Научи меня жить. Книга 2

Пролог

Дмитрий

– Вы что совсем охренели что ли? Хоть знаете, кто это?

Сидя на стуле, я пялился в пол в одну точку, пока на заднем фоне бушевал директор аэропорта, с которым мы совсем недавно разговаривали по телефону.

– Я вас поувольняю всех на хрен!

Мне было абсолютно все равно на то, что сейчас вокруг меня происходило. Меня волновал только лишь один факт: девушка, к которой я испытывал все мыслимые и немыслимые чувства, бросила меня, и я не смог ее остановить.

– Не надо никого увольнять, – сказал я, прерывая его разгневанную тираду.

Встав со стула, я вышел из кабинета, желая вернуться домой и нажраться до усрачки.

– Дмитрий Сергеевич, постойте, – окликнул директор аэропорта, догоняя меня в коридоре. – Простите, пожалуйста, за это недоразумение. Обещаю, все виновные будут наказаны.

Я медленно повернулся в его сторону, пристально глядя на его раскрасневшееся лицо.

– Какую часть из фразы «Не надо никого увольнять» вы не поняли? – грозно спросил я, сузив глаза.

Он что-то пытался промычать в ответ, но я не слушал его. Резко развернувшись, заторопился на выход, где на парковке ждал Никита.

Сев в машину, я откинулся на пассажирское сиденье и закрыл глаза.

– Что, не успел? – спросил Никита.

Я молча покачал головой. Мне не хотелось говорить.

– Димас, мы найдем ее. Москва – большой город, но разыскать обычного человека в нем, который не знает, как скрываться, не составляет труда. Позвони Андрею. Его люди быстро найдут ее.

Я вновь покачал головой, одновременно соглашаясь с его предложением и отвергая.

– Я не буду ее искать, – коротко пояснил я.

– Дим…

– Она захотела уехать. Это ее решение. Пусть, блять, бежит. Я слишком устал гоняться за ней.

– Куда теперь? Поедем напьемся? – предложил он.

Я рад, что мои друзья всегда были рядом со мной, готовые поддержать в любой момент. Моя благодарность к ним была безгранична.

– Поехали обратно в клуб. Не хочу домой.

Мне не хотелось ехать домой, особенно сейчас. Это место всегда навевало не очень хорошие воспоминания из моего детства, а теперь к ним добавилась звенящая тишина. Потому что все в этом доме напоминало мне о Роме.

Никита тронулся с места и направился в обратном направлении. Всю дорогу мы не произносили ни слова. Мне не хотелось говорить, и Никита уважал мои границы, разделяя со мной молчание.

Черт.

Я всегда строил четкие планы, обдумывая все шаги наперёд, но вся моя жизнь сейчас летела вниз с огромной скоростью, остановить которую я был не в силах. Не помню, когда последний раз испытывал такое отчаяние. И испытывал ли когда-нибудь.

Ничего не было идеально в моей жизни, но я старался оттачивать механизмы многих сфер, чтобы все работало как часы. Но с Аней это не сработало. Я стал косячить еще с первых дней нашего знакомства, и теперь пожинал плоды. Девушка была убита горем, я понимал и разделял ее чувства. Но она не желала моей поддержки, которую я мог ей оказать. Она всегда бежала о меня, пока я не заставил ее остановиться. Но этот побег будет последним. Я, твою мать, не собирался больше этого делать. Она хотела одиночества, пусть получит его.

Подъехав обратно к клубу, Никита заглушил двигатель и остался сидеть в машине, видя, что я не торопился выходить. Мы оба молчали. Я тяжело вздохнул и уперся лбом о ладони.

Блять.

Какого хера? Может, я сплю? Почему все это происходит?

– Дим, как бы по-философски это сейчас не звучало, я хочу сказать, что время действительно лечит. Кто бы что не говорил, но это действительно так.

Я фыркнул на его слова, поднимая голову обратно.

– Марины нет уже долгое время. Не скажу, что забыл ее. Это невозможно, но я могу честно сказать тебе, что это действительно так. Как только ты найдешь другой смысл жизни, начнёшь отвлекаться, она превратится лишь в воспоминание. С каждым прожитым днем тебе будет легче. Окунись в работу. Вернись в то, что делал до того, как она появилась. Тем более сейчас перед нами куча дел. Нужно перешерстить наши ряды на предмет крыс. И постараться найти ублюдков. Ты ведь тоже считаешь, что ее отец не мог просто так схватить сердечный приступ? Это, пиздец, как странно.

Я кивнул, соглашаясь с ним. Даже если Аня уехала от меня навсегда, я все же хотел обеспечить ее безопасность. Нужно найти обоих Новиковых.

– Пошли, – коротко сказал я.

