Глава 6, Миша
Когда Вика примчалась к Мише домой, тот, оказывается, уже третьи сутки не спал. Как одержимый он всё продолжал разрабатывать теории, строить догадки, всячески пытаться понять саму Вику и её происхождение по тому набору данных, который имел в текущий момент. Чего, конечно, было невероятно мало для полной картины. И ещё Вика поняла, что возвращение людей к жизни давало некоторые последствия – возвращённые ценили эту самую жизнь намного меньше. Если и раньше Миша не отличался большой любовью к своему существованию, то сейчас он совсем слетел с катушек. И когда она встретила его почти обезумевший взгляд, то поняла, то без вмешательства скоро потеряет одного из своих подопечных. Чего ей очень не хотелось.
– Миша, ты не находишь, что слишком усердствуешь в поисках смыслов? Я уже вижу, что часть твоих теорий ошибочна. Можешь их не строить, зачем? – Она разлеглась на его кровати.
– В смысле?! – Его глаза смотрели куда-то чуть в сторону от дымчатой фигуры.
– Если ты продолжишь так себя вести, то умрёшь. Во второй раз.
– И?! – Он отвернулся к белой доске для маркеров и небрежно стёр всё, что там нарисовал.
– Кажется, ты не вполне осознаёшь свою смерть, дорогой. Я не смогу второй раз вернуть тебя к жизни. Я не настолько сильна.
– Но… тем не менее! Мои труды послужат кому-нибудь другому! А?! – Он будто поймал какую-то ещё мысль и пытался её переварить, застыв в одном положении.
– Миша, тебе надо отдохнуть. И…
– Сколько мне ещё осталось?! Сколько я буду жив? Я знаю, что тело разлагается довольно быстро, сколько мне там ещё?!
– Ох… – Вика даже почувствовала себя виноватой в какой-то степени. – Ты жив… нормально. Твоя смерть длилась не более минуты. Тело даже остыть не успело, когда я вытащила его.
– То есть… – Он снова застыл, осознавая сказанное. – У меня как будто бы всё в порядке? И мне не надо спешить, чтобы успеть всё зафиксировать?
– Да. Сейчас тебе надо лечь спать. Как же ты сможешь мне помочь, если сойдёшь с ума? Вообще-то ты мне нужен целиком. С головой. А без головы я высосу всё, что осталось. И твои труды будут напрасны. – Она переметнулась к парню и обвила его тело дымкой, словно змея.
– Тебе виднее, конечно. – Он столкнулся с её взглядом. – Наконец-то я вижу твои глаза вблизи. Надо зафиксировать…
– Миша, блять! – Вика вспылила в манере Насти. – Сначала тебе нужно спать. А потом… – Она заглянула ему в душу. – Что-нибудь поесть. И попить, кроме кофе, энергетиков и водки. И как тебя с работы ещё не выгнали с таким взглядом?
– Я взял четыре выходных! Но ты же и так это прочитала, верно?
– Миша… – Вика уже всерьёз обеспокоилась. – Ладно, я поняла. – Вошла в его тело и взяла полный контроль.
Если в прошлый раз парень ощутил, как ему плохо, то сейчас Вика уже осознала, насколько ей невыносимо в этом теле. С трудом направляя еле-еле бодрствующего Мишу, она уронила его на кровать и закрыла сверху одеялом. Дождалась, пока сознание подопечного не отключится полностью, и только тогда вышла из его тела, пусть и продолжая наблюдать. Не думала она, что может приключиться что-то такое. И что возвращённый из мёртвых Миша так себя поведёт. Или он всегда был таким? Нет, в его сознании чётко шла мысль, что раз он уже один раз умер и вернулся к жизни, значит, второй раз умереть уже не так страшно, а потому можно своё тело разрушать, пока оно не кончилось. Видимо, в своих теориях, одна безумнее другой, парень дошёл до того, что раз он снова жив, то это ненадолго, и надо всё успевать.
