6 Глава Казанова
– Мужики, привет! – хлопнув висящей на соплях дверью, в кабинет ураганом ворвался темноволосый опер. – А где наш великий и ужасный товарищ следователь? – Он частенько подтрунивал над Сашкой и его должностью.
– Лёх, опять язвишь? По делам он уехал. У нас они, кстати, тоже есть. Я о делах. – Никита сгрёб бумаги в потёртую кожаную папку, которая была его верным спутником.
– А ты чего такой счастливый?! – По большому счёту это мало интересовало Никиту. Его коллега – болтун, каких поискать, и сам всё расскажет.
– Я такую девушку встретил! Мечта! И откуда она только взялась? В городе её точно не видел, может, отдыхать приехала. – Мужчина мечтательно закатил глаза. – Давай по-быстрому, меня вечером ждёт незабываемое свидание, а может, и что-то покрепче после. – Залихватски подмигнул Никите, давно ставшему другом.
– Подбери слюни и поехали по адресу! – Светловолосый опер был скептиком и не всегда с пониманием относился к ветреной (в отношении женщин) натуре напарника.
Дядька Андрей довольно быстро отвёз мужчин в конец города, где проживал вышедший не так давно на свободу подозреваемый. Здание пятиэтажки было серым и ничем не примечательным. У входа валялось перевёрнутое и битком набитое бутылками и пивными банками ведро. По всей видимости, оно исполняло функцию урны, и жильцы честно бросали мусор сначала в неё, а когда ёмкость переполнялась, оставляли рядом окурки от сигарет, шелуху от семечек и цветастые упаковки от дешёвых сухариков.
Никита и Лёха с омерзением поглядывали по сторонам загаженного подъезда, ища взглядом нужный номер квартиры на однотипных металлических дверях.
Мужчина, открывший дверь, не вызывал ничего, кроме отвращения. Мужчины переглянулись, но делать нечего.
– Чего надо? – окатив смрадным дыханием – смесью перегара и давно не чищенных зубов – спросил мужчина. – Я никого не вызывал! – И попытался захлопнуть дверь перед лицом оперативников, но Лёшка успел просунуть ногу в закрывающуюся дверь и с улыбкой крокодила распахнул её настолько, чтобы спокойно пройти внутрь. Мужчина, пытавшийся её захлопнуть, был настолько пьян, что сил сопротивляться не имел.
– Вадим Сергеевич Янчук? Убойный отдел, у нас к вам пара вопросов. – Никита расстегнул свою папку. Эта папка всегда производила на подобных Вадиму людей большое впечатление. Почему? Никита не знал, но, видя загипнотизированные взгляды подозреваемых и не очень, всегда носил её с собой. Он достал планшет с протокольным листом.
– Чё? Идите на хер! Я своё уже отсидел! – Густой запах застарелого перегара буквально сбивал с ног. Было видно, как в панике забегали его глаза, ища место, куда спрятаться, и как он зверел оттого, что такого места не было.
– Хорошо-хорошо! – Лёха улыбнулся широкой открытой улыбкой. – Тогда поговорим в отделении? Вы в курсе, что я могу задержать вас на сорок восемь часов, до выяснения обстоятельств, в связи с подозрением в совершении серии убийств? – Он говорил всё это спокойным и миролюбивым, почти ласковым голосом, всё больше убеждаясь, что маньяком может быть кто угодно, кроме этого алкаша.
– Да вы охренели! Я никого не убивал! – рявкнул мужчина. Его паника усилилась, как и желание сбежать. Он вновь попытался захлопнуть дверь своей квартиры перед лицами полицейских.
Мужчины переглянулись. Судя по состоянию мужчины, его трясущимся в треморе рукам, он вряд ли был тем, кого они ищут, но других зацепок не было.
Лёха в этот раз просто дёрнул ручку двери на себя, понимая, что человек с похмелья вряд ли имеет достаточно сил, чтобы бороться с инерцией. Вадим, державшийся за ручку с другой стороны, кубарем выкатился на лестничную площадку.
– Эх, значит, по-плохому… – буркнул Лёха, заломив руки за спину. Прикасаться к этому сильно вонявшему и явно давно не мывшемуся алкашу не хотелось. Мужчину всё же вывели из подъезда. Посадили на заднее сиденье белого с синими полосами УАЗа.
От доносящегося даже до водительского сиденья амбре дядьку Андрея перекосило. Несмотря на свою общительность, он решил в этот раз болтать поменьше, сдерживая рвотные позывы, но даже открытое настежь окно не избавило от ужасного запаха.