Мы оба вышли из автомобиля. Стоя на парковке возле чёрного входа, я замер на месте. Где-то вдалеке слышался вой сирены скорой помощи. Я прищурился, глядя на Никиту, ощущая знакомый звон в ушах. Что он мог означать? Ничего подобного, что могло бы вызвать эти ощущения, не было. Мое сердце забилось о грудную клетку, угрожая выпрыгнуть наружу. Молча взглянув на друга, я увидел в его глазах, что он чувствовал что-то подобное.

– Черт, – прорычал он, с силой толкая меня в грудь.

Я отшатнулся, но не упал. Опустив глаза вниз, я увидел красную точку на уровне моего сердца. Не успев среагировать, я ощутил жгучую боль в груди. Мое тело с силой отбросило назад, и я упал на асфальт.

– Твою мать! – услышал я голос Никиты.

Я лежал лицом вверх, чувствуя, что начинаю задыхаться. Повернув лицо в сторону, я увидел друга, который спрятался в паре метров от меня за кузовом машины.

– Саня, в нас стреляют, – кричал он в трубку, – прямо на парковке.

И тут я почувствовал еще одну жгучую боль. Теперь уже в районе живота. Я пытался дышать или сказать что-то, но из меня выходили лишь булькающие звуки. Как только я почувствовал, как кровь начала стекать из уголка моего рта, все мои надежды на то, что выживу, рухнули.

Никита выполз из укрытия, направляясь ко мне. Я старался отговорить его, но слова не шли из моего рта, только хрипы. Он подставлялся. Я не мог позволить ему словить пулю. Илья не мог лишиться обоих родителей в таком маленьком возрасте.

Никита схватил меня за руку и потянул к себе.

– Димас, держись, – кричал он, но я слышал его слова лишь отдаленно. Мой слух заполнял звон в ушах.

Пока Никита тащил меня, я почувствовал еще одну жгучую боль. Теперь уже в ноге. Он склонился надо мной, обхватывая мое лицо ладонями.

– Не закрывай глаза! – кричал он. – Ты слышишь меня? Не смей закрывать глаза!

Я чувствовал боль во всех частях тела. Каждый вдох делать было все сложнее. Воспоминания унесли меня к событиям многолетней давности, которые до сих пор меня не отпускали. Я слышал крики, но не мог разобрать слов. Только еще один глухой выстрел. И на мое лицо брызнула кровь. Когда голова Никиты упала на мою грудь, я понял, что нам обоим конец.

Глава 1

Дмитрий

Мне казалось, что я умер. Потому что последнее, что я помню – в меня трижды стреляли. Первая пуля попала в грудь. Я не мог выжить по определению.

Черт.

Никита, должно быть, тоже погиб со мной в этот день. Жалко Илюшу. Он потерял обоих родителей слишком рано.

Перед глазами было все белым. Это разве похоже на рай? Я не должен был оказаться здесь, ибо за все мои грехи меня не пустили бы даже в ад.

Белоснежный свет ослеплял глаза всякий раз, когда я пытался открыть их. Веки были слишком тяжелы, чтобы я мог осмотреться нормально по сторонам.

Что-то пищало рядом со мной.

Погодите…

Что?

Я рукой медленно стал ощупывать тело. Она двигалась вверх, пока не достигла груди. Тугая повязка.

Твою мать.

Я в больнице. Неужели я выжил? Как такое возможно?

– Дмитрий Сергеевич, вы меня слышите? – раздался голос из ниоткуда.

Я с трудом заставил себя вновь открыть глаза. Передо мной склонилась голова девушки со светлыми волосами и в маске.

– Как вы себя чувствуете? Я сейчас позову доктора.

Черт.

Не та блондинка, которую я хотел бы видеть.

Интересно, сколько времени прошло?

Я не мог дольше держать глаза открытыми. Слишком было тяжело. Вернувшись во тьму, я продолжил исследовать свое тело. Из моей второй руки торчала капельница. На животе тоже была повязка. Я помню три пули. Последняя попала в ногу.

– Он только что пришел в себя, Виктор Николаевич, – протараторила девушка.

Я продолжал лежать с закрытыми глазами.

– Дмитрий Сергеевич, вы меня слышите? – прозвучал мужской голос.

И тут кто-то поднял мое веко и принялся светить туда фонарем. Мои глаза еще больше заболели от яркого света. Несмотря на то, что руки были ватными, а мои действия медлительны, я попытался отмахнуться от него.

– Отвали, – прохрипел я.

Мое первое слово в новой жизни.

– Дмитрий Сергеевич, как вы себя чувствуете? Нам нужно провести полное обследование вашего состояния. Вы были без сознания слишком долго.

– Сколько?

