и удалился. Джеймс смотрит с улыбкой. «И не скажешь, что может за раз убить несколько человек».

– А ты не пытался понять, почему ты такой… необычный? Может, сдавал анализы или проходил обследования.

Качает головой:

– Нет. Я просто живу.

– Значит, тебе всё равно?

Пожал плечами:

– Наверно. Если бы попытался, то стал бы слишком интересным для учёных и военных. Тогда вряд ли мы бы спокойно сидели в этом кафе, ожидая капучино, – посмотрел в сторону барной стойки. – Ненужное внимание. А ты думаешь, стоит заявить о себе?

– Нет. Значит, больше никто не знает, какой ты на самом деле?

– Если только случайно. Например, когда меня сбил грузовик, а я поднялся, отряхнулся и убежал.

Пока Джейн думала, официант принёс закуски и кофе.

– И часто такое происходит?

– Когда попадаю в несчастные случаи? – рассмеялся. – Нет. Наверно, от того, что мне не нужно было думать о безопасности, инстинкт самосохранения притупился. Так что ты особенная, потому что знаешь мой секрет.

Почувствовала волнение.

– О чём думаешь? – отпил из кружки.

Посмотрела на Джеймса и сделала глоток:

– Есть несколько вопросов.

– Насчёт наших отношений?

Качает головой:

– Нет. Важнее.

– Ладно.

Вздохнула:

– Как ты выбирал жертв? Судя по местам, где тебя заметили, никакой закономерности нет. Преступники друг с другом почти не связаны, из разных криминальных сфер и, в основном, незначительные. Как ты, вообще, понимал, что они преступники? Или просто убивал при случае?

Пожал плечами:

– Я не планировал. Мне нравится гулять по городу. Бывает, замечаю у кого-нибудь ствол, присматриваюсь, иногда ломаю им что-то, задаю вопросы, некоторые выводят на подельников. Всё просто.

Качает головой:

– Ты хоть понимаешь, что твои действия мешают расследованиям? Планирование, работа под прикрытием… Ты даже не представляешь, сколько времени оперативной работы ты мог или уже обнулил своими выходками.

Беспечно отпил кофе:

– Наверное. Встречный вопрос. Если нельзя убивать, то калечить для самообороны можно?

– Нет, конечно.

Задумался:

– Отношения это сложно.

Выпрямилась:

– Ответь честно, ты маньяк?

Рассмеялся:

– Нет. С чего вдруг?

– Да так… На всякий случай, – отвела взгляд. – Ещё вопрос. Я тебе правда нравлюсь или ты сказал так, чтобы втереться в доверие?

– Правда нравишься. Мне казалось, для женского пола я привлекательный и симпатия взаимна, – её сердце разогналось, – а ты отказалась от дорогого подарка и не разрешила лечь с тобой в постель. Наверно, у тебя другие интересы. Попробую узнать тебя получше.

– Как будто девушки теряют голову в твоём присутствии и умоляют взять их поскорее.

– Были и такие.

– И что ты с ними сделал?

– Дал им, что хотели. Правда, продолжительных отношений у меня не было.

– Почему?

– Девушки были слишком простыми и легкомысленными. Ты другая.

Покраснела, почувствовав лёгкое волнение, словно… ей приятно, что он считает её необычной.

– Да, я не такая.

– Хочу тебя, – напряглась, – поцеловать.

Сердце колотится в ускоренном темпе.

– Нет, – ответила твёрдо

– Почему? Это же нормально для тех, кто в отношениях.

– Для этого нужны определённые чувства, – покраснела сильнее. – Давай, не спешить.

Улыбнулся:

– Ладно. Ты правда особенная.

– Спасибо, – покосилась на часы. – Уже поздно, мне пора, – встала из-за стола.

– Я провожу, – поднялся.

– Нет. Сам сказал, Эдвард может следить. Увидимся завтра.

– Он в курсе?

– Что ты Супермен? Нет. У него другие подозрения. Но мы друзья и я всё улажу. О нём не беспокойся.

– Может, я с ним поговорю?

– Не вздумай. Спасибо за кофе. Будь на связи. И помни уговор. Ладно?

– Ладно. Может, хотя бы на прощание?

– Ты о чём?

– Поцелуй.

– Нет.

– Хоть в щёчку.

– Не провожай, – развернулась.

– Хотя бы обнять, – смотрит как уходит. – Блин, – сел за стол

– Ещё что-нибудь? – спросил официант.

– Да. Кофе.