Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Андрей Бородин, Александр Лебедев, Михаил Крыжановский, Оксана Заугольная, Марина Екатериничева, Виктория Радионова, Марк Полещук, Иван Русских, Елена Масляницкая, Рената Каман, Руслан Лютенко, Роман Цай, Наталья Солнечная
2
(1)
Алексей Жарков, Илья Пивоваров, Константин Головатый, Алексей Искров, Руслан Лютенко, Максим Тихомиров, Николай Скуратов, Владислав Кукреш, Энди Щавель
3
(1)Составитель Алексей Жарков
Иллюстратор Александр Павлов
Иллюстратор Лилиана Скрипко
Иллюстратор Юлия Романова
Введение Максим Деккер
© Александр Павлов, иллюстрации, 2017
© Лилиана Скрипко, иллюстрации, 2017
© Юлия Романова, иллюстрации, 2017
ISBN 978-5-4485-2004-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Боди-хоррор, био-хоррор, органик-хоррор. Приставка «боди» является транскрипцией английского «body», что в переводе значит «тело». Мутации, болезни, хирургические вмешательства – все это может произойти с каждым. С его собственным, родным телом, может произойти что-то странное и жуткое.
И самое неприятное – от этого кошмара невозможно убежать, он внутри и снаружи, он – это ты.
Направление боди-хоррора, которому до самостоятельного жанра всё еще далеко, не является изобретением последнего времени. Ошибочно полагать, что «телесные ужасы» зародились в мировом кинематографе 70—80-х годов. Например, в фильмах «певца мутаций» Дэвида Кроненберга, хотя его вклад неоценим. Боди-хоррор очень долго мутировал и эволюционировал, начиная с тех далёких пор, когда в чреве людского сознания зародилось такое понятие, как «образное осмысление действительности», то есть – искусство.
Достаточно вспомнить прием «метаморфоз», облюбованный в мифах и произведениях творцов давних цивилизаций. В ацтекских мифах Кецалькоатль и Тескатлипока расчленили богиню Тлатекутли и из ее останков создали деревья, траву, воду, горы.
В двадцатом веке первыми на тело человека обратили внимание Франц Кафка («Метаморфоза»), Мэри Шелли («Трансформация»), Говард Филлипс Лавкрафт («Герберт Уэллс: Реаниматор»). В равной степени в них показаны и чудеса, скажем, «необузданного онтогенеза», и метафоры, психологическая составляющая, розыск первопричины.
Безусловно, знаковым романом становящегося на ноги «боди-хоррора» можно назвать «Руки Орлака» Мориса Ренара, в котором безумный хирург пересаживают мужчине руки убийцы. Несложно догадаться, что пошло следом за этим нововведением. В своем произведение Ренар очень ловко сыграл на распространенном у людей страхе перед будущими хирургическими операциями, связанными с трансплантацией (тогда в1923 Еланский впервые выполнил пересадку кожи с учетом группы крови).
Что смотреть?
Однако, крепче всего эксплуатация боди-страхов надежно закрепилась в ранее упомянутом кинематографе. Например, Кроненберг в «Видеодроме» хорошо обыграл мотив возникновения онкологических недугов из-за телевизионного излучения. Шведский нейрофизиолог Олле Йоханнсон изучал это явление на протяжении 30 лет.
Еще идеальный пример эксплуатации в кинематографическом мире – «Будь как все». Так звучит девиз остросатирического «Общества», дебютного фильма Брайана Юзны, в котором он высмеял аспекты конформизма и обыграл идею «Занозы в социуме».
Не удивительно, что это направление очень хорошо чувствует себя именно в изобразительной фауне: кино, комиксы и графические романы, живопись. Ведь нет ничего лучше для натурализма, чем арсенал спецэффектов или кисточка, порхающая бабочкой в руках художника.
Но не стоит забывать, что боди-хоррор – это не одни лишь увечья, язвы, поэтапные танатоморфозы – процесс разложения, гной и плавящиеся лица. Это – инструмент, который в руках мастера способен нагнать страх или выверенное омерзение, которое не пойдет во вред форме и идее, а также философии происходящих с телом «деформаций». Это как в случае со сплаттерпанком, тоже относительно молодым субжанром – если нет «панка», протеста, противостояния, критического отношения, то все скатывается в унылую мясорубку – «сплаттер».
Давайте рассмотрим примеры хороших, почти идеальных по классификации предыдущего абзаца боди-хорроров. Про фильмы Кроненберга говорить уже не будем, его творчество достойно отдельных исследований. Ну вот, кинолента «Американская Мэри» сестёр Соска – здесь вам и чистый анатомический ужас, и история мести, и грубый психологизм Баркера, и гротеск Уотерса, и тематика боди-модификаций, и вытекающая проблема расширения «авторского искусства», которым по версии главной героини выступает нелегальная хирургия.
