7 глава
Костя нервничает. Я бы тоже на его месте нервничал. Более того, я бы судорожно начал соображать, по какому поводу сижу перед боссом, который смотрит угрюмо и убийственно.
– Почему у меня жгучее желание свернуть тебе шею? – прицеливаюсь взглядом в лоб помощника, куда обычно делают контрольный выстрел киллеры.
– Может, попробуем для начала разобраться, что тебя разозлило?
– Марьяна. В данный момент меня только она волнует, – меняю положение в кресле, кладу руки на стол и опять устремляю на Костю мрачный взгляд.
Что я с ним сделаю, если из-за его незаинтересованности до сих пор Марьяна не рядом? Убить? Самое легкое и не требующее много усилий. Можно было бы терроризировать через подружку, кажется, впервые у него что-то серьезное. Еще бы, шкурой он теперь минимально рискует. Он хороший исполнитель, помощник, не зря так долго находится возле меня, но вот впервые хочется его размазать по стенке.
– Костя, давай вспоминать по числам и дням все события трехлетней давности.
– Я так с ходу не вспомню.
– А ты постарайся, потому что от этого будет зависеть твоя дальнейшая судьба: либо ты все так же будешь топтать эту грешную землю, либо будешь смотреть на небо, лежа неподвижно в своей кровати. Тебя какой вариант устроит? – миролюбиво улыбаюсь, не смягчая тем самым свои слова.
– Герман, что за кипишь? – а сам оттягивает ворот рубашки, губы нервно подрагивают.
– У меня ощущение, что ты сильно накосячил. Вспоминай.
Пока Костя напрягает свою дырявую память, я в это время беру мобильный телефон и нахожу сайт того самого американского ранчо, которое рекомендует Диана. Жаль, что нет графы «наши сотрудники» – с удовольствием посмотрел бы на обслуживающий и руководящий состав. Придется просить одного человека помочь мне в личном деле. К Адаму обращаться бесполезно, он упрямый осел, хер признается, куда спрятал Марьяну. К Диане не хочу подкатывать, вдруг она разболтает, а она скорей всего разболтает Марьяне, и ее подруга кинется в бега. Опять терять время в поиске, и так много воды утекло.
Хочется поговорить с Марьяной, расставить точки над всеми «i», ответить на вопросы, а они обязательно будут, и начать все заново. Предложу вернуться в Россию, не хочется все бросать, что создавалось за последнее время с нуля. Мы обязательно поженимся. У меня до сих пор лежат наши обручальные кольца, сделанные на заказ. Ничего вычурного, просто желтое и белое золото переплетены между собой, как мы – темное и светлое внутри.
Дети. Обязательно двое. Слова Рената все еще жужжат в голове, но я не придаю им серьезного значения. Реакция Адама смущает. Он и не подтвердил, и не отрицал. Двоякое впечатление, от этого сомнение, что ребенок вообще там есть. Может, Марьяна удочерила какую-то девочку? Она может, наверное. А Ренат скорей всего провоцировал, хотел увидеть мою реакцию. Во всяком случае даже здесь нужен разговор с Марьяной. Вдруг, правда, дочь.
Мысленно пытаюсь примерить на себя роль отца и не могу понять, что чувствую. Растерянность. Я ведь не знаю, как общаться с детьми. В моем окружении их нет ни в прошлом, ни в настоящем. А что если Марьяна действительно родила дочь… Воображение рисует маленькую девочку с большими голубыми глазами и золотистыми волосами. У нее очаровательные ямочки на щеках, она похожа на милого херувима. Как бы ее назвала Марьяна? Анжелика? Энджел? Соня? Какое там международное универсальное имя для девочки?
– Герман, ты меня слушаешь? – слышу насмешливый голос Кости. – Кажется, тебе все равно, что я тебе сейчас рассказываю?
– Я слышал, что ты отвез ее в больницу и позвонил Тайсуму, – откладываю телефон, полностью переключаюсь на помощника. – Вопросы по поводу ранения Марьяны врач не задавал?
– Я не был в кабинете.
– Серьезно? – вновь глухое раздражение в груди, пробуждающее желание вмазать. Беру ручку, руки надо чем-то занять. – За это тебя следует очень хорошо проучить. Ты, блин, вроде не первый день возле меня и так безответственно поступил!
– Да что могло случиться с твоей шавкой в процедурном кабинете?! – взвился Костя, повышая на меня голос. – Что ты меня отчитываешь, как пацана какого-то!
