Предчувствую тебя…

А ты душа, усталая, глухая,
О счастии твердишь, – который раз?

А. Блок

Предисловие

Александр Блок родился в 1880 году в Санкт-Петербурге. Он стал представителем младшего поколения русских символистов, одним из самых музыкальных и трагичных поэтов XX века. Поэт прошел сложный путь, характерный для художников рубежа веков, и занимает уникальное место в истории русской литературы. Именно Блок выразил противоречивый дух Серебряного века и определил его доминирующий цвет – цвет серебра. Музыкальная основа его лирики, блоковские образы Родины и Любви являются золотым достоянием Серебряного века.

Блок стал знаковой фигурой в русской культуре первой четверти XX века. Цветаева вручила ему свои произведения на одном из поэтических вечеров и посвятила ему стихи. Приехав в Петербург, Есенин первым делом пошел к Блоку. Ахматова послала ему журнал со своей публикацией, в «Поэме без героя» назвала Блока «трагическим тенором эпохи». Клюев пишет ему письмо с просьбой объяснить суть современной культуры. Маяковский ему одному подает руку в революционные дни: «Здравствуйте, Александр Блок!» Северянин дарит ему свою книгу с надписью «Поэт!..» Ходасевич о поэзии Блока скажет: «…в ней очень рано и очень верно расслышали, угадали, почуяли «роковую о гибели весть». Его любили. Блок, пройдя через многие творческие и жизненные испытания, сохранил любовь к жизни и человеку. Он создал неповторимый художественный мир.

В большинстве своих произведений поэт воспевал любовь как ниспосланное свыше чувство. Поэт обожествлял любовь, которая открыла ему высокий смысл жизни. Чувству любви он посвящал не только отдельные стихотворения, но и целые сборники своих поэтических произведений. Знакомясь с любовной лирикой Блока, можно проследить отразившийся в ее развитии, как в зеркале, весь его духовный путь, вобравший в себя трагические противоречия эпохи.

В юности Блок, ученик и последователь романтизма, самостоятельно открыл возможности символа для передачи глубин духовной жизни «внутреннего человека». В первом символистском цикле стихотворений «Стихи о Прекрасной Даме» (1904) Прекрасная Дама – Вечная Женственность, Душа Мира, Вечная Тайна, открытие которой приведет к Истине.

Любовный цикл «Снежная маска» (1907) раскрывает чувства поэта с другой, человеческой, реальной стороны. Стихи этого цикла о настоящей жизненной ситуации.

«Кармен» (1914) – так назвал Блок стихи, посвященные страстному чувству, охватившему его самого.

В зрелые голы Блок – оригинальный поэт со своей темой Любви, связанной с глубоким трагизмом. Цикл «Страшный мир» (1909–1916), имея главную тему – Любовь, полон состояния собственной греховности, безверия, опустошенности, смертельной усталости.

Тема любви в лирике Блока, непосредственно завися в ходе своего развития от личных переживаний поэта, терпела постоянные метаморфозы, вызванные изменениями мировоззрения поэта.

В позднем творчестве Блока трагизм не только предчувствия, но и ясного видения непоправимого разрыва «связи времен», ведущего к умалению человеческой свободы и свободы художника. За полгода до смерти Блок говорил о Пушкине: «… поэт умирает, потому что дышать ему больше нечем: жизнь потеряла смысл». Это можно сказать и о самом Александре Блоке. Он умер в 1921 году.

Стихи о прекрасной даме

1901–1902

Ранняя любовная лирика Блока составила первую книгу 1904 года «Стихи о Прекрасной Даме». В этих произведениях за основу взято чувство подлинной любви к своей невесте, мечтами о которой буквально жил Александр Блок. Стихи о любви в этом сборнике содержат мистическое преклонение перед Вечной Женственностью и Владычицей Вселенной. Перед нами предстает образ возлюбленной с признаками настоящего божества – Небесной Девы и Лучезарной Царицы, лишенной каких-либо земных черт. Долг поэта – молитвенное служение, духовное восхождение, необходимое для лицезрения Ее Красоты.