Вика взглянула на разбросанные записи, какие-то зарисовки, таблички. И раскрытый ноутбук с открытым на редактирование документом. Пусть существо не знакомо с техникой, но остаточного влияния разума Миши хватило, чтобы оно приняло материальную форму и взяло в руки мышку. Последние записи представляли собой что-то хаотичное, оформленное фрагментами и обрывками, все записи здесь – это практически бред, хоть и очень аккуратно написанный. Но более ранние записи, например, за вчерашний день, вызвали в Вике огромный интерес. Зацепкой являлись её оранжевые светящиеся глаза. И мало того – в документ вставлены картинки с какими-то цитатами. Да, часть из этого – бред и ерунда, что-то на уровне страшилок. Но одна запись выделялась среди остальных.
Девушка по имени Ангелина искала пропавшую подругу. Фотография какой-то милой девчонки с рыжими волосами. И подписью «Вика, найдись». Среди особых примет – оранжевый отблеск в глазах. Если бы не эта деталь, то всё можно легко списать на обычное имя, но… Вика почувствовала что-то внутри себя. И не просто так. Девчонка с фотографии, казалось, смотрела на неё. Почему-то это зрелище завораживало. В какой-то момент Вика даже подумала, что можно сдёрнуть Мишу из сна и раскочегарить его, чтобы он продолжил свои дела. Но нужно дать ему нормально отдохнуть. Случайно в мешанине разных материалов он нашёл что-то очень-очень важное. Пусть спит пока.
Дальнейшие изыскания и попытки осмыслить потустороннее чудовище ничего особенного не несли, хоть Вике и забавно было это читать. И только сейчас она осознала, что всё-таки получила часть каких-то знаний от своих ребят, которых она взяла под контроль. И даже от тех, чьи души она поглощала, пусть там и совсем крупицы. Сейчас ведь она без проблем воспользовалась ноутбуком, а ещё вчера тыкала пальцем в смартфон и не совсем понимала, как это работает. Возможно, часть из этих знаний выветрится из головы, когда Миши не будет рядом, или контроль над ним потеряется.
А пока ей надо питаться. Хоть она и не чувствовала всепоглощающий голод, как в момент своего появления, но понимала, что скоро он даст о себе знать. Пока парень спит в абсолютной отключке и даже снов не видит, самое время вылететь наружу и словить кого-нибудь на обед. Вика снова обратилась в дымчатую форму и за мгновение в тени выскользнула в подъезд, просочившись через дверь. Интересно, а какие тут соседи? Обычный многоквартирный дом, ничем не выделяющийся среди прочих таких же домов в этом районе, но кого же он в этот раз принесёт? Средь бела дня многие квартиры пустовали. В каких-то были только дети, которые со школы пришли. Девчонка по имени Алиса с трудом переваривала программу четвёртого класса и обижалась на одноклассника Владика за то, что тот постоянно тыкал ручкой ей в спину. Или подросток Серёжа, собирающийся на робототехнику, не стал есть рыбу и пюре на обед, оставленные мамой в холодильнике, хотел заскочить в «Макдак» и уже там поесть чизбургеров. А вот ещё одна квартира в соседнем подъезде наградила Вику по полной программе.
Этот человек считал себя намного выше других, казался сам себе мыслителем и каким-то особым, кто уж точно жизнь-то понял, в самом деле по степени своего развития не дотягивал даже до бредовых записей Миши. Мнил себя почему-то человеком высокой культуры. И как Вика поняла, звал себя этот человек не иначе, как Алексом, но его детское обидное прозвище «Санька-обоссанька» подходило ему намного больше. Как был никчёмным, таким и остался, думал, что одевается стильно, но старое пальто с блошиного рынка совсем ему не помогло, даже наоборот. Хвастался человечек поверхностными знаниями обо всём, эрудицию он так проявлял, будто умный сильно. По факту же был тупой и глупый одновременно. Конечно, Вике он ничего плохого не сделал, но при виде страшной дымчатой фигуры с сияющими оранжевыми глазами сначала полностью оправдал своё детское прозвище, а после высасывания души ещё и умер, жидко обделавшись в штаны. Как при жизни был жалким, так и сдох жалким. И душонка у него была такая, что на один зубок. Вика только цыкнула и полетела себе дальше.