Я взрываюсь. Ярость пеленой у меня перед глазами, в ушах шумит. Взять себя под контроль не успеваю, срываюсь, как дикий хищник срывается с цепи и кидается на того, кто его пытается приучить. Прижимаю голову Кости к столешнице, чутко контролируя его способность дышать.
– «Шавка» – это твоя Полина, которая до этого раздвигала ноги не только перед тобой. Ясно? – сильнее нажимаю на голову помощника.
Он хрипит, сонная артерия пережата. Пытается выкрутиться, но куда там.
– Ясно? – тихо переспрашиваю, расслабляя руки. Не слышу ответа, слегка приподнимаю и опять со стуком прикладываю голову Кости к поверхности стола.
– Да, – сипит, сразу же отпускаю.
Костя откидывается на стуле, колюче смотрит на меня из-под бровей. Я прищуриваюсь, можно ничего не говорить. Он по моему взгляду понимает, что лучше оставить при себе свое мнение, свои выкрутасы, ибо я сверну его в бараний рог.
– Ты психопат, – все же не выдерживает помощник, я снисходительно улыбаюсь. – Похоже сеансы психотерапевта не эффективны.
– Ты у меня сейчас договоришься. Возвращаемся к нашим баранам.
– Да ничего особенного больше не было. Я позвонил Тайсуму, как ты и приказывал, если вдруг тебя прикончат.
– Меня ведь не прикончили, Кость.
– Ну да, больше полугода лежал в отключке, кто бы смотрел за твоей ба… – Предупреждающе сужаю глаза, он сглатывает. – Кто бы смотрел за Марьяной? Кароче, Тайсум попросил поселить ее в отель, перед этим проверить, чтобы никого из твоих «друзей» не было рядом.
Сжимаю переносицу. Раздражение и злость не самые лучшие помощники в разговоре. Вздыхаю, смотрю в окно. Небо рядом. Чистое, голубое. Это преступление, что сегодня нет ни туч, ни облаков, когда внутри меня бушует самый настоящий ураган.
– Когда ты очнулся, я сразу же метнулся к Тайсуму, но к нему просто так хрен попадешь, а нападать тоже как-то не то. Установил слежку, но ничего интересно за ним не наблюдалось. А Марьяна словно сквозь землю провалилась. Единственно что…
– Что? – вскидываю глаза, не позволяю глупой надежде взять вверх над разумом, который пытается найти выход из ситуации.
– Каждый год он с семьей ездит в США. Приблизительно в одно и тоже время. Я специально не следил за ним, но поглядывал в его сторону, пока рыскал по всему миру в поисках Марьяны.
– Не томи, Кость, терпением сегодня не обладаю.
– Они в июне примерно на месяц уезжают в Лос-Анжелес или в Сан-Диего.
– А что там? – непонимающе моргаю.
Ладно бы Нью-Йорк, там биржа, а вот Лос-Анжелес? Диана решила стать актрисой? Или отпрысков своих хотят пропихнуть в Голливуд?
– Я один раз интересовался. Они пару дней были в каком-то из этих городов, потом арендовали машину и уезжали.
– Куда?
– Не знаю.
– Костя! – рычу, сжимая кулаки. Врезать? Ну вот от души, чтобы зубы вылетели. Денег на вставную челюсть дам.
– Ты сам подумай, как я мог проследить за Тайсумом? Он бы засек.
– Ладно, – чувствую усталость и апатию. Бежал, бежал и наткнулся на тупик.
– Что ты будешь делать? Пойдешь к Тайсуму на поклон? – устремляю на Костю убийственный взгляд, он сразу же встает и уходит, опустив формальность при прощании.
Смотрю перед собой. Перевожу взгляд на календарь. Сегодня май. Значит, если каждый год Адам с Дианой летают в июне в США, у них уже куплены билеты, забронированы номера в гостинице и взята машина в аренду. Мне нужно выяснить информацию. Незаконным образом, конечно. Беру мобильник, разворачиваю кресло к окну, слушая гудки. Щелчок.
– Я бы хотел с тобой сегодня вечером встретиться.
– Жду тебя у себя, – мой собеседник сразу же отключается, а я, довольный, откладываю телефон в сторону. Если повезет, скоро узнаю, в каком направлении искать Марьяну. И до нашей встречи останется совсем немного.