Настроения поэта меняются от восторженных слов к сомнениям, предвещающим гибель Прекрасной Дамы как «снов раздумий небывалых». Поэт все чаще стремится к тому, чтобы душевные чувства взяли верх над плотскими мыслями.

Особенностью «Стихов о Прекрасной Даме» является то, что стихотворения, выступающие как самостоятельные произведения, вместе с тем представляют собой части единого целого; описываемые в стихотворениях события предстают как эпизоды единого сюжета. На поверхностном уровне содержание цикла похоже на «лирический дневник», историю любви героя: Блок датирует все стихотворения цикла и располагает их строго хронологически.

Поэт действительно очень любил свою жену, но этот брак был очень странным. Блок называл свою жену Прекрасной Ламой, считая, что физическая близость – помеха близости духовной. А Любовь Менделеева мечтала о земном женском счастье и была вынуждена искать его с другими. В его жизни были только две женщины – Люба (жена) и «все остальные». Александр Блок и Любовь Менделеева: странный семейный союз, в котором третий не был лишним.

В «Стихах о Прекрасной Ламе» героиня занимает пространство: «высшие миры» неба, зари, звезд, солнца, «высокой горы»; ее время – Вечность; знаки ее приближения – вечерняя заря, закат, весна; ее цветовые характеристики – «светлая», «розовая», «алая», «голубая», «золотая»; ее звуковая гамма – «песня», «смех», «звучная тишина». «Я», принадлежит «нижнему миру», миру «долин», «болот», городских улиц и в то же время устремлен к небу, к свету, к «Леве». Встреча героев – это выход «я» за границы его привычного земного пространства (открывание окон, проникновение в Ее «терем») или нисхождение «Ты» на землю, приближение к «я».

Вступление

Отдых напрасен. Дорога крута.
Вечер прекрасен. Стучу в ворота.

Дольнему стуку чужда и строга,
Ты рассыпаешь кругом жемчуга.

Терем высок, и заря замерла.
Красная тайна у входа легла.

Кто поджигал на заре терема,
Что воздвигала Царевна Сама?

Каждый конёк на узорной резьбе
Красное пламя бросает к тебе.

Купол стремится в лазурную высь.
Синие окна румянцем зажглись.

Все колокольные звоны гудят
Залит весной беззакатный наряд.

Ты ли меня на закатах ждала?
Терем зажгла? Ворота отперла?

28 декабря 1903

«Я вышел. Медленно сходили…»

Я вышел. Медленно сходили
На землю сумерки зимы.
Минувших дней младые были
Пришли доверчиво из тьмы…

Пришли и встали за плечами,
И пели с ветром о весне…
И тихими я шёл шагами,
Провидя вечность в глубине…

О, лучших дней живые были!
Под вашу песнь из глубины
На землю сумерки сходили
И вечности вставали сны!..

25 января 1901С.-Петербург

«Ветер принёс издалёка…»

Ветер принёс издалёка
Песни весенней намёк,
Где-то светло и глубоко
Неба открылся клочок.

В этой бездонной лазури,
В сумерках близкой весны
Плакали зимние бури,
Реяли звёздные сны.

Робко, темно и глубоко
Плакали струны мои.
Ветер принёс издалёка
Звучные песни твои.

29 января 1901

«Тихо вечерние тени…»

Тихо вечерние тени
В синих ложатся снегах.
Сонмы нестройных видений
Твой потревожили прах.
Спишь ты за дальней равниной,
Спишь в снеговой пелене…
Песни твоей лебединой
Звуки почудились мне.
Голос, зовущий тревожно,
Эхо в холодных снегах…
Разве воскреснуть возможно?
Разве былое – не прах?
Нет, из господнего дома
Полный бессмертия дух
Вышел родной и знакомой
Песней тревожить мой слух.
Сонмы могильных видений,
Звуки живых голосов…
Тихо вечерние тени
Синих коснулись снегов.

