Явление второе
Вот спасибо, что пришла. Скучно. Ужасно скучно.
Маша. Что же к нам не пришел? Опять пьешь? Эх ты, а обещал.
Федя. Ты знаешь, что – денег нет.
Маша. И зачем я тебя полюбила?
Федя. Маша!
Маша. Что Маша, Маша. Если бы любил, давно бы развелся. И там тебя просили. И говоришь, что не любишь. А держишься за нее. Не хочешь, видно.
Федя. Ведь ты знаешь, отчего не хочу.
Маша. Пустяки все. Правду говорят, что пустой ты человек.
Федя. Что же мне тебе говорить? Сказать, что мне больно то, что ты говоришь, так ты это сама знаешь.
Маша. Ничего тебе не больно…
Федя. Сама знаешь, что мне одна радость в жизни твоя любовь.
Маша. Моя-то моя. А твоей-то нет.
Федя. Ну, я уверять не стану. Да и незачем – ты сама знаешь.
Маша. Федя, за что ты меня мучишь?
Федя. Кто кого.
Маша (плачет). Недобрый ты.
Федя (подходит и обнимает ее). Маша! О чем ты? Перестань. Жить надо, а не хныкать. Тебе-то уж не пристало. Красавица ты моя!
Маша. Любишь?
Федя. Кого же мне любить?
Маша. Только меня? Ну, читай, что ты написал.
Федя. Да тебе скучно будет.
Маша. Коли уж ты написал, так хорошо будет.
Федя. Ну, слушай. (Читает.) «Поздней осенью мы сговорились с товарищем съехаться у Мурыгиной площадки. Площадка эта был крепкий остров с сильными выводками. Был темный, теплый, тихий день. Туман…»