Teologica

I

И оплавлялись свечи белым льдом,

И отдавали золотом картины,

Казались серебристым париком

Седые кудри старой паутины.

И рéквиемом таяли в ночи

Крадущиеся шорохи Кого-то,

Кто знает тайны, кто о них молчит,

Кого назвали этим странным «Кто-то».

На дне бокала снегом яд белел,

И обагрянен кровью был клинок

Того, кто не устал от этих дел,

Кого назвали «Чёрт» и сразу «Бог».

Летучей мышью в окна билась ночь,

В свечах и факелах дворца таился день —

Все знали, что ему уж не помочь,

И даже ночь – его немая тень.