Вот тут ей снова повезло – в старой квартире проживала мерзкая жирная бабка. Сварливая – жуть. Характером скверная, первого мужа до могилы довела. Второй хоть сам сбежал, счастливчик. Вроде, мелкая такая, но гадкая, рожа – будто говна поела, шёл этой бабке девятый десяток, а энергии у неё хватило бы ещё на хрен её знает сколько. Всё было ей не так, ну вот всё. Причём, всю жизнь. На чужих шеях всегда выезжала, что по карьерной лестнице, что в личной жизни, мерзейшее существо, настоящий паразит общества. Накопила несколько миллионов на собственный гроб, а своим детям ни копейки не дала. Такая мразь ещё и связь души с телом имела невероятную, сдыхать она не собиралась, но дитя Судьбы распорядилось иначе. Вика решила, что тут надо пошутить основательно. Для такой шалости можно разгуляться.
Захватила полный контроль, насколько смогла, и было это непросто. Как и управлять таким раздутым чудищем. Открыла в ванной горячую воду, пусть наполняется. Достала из кухни два кипятильника, пригодятся ещё. Сдерживать это тело очень сложно, Вике стоило огромных усилий довести дело до конца. Особенно, когда в откровенно горячей воде тело стало сопротивляться. Но после того, как почти вся душа была высосана, чудище наконец перестало брыкаться, столько воды расплескало почём зря. В ванной оно быстро покраснело. Вика добавила и финальный штрих – сунула в воду два включенных в розетку кипятильника. Ну и раз частичка души всё-таки осталась, бабка окончательно не умерла. Она уже не в силах ничего сделать, но всё будет прекрасно ощущать и осознавать. Вика посмотрела на это с величайшим наслаждением. Ну, зато родственники теперь получат её деньги, и внучке даже хватит на операцию по удалению хоть и доброкачественной, но очень неприятной опухоли. Шалость удалась.
После плотной трапезы Вика вылетела обратно и вскоре оказалась за ноутбуком. Условные исследования Миши её уже не интересовали, а вот личная жизнь – это да, это можно поглядеть. Логично, что картинки и фотографии лежали в папке «изображения», как и документы в папке «документы». Всё прописано, пронумеровано, названо как надо и датами обнесено со всех сторон. Тем более удивителен бардак на рабочем столе. «Посиделки с друзьями» выделено в целую категорию, там тоже всё раскидано за разные годы. Есть и фотографии двухнедельной давности, на которых Миша стоит рядом с парнями, похоже, что они в каком-то заведении. Пока что Вике не хватало знаний о мире, чтобы точно понять, почему именно эти фотографии сохранены, что конкретно там изображено. Но все на фотографии счастливы. В папке «Египет 2020» есть ещё фотографии парня, он рядом с какой-то девушкой, есть раздельные фотографии и его, и её, несколько совместных. Но не похоже, что у них какие-то высокие чувства друг к другу. Однако… Вика попыталась заглянуть глубже и понять эти фотографии, но у неё ничего не вышло. Пока что.
Есть и «Москва 2013», где Миша очень много снимал город, есть и общая фотография с ребятами примерно его возраста. Не похоже, что парень одинок, да и не чувствовалось в нём это. Но почему он так легко и хладнокровно решил покончить с собой? Вот этого Вика совсем не понимала. Вся мотивация Насти как на ладони, там и обида, и злость, и грусть, а Миша – это какой-то странный расчёт. Или не странный? Возможно, Вике просто нужно подольше посидеть в парне и понять, что с ним происходит. Даже моменты радости, пока она рулила парнем полностью, какие-то блёклые и даже близко не дотягивающие до простых эмоций Насти.
Существо просмотрело большое количество фотографий. Заметила пока что необъяснимую для неё закономерность – более старые снимки показывали, что Миша там живее. С каждым годом его эмоции угасали, и в последних месяцах на лице больше безразличия, чем когда-либо. Он пытался выглядеть счастливым, где надо. Пытался выдавать те эмоции, которые и должны быть, но была в этом фальшь. И он не был несчастен – на контрасте с Настей хорошо видно, как это выглядело. Он чувствовал себя никак. Он знал, что должен чувствовать, но по какой-то причине не ощущал этого. Вот почему его связь души и тела настолько слаба даже сейчас.
Вика еле дождалась Мишу, пока тот очнётся после своего сна на четырнадцать часов. Вставал он очень неохотно, пытался понять, как вообще оказался на кровати.
