Глава 3
Стук каблуков начал отдаляться от кабинета помощника. И другие более мягкие и редкие шаги стали приближаться к двери Евгения.
Инесса Владимировна, начальница Евгения, была женщиной безусловно очень активной и компетентной. Она четко формулировала задачи, и ничего в отделе не проходило мимо ее взора. Но иногда энергичность была чрезмерна. Инесса Владимировна всегда могла позвонить Евгению или его помощнику, могла воспользоваться должностными обязанностями своей секретарши, могла в целом многое делать в стенах своего просторного кабинета этажом выше рабочего места проектного менеджера. Но женщина предпочитала во всем участвовать лично, приходить ко всем самостоятельно и следить за выполнением поставленных задач своими глазами. Видимо, только так ее гиперответственная натура получала спокойствие. Евгений каждый раз, как в первый, удивлялся привычкам и методам работы своей начальницы, но не мог не признать, что они способствовали эффективной деятельности всего коллектива.
По ощущениям, до обеденного перерыва было еще достаточно много времени. И правда. Против своей привычки посмотрев на часы, он увидел, что прошло всего чуть больше часа. Цифры показывали 10:12. «Выглядит, как дата годовщины нашей свадьбы. Уже совсем скоро», – пронеслась мысль в его голове, – «надо не забыть подумать о подарке Кате».
Раздался стук в дверь.
– Войдите, – отозвался Евгений.
На пороге показался его помощник.
– Евгений Андреевич, вас вызывает к себе Инесса Владимировна. Через 15 минут, – оттарабанил он.
– Спасибо, Герман.
Ровно в назначенное время Евгений стоял перед дверями кабинета с золотой надписью «Директор проектного отдела. Соколова Инесса Владимировна». Темно-коричневый оттенок двери прекрасно сочетался с цветом букв. «Катя бы оценила», – подумал Евгений. Он постучался и, не дожидаясь отдельного разрешения, вошел в комнату.
– Добрый день, Инесса Владимировна!
Женщина что-то искала в документах и отвечала на звонок: «Да, да… Конечно! Ближе к концу недели… Что вы! Успеем!». На секунду она повернулась к Евгению с легким удивлением в глазах, затем, вероятно, вспомнила, зачем он ей был нужен, кивнула и указала на кресло.
«Будьте уверены… Наберу Вам, как только будет выполнена основная часть работ… И Вам! Всего доброго!». Инесса Владимировна отложила телефон. Пару секунд она концентрировалась на следующей стоящей перед ней задачей, а потом обратилась к Евгению:
– Здравствуйте, Евгений Андреевич! Подождите здесь еще несколько минут. С Вами хочет встретиться помощник руководителя нашей компании. Он будет с минуты на минуту.
Повисла небольшая пауза. Евгений смутился.
– Хорошо, я понял, Инесса Владимировна, – ответил он.
В этот момент ей снова позвонили. «Да, слушаю… Сейчас проверю…». Женщина встала и вышла из кабинета, по пути кивнув Евгению.
Иной раз он бы снова удивился поведению и методам работы своей руководительницы, но сейчас его мысли занимало другое. Евгений раньше никогда не общался с руководством компании, работая в отдельном филиале. Пересекался с этими людьми только в виде их имен и подписей на документах об утверждении той или иной программы проекта. Казалось, что они так и существовали в чьей-то руке, которая выводила буквы и закорючки на бумаге. И Евгений все никак не мог представить их в виде отдельных личностей.
Вообще удивительно, как люди пересекаются друг с другом через абсолютно каждую вещь. Берешь в руки карандаш и не задумываешься, сколько людей участвовали в его создании. Или как яблоко, которое ты кусаешь, было выращено чьими-то руками, собрано, отправлено, отгружено и продано тебе. Большинство этих действий были выполнены машинально, но некоторые, например, при выпечке хлеба в маленькой частной пекарне, вполне могли оставить в предмете частичку любви другого незнакомого тебе человека к окружающим или к своему делу. Если в книге или фильме контакт с писателем или режиссером представить не так сложно, то с другими предметами это менее очевидно. И все же взаимодействия и пересечения есть. Весь мир неразрывно связан между собой триллионами предметов, используемых нами ежедневно. Нечто вроде такой полу-осознанной связи было у Евгения с руководством, которого он лично никогда не видел.
Прошло около десяти минут. Евгений почти не двигался и смотрел в одну точку на другом конце стола, как наконец-то двери открылись и в комнату поочередно вошли Инесса Владимировна и широко улыбающийся мужчина среднего возраста. Он был одет в идеально выглаженный дорогой костюм с галстуком и запонками. Двигался широкими шагами, излучая уверенность в себе и харизму. Внешность нельзя было назвать красивой, но мимика значительно добавляла привлекательности. Он подошел к занявшему прямое положение Евгению и пожал ему руку.
– Добрый день! Я так полагаю, Вы и есть Евгений Андреевич, – мягко и быстро сказал он и, не дожидаясь ответа продолжил, – меня зовут Александр Дмитриевич. Очень приятно!