2 февраля 1901

«Душа молчит. В холодном небе…»

Душа молчит. В холодном небе
Всё те же звёзды ей горят
Кругом о злате иль о хлебе
Народы шумные кричат…
Она молчит, – и внемлет крикам,
И зрит далёкие миры,
Но в одиночестве двуликом
Готовит чудные дары,
Лары своим богам готовит
И, умащённая, в тиши,
Неустающим слухом ловит
Далёкий зов другой души…

Так – белых птиц над океаном
Неразлучённые сердца
Звучат призывом за туманом,
Понятным им лишь до конца.

3 февраля 1901

«Ты отходишь в сумрак алый…»

Ты отходишь в сумрак алый,
В бесконечные круги.
Я послышал отзвук малый,
Отдалённые шаги.

Близко ты или далече
Затерялась в вышине?
Ждать иль нет внезапной встречи
В этой звучной тишине?

В тишине звучат сильнее
Отдалённые шаги,
Ты ль смыкаешь, пламенея,
Бесконечные круги?

6 марта 1901

«Ночью сумрачной и дикой…»

О. М. Соловьёвой

Ночью сумрачной и дикой —
Сын бездонной глубины —
Бродит призрак бледноликий
На полях моей страны,
И поля во мгле великой
Чужды, хладны и темны.

Лишь порой, заслышав бога,
Дочь блаженной стороны
Из родимого чертога
Гонит призрачные сны,
И в полях мелькает много
Чистых девственниц весны.

23 апреля 1901

«Навстречу вешнему расцвету…»

Навстречу вешнему расцвету
Зазеленели острова.
Одна лишь песня не допета,
Забылись вечные слова…

Душа в стремленьи запоздала,
В пареньи смутном замерла,
Какой-то тайны не познала,
Каких-то снов не поняла…

И вот – в завистливом смущеньи
Глядит – растаяли снега,
И рек нестройное теченье
Свои находит берега.

25 апреля 1901

«В день холодный, в день осенний…»

В день холодный, в день осенний
Я вернусь туда опять
Вспомнить этот вздох весенний,
Прошлый образ увидать.

Я приду – и не заплачу,
Вспоминая, не сгорю.
Встречу песней наудачу
Новой осени зарю.

Злые времени законы
Усыпили скорбный дух.
Прошлый вой, былые стоны
Не услышишь – я потух.

Самый огнь – слепые очи
Не сожжёт мечтой былой.
Самый день – темнее ночи
Усыплённому душой.

27 апреля 1901Поле за Старой Деревней

«Всё отлетают сны земные…»

Так – разошлись в часы рассвета.

А. Б.

Всё отлетают сны земные,
Всё ближе чуждые страны.
Страны холодные, немые,
И без любви, и без весны.

Там – далеко, открыв зеницы,
Виденья близких и родных
Проходят в новые темницы
И равнодушно смотрят в них.

Там – матерь сына не узнает,
Потухнут страстные сердца…
Там безнадёжно угасает
Моё скитанье – без конца…

И вдруг, в преддверьи заточенья,
Послышу дальние шаги…
Ты – одиноко – в отдалении,
Сомкнёшь последние круги…

4 мая 1901

«В передзакатные часы…»

В передзакатные часы
Среди деревьев вековых
Люблю неверные красы
Твоих очей и слов твоих.

Прощай, идёт ночная тень,
Ночь коротка, как вешний сон,
Но знаю – завтра новый день,
И новый для тебя закон.

Не бред, не призрак ты лесной,
Но старина не знала фей
С такой неверностью очей,
С душой изменчивой такой!

5 мая 1901

«Всё бытиё и сущее согласно…»

Всё бытиё и сущее согласно
В великой, непрестанной тишине.
Смотри туда участно, безучастно, —
Мне всё равно – вселенная во мне.
Я чувствую, и верую, и знаю,
Сочувствием провидца не прельстишь.
Я сам в себе с избытком заключаю
Все те огни, какими ты горишь.
Но больше нет ни слабости, ни силы,
Прошедшее, грядущее – во мне.
Всё бытиё и сущее застыло
В великой, неизменной тишине.
Я здесь в конце, исполненный прозренья,
Я перешёл граничную черту.
Я только жду условного виденья,
Чтоб отлететь в иную пустоту.

17 мая 1901