– Ох… бля, Вика, это всё ты, да? – Он сел на кровать.
– Да. Ты чуть не погубил себя. Зато я успела ознакомиться с тобой и твоим внутренним миром через твой ноутбук.
– Ну поздравляю. – Миша медленно встал и, шаркая, направился на кухню. – Надо хоть перечитать, что я там написал. И что из этого правда. Вроде, ты мне что-то говорила, что я хоть и умер, но вернулся к жизни нормально, или мне приснилось это?
– Ты был мёртв, да. Но совсем чуть-чуть. Так что я вернула тебя довольно быстро. Это вряд ли бы повлияло на твоё тело.
– Ну да. Можно сказать, клиническая смерть. А что именно было? – Парень налил холодной воды из чайника в кружку и жадно выпил.
– Хоть я и успела поймать тебя на лету, в воду ты всё-таки упал. И захлебнулся. Но я быстро вытащила тебя и откачала. По-своему. Сначала перевернула, чтобы из тебя вода вышла, а потом оживила, как поняла это. Заставила организм снова работать так, как нужно. Ну и на моих силах твоё тело быстро пришло в норму. Конечно, я очень устала. – Вика проплыла по воздуху к парню.
– Угу. И думаю, что теперь ты понимаешь, почему я решил утопиться. Потому что я чувствую целое нихуя. Может, у меня депрессия, не знаю. Обследоваться надо, а мне всё равно. Но твоё появление придало мне хоть какой-то смысл. Даже если…
– Миша, ты мне вообще-то нужен не только живой, но и функциональный. А то какой от тебя толк? – Вика приблизилась к нему и вплотную уставилась, заглядывая в душу. – Пойми, что ты не особенный. И волочить тебя за собой я не буду. Решать твои проблемы. И увеличивать твою волю к жизни я тоже не горю желанием. Так что давай, приходи в себя, как хочешь.
– Да я не особо-то и хочу.
– Ну… – Вика помедлила.
Взвесила в голове все «за» и «против». Конечно, её первый день с Мишей ей понравился, но вот его самостоятельное поведение вызвало неоднозначную реакцию. Да, поначалу она хорошенько в нём оторвалась, но на контрасте с Настей быстро поняла, что эмоционально тут ловить нечего. С логикой у него, конечно, всё в порядке, но с этой же логикой он едва сам себя до смерти не довёл. Плюс возвращенцы, видимо, и правда ценят жизнь ещё меньше. А нужен ли Вике такой балласт? Зачем тащить за собой того, кто сам не горит желанием продолжать своё существование? Но тут она кое-что поняла. Значит, если его связь с телом так слаба, то Вике не составит никакого труда использовать его в последний раз. Она широко улыбнулась.
– Ладно, Миша. Я кое-что придумала. Одну занимательную шутку.
– В каком плане?
– Можешь об этом не задумываться. – Хотела добавить «дорогой», но не стала. К тем, кого она высасывает без остатка, таких слов не применяют.
Улучшенный парень взял с собой ноутбук и зарядник для него, а также несколько наиболее осмысленных записей. На его лице играла злая ухмылка, которая ему совсем не принадлежала. Сел в свою машину, в это раздолбанное корыто, погладил грязный руль. Включил музыку на всю катушку, что кузов буквально дребезжал, вырулил на большую дорогу и погнал так быстро, как смог. Нарушал и пролетал в считанных метрах от других автомобилей, выезжая на красный сигнал светофора. Едва увернулся от столба. И если бы кто-то в этот момент заметил его обезумевший взгляд с горящими оранжевыми глазами, то понял бы, что водитель сильно не в себе. Добрался он до «Васильевского острова» за полчаса, обычно этот путь занимал минут на пятнадцать больше времени. И гнал Миша в сторону «моста Кораблестроителей», который проходит над рекой Смоленкой.
К тому моменту, как старая ржавая тачка пробила ограждение и полетела в воду, водитель уже был мёртв. А дымчатое чудовище с горящими глазами смотрело на это всё из тени и держало в руках ноутбук с заветными данными. Вот так Миша и закончил тем путём, как и хотел. Шалость удалась и на этот раз.