– Очень приятно! – чуть растерянно ответил Евгений.
Александр Дмитриевич занял кресло напротив и жестом пригласил Евгения присесть. Инесса Владимировна села на свое рабочее место. Со стороны она за столом должна была занимать доминирующую позицию для хода диалога, но центр был очевидно смещен на Александра Дмитриевича, который всем своим видом показывал, что все зависит только от него.
– Позвольте потратить несколько минут на предисловие, – все также улыбаясь и смотря на Евгения, сказал он, – несколько дней назад я разговаривал с Инессой Владимировной по телефону и спрашивал, может ли она порекомендовать своего сотрудника для реализации одного крупного проекта.
Инесса Владимировна улыбнулась.
– В ответ я услышал Ваше имя и при первой возможности решил встретиться с Вами, так как сроки поджимают. Инесса Владимировна очень хорошо отозвалась о Вас и заверила, что в случае Вашего увольнения с должности… – он запнулся.
– Проектного менеджера, – подсказала Инесса Владимировна.
– Благодарю, проектного менеджера, сумеет найти достойную замену, чтобы компания ничего не потеряла от этого.
Евгений продолжал молчать, не зная, что сказать.
– Вам, – продолжил, Александр Дмитриевич, – должно быть кажется странным, что требуется увольнение с должности при том, что ваше настоящее место работы напрямую связано с главной задачей – организацией и реализацией мероприятий и проектов. Но я не вправе сообщать подробности предложения без присутствия Павла Антоновича. (По подписям Евгений знал, как звали генерального директора и одновременно владельца компании. Его фамилия была Самойлов). И прежде, чем спросить, интересует ли Вас это предложение, я задам Вам пару вопросов.
Ответа этому человеку, судя по темпу речи, не требовалось, и Евгений просто кивнул.
– Где Вы работали ранее, до нашей организации?
Ответ явно имелся в резюме, но Евгений сделал скидку на то, что помощник генерального директора мог не успеть его изучить, и ответил:
– Я работаю в компании семь лет, а начинал с должности банкетного менеджера в небольшом ресторане. Если считать стажировки в период магистратуры, то приходилось проходить практику в IT-компании и в энергетических структурах.
– Прекрасно, что опыт у Вас имеется разный. А ка- кое бы качество Вы назвали самым значимым в себе? – скучающим тоном продолжил Александр Дмитриевич.
– Ответственность, – не задумываясь, ответил Евгений.
– Предпочитаете работать в команде или самостоятельно?
– Самостоятельно. Но команда необходима для качественного контроля за всеми аспектами проекта, – уверенно сказал кандидат.
– Можете работать с разными проектами или в Ваших компетенциях есть конкретные типы?
– Думаю, что в принципе с любыми. Механизм всегда примерно одинаков.
– Замечательно. У Вас есть семья?
– Жена. Детей нет.
– А Вы готовы уволиться со столь крупной должности, если мы предложим оклад в несколько раз больше?
У Евгений создалось впечатление, что весь диалог был формальностью и задачей Александра Дмитриевича было только получение его согласия. Теперь почти не оставалось сомнений, что резюме было тщательно изучено.
– Это сложный вопрос. Я доволен своей должностью, на которой нахожусь почти три года. В проектном отделе мне все привычно. Заработная плата и гонорары за проекты устраивают, – задумчиво произнес кандидат.
Лицо Александра Дмитриевича выразило разочарование, больше похожее на личный укор Евгению. Последний, заметив это, продолжил:
– Однако, если я требуюсь как сотрудник компании на другом месте, то готов обдумать это предложение.
– Превосходно! – Александр Дмитриевич засветился еще ярче, – Инесса Владимировна, сможете подготовить все документы на добровольное увольнение в течение сегодняшнего дня?
– Да, конечно. К вечеру они будут у Вас на столе. Жаль будет потерять столь ценного сотрудника в нашем отделе, – она со слегка грустной улыбкой посмотрела на своего подчиненного.
Евгений не понял, в какой момент в своем монологе дал полное согласие на увольнение. Но Александр Дмитриевич говорил и действовал так быстро, с видом человека, знающего свое дело, что спорить с начальством Евгений не посмел.
– Замечательно, – ответил Александр Дмитриевич, проигнорировав последний комментарий про Евгения, – в таком случае, Евгений Андреевич, сегодня Вы подпишите все необходимые формальности, а завтра в десять часов я жду Вас в своем кабинете. На входе просто назоветесь. Вас проводят.
Он встал с кресла и за ним цепной реакцией его харизмы поднялись остальные участники диалога. Евгений не успел опомниться, как ему пожали руку, пожелали хорошего дня, на что он невнятно пожелал того же. И Александр Дмитриевич с Инессой Владимировной исчезли в дверях. Тогда Евгений сам поспешил к кабинету, который пока что был еще подписан его именем.
