Глава 9. Черноволосая красавица
Девушка виснет на шее Альфы, а у меня будто выбили весь воздух. Темнеет в глазах. Я уже не вижу, как реагирует на столь бурную радость Брен.
В голове навязчиво стучит одна мысль: как он мог. Как он мог забрать меня у отца, когда знал, что дома ждёт его эта красавица. Как он мог ласкать меня и заключать сделку.
Чудовище! Мерзкое животное! Слёзы текут по щекам. Я не плачу… Откуда они взялись?
Меня кто-то тянет за руку. Я не понимаю кто, да мне это и неинтересно. В глазах только одна картинка: Брен и красавица. Воображение услужливо дорисовывает всё остальное. Мотаю головой и глотаю слёзы.
Словно издалека слышу голос нянюшки:
– Возьми себя в руки, княжна. Не дай ему понять, как тебе больно. Ты сильная, ты справишься.
Не хочу быть сильной и справляться. Не хочу! Стучу кулаком. Куда попадаю, не знаю. Мечтаю быть слабой рядом с сильным мужчиной, с которым мне не нужно вытаскивать из закромов души всю свою силу.
Она трясёт меня за плечи, что-то говорит. Я не слышу. Её слова не долетают до моего сознания. И её не вижу. Перед глазами Альфа с девушкой. Слышу только: «Брен, любимый».
Мне нестерпимо хочется завыть. Выплеснуть боль. А ещё лучше – превратиться, как Брен, в волчицу и убежать отсюда на свободу. Досыта повыть в лесу, где меня никто не услышит. Бегать по лесу до изнеможения, пока не упаду от усталости, пока не останется ни одной мысли, ни одного чувства.
Нет, мне нужно одно. Ненависть. Холодная, отрезвляющая, дающая силы ненависть.
Но я не волчица, я человек.
До сознания долетает только одно слово: княжна. Я цепляюсь за него, как за соломинку.
Я княжна. Я рождена повелевать. Я не имею права показывать слабость.
Да, именно так. Это те мысли, которые спасут меня.
Соберись, Верея, что за дурь? Ты чего расклеилась? Пускай Брен обнимается с кем угодно. Я его ненавижу, и у нас договор. Проклятый договор. Кто, спрашивается, тянул меня за язык.
Я сажусь возле кибитки на землю, смотрю в одну точку. Мне нужно вернуть самообладание. Любой ценой. Я не доставлю ему такого удовольствия – видеть меня слабой.
Я княжна Арденского княжества, и даже рабские цепи не могут отменить того, что я родилась княжной. И оборотню придётся это принять.
Моя реакция совершенно ничего не значит. Просто я не знала, что Брен женат. Я рабыня, моё дело – исполнять приказы хозяина и помнить, кто я. Остальное не должно волновать.
Но волнует, Морана меня забери! Очень волнует. До дрожи. До боли во всём теле. До ломоты в костях. До дикого, нестерпимого желания расцарапать морду Альфе и вцепиться в чёрные кудри красавицы. Я снова и снова бесцельно луплю кулаком. Не чувствую боли. Только сердце разлетается на тысячи мелких осколков. Смотрю невидящим взглядом на ладони. Они в ссадинах, со сбитыми костяшками пальцев. Кое-где выступает кровь.
«НЕНАВИЖУ!» – беззвучно кричу я. Как же я их ненавижу! Вот, правильно! Ненависть – моё спасение. Кто-то ищет спасение в любви, а я в ненависти.
Меня кто-то трясёт за плечи. Поднимаю полные боли глаза и встречаюсь с беспокойным взглядом нянюшки.
– Тебя зовут, княжна, – тревожно звучит её голос. – Иди к Альфе и не показывай своей боли.
Я бездумно киваю. Иду, как во сне, почти не чувствуя ног. Смотрю равнодушно. Только боги знают, чего стоит для меня это показное равнодушие.
– Эрика, позволь тебе представить дочь Арденского князя княжну Верею. Устрой её во дворце, как должно по её происхождению, – говорит Альфа, не сводя с меня взгляда.
Её зовут Эрика. Я никогда не видела таких ярких, как экзотические цветы девушек. Смуглая кожа придаёт глубину её карим глазам, я словно в бездну смотрю. Коралловые, слегка припухшие губки зовут к поцелую. Пышные волнистые волосы ниспадают на открытые плечи. Длинную, как у лебедя, шею украшает монисто. В маленьких изящных ушках танцуют от каждого её движения серьги.
Она достаточно высокая для женщины, намного выше меня. Достаёт до плеча Брену. Но при этом стройная.
Чувствую укол зависти. Я не так привлекательна, как она. Бесцветная блёклая мышь.
– Зачем ты притащил её сюда, Брен? – в грудной голос Эрики закралось раздражение, которое у неё плохо получается скрыть. – Тебе мало меня? Решил завести гарем?
Она не справляется, её голос звенит от возмущения. Ей тоже тяжело видеть рабыню мужа. Она же не знает, что я для него ничего не значу.
– Не припомню, чтобы у тебя было право указывать, что мне делать, – голос Брена похрустывает, словно лёд. – Займись Вереей.
– Я твоя невеста, ты забыл, Альфа? – не может успокоиться Эрика. – Накануне свадьбы ты притаскиваешь какое-то существо во дворец и заставляешь меня помогать ей.
Брен грубо хватает девушку за руки и притягивает к себе. В его глазах плещется гнев.
– Не зли меня, Эрика, – его голос обманчиво спокоен. Настолько спокоен, что мне становится страшно. – Только я здесь решаю, или ты решила бросить вызов Альфе?
Брен бьёт силой Альфы. Девушка скулит, опускает глаза, прогибаясь под властью вожака. Она повисает у него на руке, склонившись к ногам. Её прекрасные волосы покоятся на сапогах Брена. Шикарное платье покрывается пылью.
Я украдкой оглядываюсь. Все упали. Кто-то в буквальном смысле, кто на колени. Только Эрик согнулся, но не упал, и черноволосый крепыш на ступенях дворца согнул одно колено.
Силён Альфа. Не могу сдержать вздоха восхищения. Брен переводит взгляд на меня и удивлённо поднимает брови.
– Пойдём. Пожалуй, я тебе сам подберу покои, – говорит он, а в голосе звучит недоумение, или мне кажется?