Вместо предисловия
Баллада о моде
Квазимодо! Бей скорей в колокол…От союза Фантазии с АрлекиномРанним утром родилась Мода.Каждый рождается со своей судьбой!
В честь Моды и ее песниДинь-динь-дон!Слушайте же этот звон.
Возможно, что, сильно обидевшись,Она наденет на вас платье причастницыИли же обрядит в костюм вакханки!Она может – кто знает! – быть непредсказуемой иочаровательной.
В честь Моды и ее прихотиДинь-динь-дон!Слушайте же этот звон.
Женщины будут без ума от ее гипербол,А мужчины восторгаться ее кульбитами.Мудрый вам скажет, что она глупа,А глупый, что она – некий символ.
В честь Моды и ее жаргонаДинь-динь-дон!Слушайте же этот звон.
Здесь никто не знает, где начинаетсяИстина и слабоумиеИ где кончается непоследовательность.Она – вечный эксперимент.
В честь Моды и ее уроковДинь-динь-дон!Слушайте же этот звон.
О! Занимательная философия!Мудрость и трагикомедия!Для тех, для кого сражатьсяДо победного конца – вот стратегия.
В честь Моды и ее волшебной палочкиДинь-динь-дон!Слушайте же этот звон.
От смерти к алфавитуПробежало множество блуждающих огней,И… открывается больше, чем простая дверьВ театр Гиньоль!
В честь Моды и ее иллюзийДинь-динь-дон!Слушайте же этот звон.
Посвящение
О ты, которая всегда старается
Увидеть тебя другой, не замечая, какая ты есть на самом деле!
Бабочка! Тебе следует знать, что
Мода – это обманчивое зеркало,
В котором каждый видит себя… надеющимся!
«Гран-Гиньоль» – парижский театр ужасов, работал в квартале Пигаль (1897–1963), его имя стало нарицательным обозначением «вульгарно-аморального пиршества для глаз». Но деятельность этого маленького монмартрского театра, слывшего достопримечательностью французской столицы, привлекала равно простых обывателей и представителей художественного авангарда и оказала большое влияние на культуру и искусство XX века. – Здесь и далее прим. ред.
Страницаиз4
СкороКнижный режим