«Черноврачебные» элементы проникли в культовую «Кинопробу» Такаси Миике. Вообще, кинематограф Страны восходящего солнца, особенно из категории J-хоррор – отдельная песня. Ну конечно, с их фантазией, впитавшей ядерную атаку и страх лучевой болезни, грех не стать отмороженным (в хорошем смысле слова).
Техно-трилогия «Тэцуо» Синьи Цукамото, артхаус Шодзин Фукуи, и убойные психоделические пародии Нобору Игучи и Ешихиро Нишимуру, в попкорн-лентах которых каждый кадр пропитан если не кровью, то осклизлыми тентаклями и пращами-пуповинами. Последние, наряду с тамошним аниме, вроде «Акиры» и «Города чудищ» конкретно повлияли на итальянских кинематографистов клана де Санти, основателей пресловутого Necrostorm, но дела у тех, мягко говоря, не самые лучшие. Таланта – ноль, свежих идей – ноль, но спецэффектов и реквизитов из жидкого латекса – хоть свою фабрику открывай.
Что же касается манги, японских комиксов, то тут однозначно можно порекомендовать «Узумаки» Джунжи Ито, который по большей части также ссылается к вирду и метафизике, «Паразита» Хитоси Ивааки (это вообще классика), безумного «Личи Хикари Клуб» и комедийную «ФранкенФран». Из более популярных – «Страна Чудес Смертников», где герои умеют контролировать свою кровь, и «Токийский гуль», где из местных вампиров вырастают и шипы, и когти, и даже «венерины мухоловки», которые не прочь подкрепится человечиной.
Если говорить о культе «боди» в графике, то невозможно не упомянуть мастистого Ричарда Бернса. И если его трилогия «LastLook» широко известна узкому кругу, то «Черная дыра» прочно закрепилась своими доброкачественными метастазами в мясе поп-культуре. Экстремально сочный и в то же время аллегоричный, графический роман Бернса является своего рода «произведением взросления», где бок о бок идут шокирующая составляющая и подростковые вопросы, вроде игры гормонов, первых мыслях о сексе, отрочестве, и т.д., и т. п.
Невооруженным глазом видно, что идеям о телесных кошмарах хорошо живется в кинематографических и графических слоях кожи человеческой деятельности. Про игры со всякими Resident Evil, The Thing (по Карпентеру, который умело привил к теме космохоррор) и Dead Space вообще можно не заикаться.
Как обстоят дела с литературой?
Тут все немного скуднее, что не может не вызывать досадный вздох.
В разные времена к школе изменений тела, как и социально-философских, так и биологически-эскулапских, обращались Эдгар По, Грэм Мастертон, Лавкрафт, Шелли, Хендерсон, Муди. Подтверждением тому является антология короткой прозы «The Mammoth Book of Body Horror», которая вышла в 2011 году под редакцией супругов Пола Кейна и Мари О’Риган. Критики встретили книгу не особо тепло, но, несмотря на различные споры, книга справилась с целью – собрать лучшие образцы короткой жанровой прозы, в период с 1831 по 2011 года.
Из данного разряда можно смело выделить отдельные произведения Клайва Баркера из цикла «Книги крови».
С романами дела обстоят немного лучше.
Не будем брать в учет того же Баркера, Шелли и Кинга, про них все знают. И Кафку тоже. Начнем с Джеффа Вандермеера, пионера «нью-вирда». В 2015 году свет увидел его роман «Аннигиляция», который повествует о вылазке группы ученых в загадочный район Х. Телесные элементы здесь условны, по большей степени акцент делается на сюрреализм и «странную» фантастику. В том же году «вирдовый» напарник по цеху, Чайна Мьевиль, издал сборник «Три момента взрыва», где среди 28 историй затесались и дивные метаморфозы.
Еще в далеком 1987 году в цикле «Ксеногенез» афроамериканская фантастка Октавия Батлер написала роман «Рассвет», ловко балансирующий на грани чистого НФ, апокалиптики, драмы и космохоррора. Боди-хоррор здесь в наличии, но не блещет натуралистическими изысками.
Вы сильно боитесь пауков? Если да, то лучше не читайте «Эта книга полна пауков: Серьезно, Чувак, Не трогай ее» – второе произведение Дэвида Вонга из пресловутой серии «В финале Джон умрет». И действительно, пауки в этой книге удивительные, то и дело хотят пролезть в черепные коробки homosapiens. И это ни в коем случае не метафора.
К боди-хоррору обращались и американские мастера сплаттерпанка и экстремального хоррора. В романе «Скользкий» Эдвард Ли расскажет милую историю про поездку Норы на остров, в недрах которого своего кровавого часа выжидали мутированные трихонозы. Рэт Джеймс Уайт и Моника Дж. О’Рурк в своей адской дилогии «Отравляющий Эрос» кровью, спермой, наркотиками и грязью псевдосуществования нарисовали свою концепцию Ада (Данте не раз перевернулся в гробу), и в этом кошмарном трипе также нашлось место тошнотворным изменениям и уродствам.