– Почти две недели. Вам очень повезло. Одна пуля прошла в миллиметре от вашего сердца.

– Мой друг? – спросил я, готовясь к самому худшему.

– Ему повезло больше, чем вам. Мы уже позвонили, скоро они будут здесь.

Я тяжело выдохнул, чувствуя облегчение. Никита был жив. Это главное.

Не знаю, сколько прошло времени. Казалось, что я периодически проваливался в сон, то снова приходил в сознание. Отдаленно слышались какие-то голоса, но слов мне было не разобрать. Пучина небытия снова унесла меня за собой в свой темный омут.

– Что, если он больше не придет в себя? – услышал я голос Сани, когда вновь стал приходить в сознание.

– Заткнись, – рявкнул на него Никита. – Димас не умрет.

– Что значит «если»? – прохрипел я, открывая глаза.

– Твою мать, ты реально пришел в себя, – крикнул Саня, склоняясь надо мной. – Чертовски рад видеть тебя снова, мужик.

Я слегка ухмыльнулся, но ничего не ответил. Я тоже был рад видеть их обоих.

– Отвали от него, – гаркнул Никита, хватая парня за плечи. – Что ты навис над ним? Дай ему побольше воздуха.

Я перевел свой взгляд на друга. Он ничем не изменился. Значит, ему действительно повезло больше, чем мне.

– Ты жив…

– Да, брат, – ответил Никита, хватая меня за плечо. – Ты тоже.

Я прикрыл глаза на мгновение, потому что было тяжело держать их открытыми слишком долго.

– Она вернулась? – сразу же спросил я, надеясь услышать утвердительный ответ, но понял, что он будет все же отрицательным.

Она была бы здесь в таком случае.

– Тебе сейчас нужно поправляться. Как только ты встанешь на ноги, мы найдем ее.

Я устало покачал головой. Аня вернётся сама, когда будет готова. Я не стану ее искать и принуждать вернуться.

– Как ты себя чувствуешь? У тебя что-нибудь болит?

– Отвали, – устало ответил я, отмахиваясь от Сани с его назойливостью.

– Жить будет, – подтвердил Никита. – Этого лося ничем не завалишь.

– Ты чертовски нас напугал, брат. Мы боялись, что потеряем тебя.

Саня сел рядом со мной на больничную койку.

– Сам-то как? – спросил я Никиту.

– Пуля прошла в плечо навылет. На мгновение мне показалось, что мы там и останемся. Саня подтянул наших людей, и они быстро сняли стрелка. Он был на крыше торгового центра.

– Кто послал его, удалось узнать?

Друзья лишь покачали головами.

– Это может быть только один человек. Точнее, один из них.

– Вы нашли их?

– Недоносок купил билет до Бразилии, а старший залег на дно. Мы перерыли все, но концов не нашли. Как змея, заполз в свою нору. Ждёт подходящего момента, чтоб ужалить.

– Что Макс забыл в Бразилии?

– Решил свалить подальше. Не думаю, что он вернётся. Скорее он сгниет в одной из фавел.

– Нужно держать ухо востро. Даже если Макс не в стране, от его отца можно ожидать чего угодно.

Каждое слово давалось мне с трудом. Я постоянно чувствовал давление в груди, от которого не избавиться.

– Может позвать доктора?

– Все в порядке. Я просто устал.

– Тебе нужно отдохнуть. Мы придем завтра.

Я махнул им рукой на прощанье, и, к своему удивлению, снова провалился в сон. Не знаю, сколько я спал, но, открыв глаза, понял, что была глубокая ночь. Сейчас мое состояние было лучше, чем в мое последнее пробуждение. Я оглядел палату. Свет в реанимации был приглушен, но не отсутствовал. И тут я заметил темную фигуру, сидящую в кресле. Каждая мышца в моем теле напряглась, насколько еще хватало сил.

Какого хрена?

Человек поднялся со своего места и неспешно подошел. Спустя мгновение я расслабился, узнав непрошеного гостя.

– Дмитрий Сергеевич, рад, что вы живы. Мое руководство сильно бы расстроилось, узнав, что пришлось бы искать другого человека, чтобы управлять портом.

– Я всегда знал, что вы продажные шлюхи. Вас только деньги и интересуют, – процедил я сквозь зубы.

– Вы можете считать нас циниками, и будете правы, но я здесь с дружеским визитом.

– С каких пор контора занимается благотворительностью?

– Считайте это просто помощью. Безвозмездной.

– Вы никогда не делаете все просто так. Ищите выгоду всегда и во всем.

– Как хотите, я хотел помочь, – сказала темная фигура, возвращаясь к двери.

– К черту. Говори, зачем пришел?

Он развернулся и подошел к кровати, где только что стоял.