Вадим что-то кричал о ментовском беспределе, но никто из соседей не вышел и не поддержал мужчину. За пять месяцев с момента своего возвращения из мест не столь отдалённых он превратил их жизнь в сущий кошмар: своими пьянками, криками и собутыльниками, которые устраивали шумные кутежи, часто наплевав на позднее время. И по большей части соседи с облегчением выдохнули, когда шумного соседа забрали, совершенно ему не сочувствуя и надеясь, что он не вернётся…
Доставив подозреваемого в допросную комнату, мужчины хотели технично слиться, но не получилось.
– Мужики, вы кого притащили? Оно уже сдохло? Смердит ужасно! – Сашка, вошедший в допросную, скривился от омерзения.
– Сань, это он. Пять месяцев, как вернулся. Как раз примерно в это время первый труп и нашли. – Лёха глубоко затянулся и выпустил струйку дыма в мужчину, пытаясь забить страшную вонь запахом табака. Сашка, который часто злился, когда темноволосый опер курил здесь, в этот раз не стал делать ему замечание.
– Э! Вы чё! Я никого не убивал! Ну оступился один раз! Чё теперь на меня все трупы в этом лесу повесите? – Вадим активно махал руками и бешено вращал глазами с полопавшимися от постоянной пьянки капиллярами. – Я из квартиры после отсидки почти не выходил! Все соседи могут подтвердить! Нечего на меня свои висяки вешать! – Мужчина кричал, разбрызгивая слюну, порываясь подскочить с места и дать дёру.
Мужчины переглянулись: это подобие человека вряд ли могло что-то противопоставить здоровому мужчине. Все жертвы имели довольно крепкое телосложение, которому этому выпивохе противопоставить нечего. Да и вряд ли он мог затянуть своими трясущимися руками ремень с такой силой, чтобы удавить здорового мужика.
Полуседой, с отёкшим лицом и почти чёрными кругами под глазами – долгий запой даёт о себе знать. Сам мужчина был довольно худым, руки тряслись крупной дрожью. Одет в рваную футболку непонятного цвета, с засохшими следами рвоты. Это точно не тот, кого они ищут, но других зацепок у них нет.
– Я знаю свои права! – с надеждой на эти самые права визгливо вскрикнул мужик. – Я требую адвоката! Вы не имеете права меня допрашивать без адвоката. – Видимо, глядя на Сашку, вспомнил, как именно его поймали и кто.
Сашка же закатил глаза и вздохнул с облегчением: тратить время на этого субчика совершенно не хотелось, как и находиться с ним в одном закрытом помещении.
– Ну вот, посидишь тут немного и подождёшь тогда своего адвоката, – с крокодильей улыбкой сказал Лёха. Ему тоже хотелось сбежать подальше, хотя к запаху он и притерпелся.
Никита и Сашка недоверчиво посмотрели на темноволосого опера, который никогда так быстро не соглашался привести адвоката.
– Что? – удивился Лёшка, не поняв взглядов мужчин. – Я был вежлив!
Чуть позже, уже в кабинете.
Лёха всё ещё водил носом, боясь, что запах от задержанного закрепился на его одежде, и размышлял, успеет ли он заскочить в душ или нет.
– Ну что, в «Теремок» или сразу по домам? – спросил Сашка, испытывая сильный голод.
– Не знаю, как вы, а меня ждёт сегодня насыщенный вечер, полный впечатлений! – Лёха пытался пригладить тёмные вихры отросших волос, поглядывая в мутное зеркальце.
– Что за девушка-то? – поинтересовался Сашка. Нет, он не разделял любви друга к частой смене партнёрш, но было любопытно, где в таком бешеном режиме работы он их находит. Сам молодой следователь был совершенно одинок: времени на знакомства и развитие серьёзных отношений не было, а других не хотелось.
– Не знаю… – Лёха с улыбкой отвечал сам себе в зеркало, вспоминая красотку. – Я когда опрашивал постояльцев турбазы, на неё наткнулся. Сам знаешь, сейчас сезон, много приезжих. Она по набережной к лесу шла. Блондиночка, волосы до жопы, а фигурка… – Мужчина провёл руками, будто оглаживая мягкие, подобные гитаре контуры женского тела. – Юля зовут. Красивая…
Сашку сказанное почему-то напрягло. Интуиция парня редко подводила, и сейчас голосила благим матом об опасности. В этот раз Сашка решил от неё отмахнуться: что может быть опасного в женщине?
– Иди уж, Казанова! – Он хлопнул друга по плечу, всем своим видом желая удачи.
Никита тоже собирался домой. Светловолосый опер поцокал языком, но решил придержать язвительный комментарий при себе.
Смутное беспокойство накрыло Сашку с головой, пробирая морозом от кончиков пальцев до волос на затылке. Причину этому мужчина не понимал, но от странного гнетущего ощущения надвигающейся беды отмахнуться не получалось.