Но если «хороший боди-хоррор» старается обыгрывать какие-то причины, философию, в «Отравляющем Эросе» этого нет. Герои, декорации и действия здесь схематические, а «телесные ужасы» – ни что иное, как прием эпатажа, приправленный отчасти весьма инфантильной чернухой.
На ниве мутаций организма заметно отличился уроженец Мичигана Скотт Сиглер, который в трилогии «Зараженные» умело смешивает триллер, сплаттерпанк и психологизм. Достаточно прочитать его первый роман, выходивший в серии «Книга-загадка, книга-бестселлер», чтобы понять, каким талантом обладает автор, ну и узреть, каким должен быть по-настоящему качественный и самое важное – не пустой боди-хоррор.
Вообще, знатоки полагают, что производными боди-хоррора являются био-панк и биомеханика. Можно смело утверждать, что они не правы. Эти юные направления выходят из киберпанка. Например, если боди-хоррор может существовать и в декорациях 18-го века, и раньше, то подвид «био-» может существовать только в далеком будущем, т.к. для него требуется наличие таких элементов, как генная инженерия и прогресс биологических технологий. Как пример – «Рибофанк» Пола ДиФиллипо, «Заводная» Паоло Бачилагупи, а из хоррора – «Биоугроза» Тима Каррена, образцовая пост-апокалиптика, в которой есть и пост-атомные мутанты, и зубодробительное насилие, и отсылки на ранние работы Питера Джексона и вселенную «Fallout» и «ResidentEvil».
Так же если поискать, то на Amazon можно найти самиздатовские «электронки» таких авторов, как Натан Кузак и Ребека Сенес, которые позиционируют себя как «чистый боди». Но это самиздат, товарищи, тут все на ваш страх и риск…
А что у нас?
Если на зарубежных просторах направление более-менее встало на ноги, то у нас оно еще болтается в матке. Но, прогнозы врачей более чем утешительны.
Крупная жанровая форма как таковая только набирает обороты, тут обсуждать нечего. Одно время «боди-хоррор» и его составляющие были представлены в малом ряде рассказов («Тату» Сергея Непрозванова, «Скелетик» и «Метод Сборки» Максима Кабира, «Глафира» Алексея Провоторова и «Адский блюз» Виктории Колыхаловой, представленные в конкурсных рамках, «Стадия размножения» Алексея Жаркова), то сейчас нашим энтузиастам есть чем похвастаться.
Во-первых, это трилогия статей «Новая плоть», о проявлениях «боди-хоррора» в различных видах искусства. Была опубликована в онлайн-журнале DARKER, авторство – художник Сергей Крикун и писатель Илья Пивоваров («Japan Edition»).
Последний выпустил в 2016 году аудиосборник рассказов «Новая плоть», так сказать, продолжил дело в другой форме и манере. Разнообразие тем, интересный коллектив, высокий литературный уровень и выверенное оформление не могли не подогреть интерес публики. Тут вам и постмодернистские стебы, и «вирд», и маскулиный олдскул а-ля «Терминатор», и даже редчайший зверь – «ститчпанк» (от «stitch» (англ.) – швы), ранее представленный в картинах экстремалки Сюзан Блак.
На данный момент вождь проекта готовит сиквел, «Новую плоть II». В апреле 2017 на площадке крупного конкурса фантастики «Квазар» при поддержке альманаха «Redrum» и «DARKER», был проведен «Эмбрион», литературное состязание по теме «боди-хоррора». В нем приняли участие 53 рассказа от 44 авторов, среди которых есть, как профессионалы (Дмитрий Костюкевич, Максим Кабир, Виктор Глебов, Валерий Тищенко), так и перспективные новички (Софья Протосовицкая, Сергей Королев, Николай Романов).
Что собой представляет этот сборник?
Эта настоящая коллекция отборных ужасов, способных закрасться вам под саму кожу, под ногти, в мозг, в глаза. Манифест мутаций, сочащийся кровью и небывалым изобилием редких флюидов. Выставка мучительных деформаций, ужасную красоту которой смогут оценить только подлинные эстеты.
Экспериментатор, пытающийся воскресить погибшую семью, жуткий вирус «вывихнутости», подкожный жемчуг, любовные приключения некроманта некрофила. Кошмарная лаборатория, где из людского начала производят чудовищ, морские твари темных веков, раз в пять лет терроризируемый отцами мерзких полукровок город. Стоматолог, который лечит больных, но у самого серьезные проблемы с головой. Железный шипастый монстр. Чудеса нетрадиционной липосакции. Скелеты немецкого бункера. Аппетитная история отношений графомана и демона-пожирателя плоти. Тайны военных экспериментов. А также безответственный детский «пранк», обернувшийся самой настоящей жестью.
Это и многое другое вы встретите на страницах этого уникального сборника боди-хоррора.
Лихо проходит тихо
Ну что, леди и джентльмены, вы готовы погрузиться в пучины мерзких, кошмарных и доселе невиданных трансформаций?
Если да, то наша поездка начинается. Не забудьте пристегнуть ремни.
Только проверьте, что это действительно ремни, а не какие-нибудь склизкие тентакли…