– Мне показалось, что вы хотели бы отомстить.

– Вы что знаете, где эта крыса спряталась?

– Пока нет, но мы работает над этим.

– Вы дадите мне разобраться с ним самому?

Он лишь кивнул, но ничего не ответил.

– Я, мягко говоря, не в том физическом состоянии.

– У вас полно времени на восстановление. Он слишком хорошо спрятался.

– Новиков может напасть первым, пока я здесь беззащитен.

Он навис надо мной, чтобы поближе посмотреть мне в глаза.

– Неужели вы думаете, что в больнице у нас нет своих людей? Сейчас безопаснее места вам не найти.

Он вышел, не сказав больше ни слова. Я остался наедине со своими мыслями. Разумеется, мне хотелось уничтожить ублюдков, только мое тело было, мягко говоря, не в порядке. Интересно, сколько времени уйдёт в этот раз на восстановление? В прошлый раз, когда мы подорвались, на это ушло месяцы. Как бы глубоко эта мразь ни зарылась, он не сможет долго прятаться. Я выкурю ублюдка с его же норы, как только почувствую себя лучше.

Утром меня уже окружала толпа врачей. Они задавали кучу вопросов, тем самым раздражая все больше, потому что мой вопрос «Когда я могу отправиться домой?» так и оставался без ответа.

– Нам нужно убедиться, что вашей жизни больше ничего не угрожает.

– Я в сознании. Значит, не умру. Находиться в горизонтальном положении я могу и дома.

Меня выводила из себя их опека.

– Вы можете сказать четкие сроки, когда меня выпишите?

– Дмитрий Сергеевич, нам необходимо провести полное обследование, потом будет приниматься решение.

Меня наконец-то оставили одного. Я долго лежал и думал.

Твою мать.

Меня уже тошнило от этих больничных стен. Сейчас я должен быть совершенно в другом месте.

– К черту, – пробормотал я и выдернул капельницу с руки.

Насколько было моих сил, я поднялся с кушетки, опустив ноги на пол. Все вокруг стало кружиться, мой взгляд помутнел. Это было последнее, что я помню.

– Мне кажется, что его нужно привязать к кровати как в психушке, – услышал я голос.

– Мне сейчас не до твоих шуток.

– А что? Ты не согласен со мной? Его не остановишь ни в чем, если он уже что-то решил. Это единственный способ.

Открыв глаза, я тут же их закрыл. Они вновь болели от яркого света.

– Димас, ты меня слышишь? – спросил Никита.

Я кивнул слегка и сразу же почувствовал тупую боль в области лба. Проведя пальцами по тому месту, я обнаружил повязку.

– Брат, какого хрена? Ты что не можешь подождать? Мы сами справимся со всеми делами. Твоя задача, блядь, лежать и выздоравливать.

– Он прав. Еще раз попробуешь встать самостоятельно, мы тебя привяжем ремнями.

– Идите к черту, – сказал я, чувствуя подходящую тошноту.

Я перевернулся набок, и из меня фонтаном полилась какая-то мерзкая жижа. Скорее всего, это от глюкозы, которой врачи пичкали меня через капельницу последние две недели. Открыв глаза, я увидел, что блеванул в какое-то ведро, которое держал Никита.

– Оперативно, – прошептал я, падая обратно на подушку.

– Врачи предупредили, что тебя может стошнить, когда придешь в себя. Они сделали КТ. У тебя сотрясение.

– Ничего не помню, – тихо сказал я, вновь касаясь повязки на лбу.

– Думаю, ты отключился до того момента, как твоя башка коснулась пола.

– Девять швов, Димас. И сотрясение. Это же не шутки. Не смей больше вставать.

Я закрыл глаза, признав их правоту. Мне нужно лежать и набираться сил. Если буду геройствовать, мстить ублюдкам я не смогу. А это, мать его, мое самое главное желание. Даже невозвращение Ани. Это стоит вторым пунктом. Потому что я должен обезопасить нас обоих. До этого момента ей лучше продолжать скрываться.

– Есть какие-нибудь новости о ней? – спросил я Саню.

– Из Москвы она не уезжала. Больше ничего не пробивал. Хочешь, позвоню Андрею и попрошу его людей приглядывать за ней?

Я покачал головой.

– Чем меньше людей знают, где она, тем лучше. Я разыщу ее, когда избавлюсь от Новиковых.

– Мы не знаем, где спрятался старший. Использовали все наши ресурсы, но он как сквозь землю провалился.

– Мне обещали помочь.

– Он приходил?

Я молча моргнул, потому что говорить было тяжело. Меня все еще тошнило.

– Они будут его искать так же, как и заказчика твоего отца? Пять лет? У нас нет этого времени. Ублюдок может напасть исподтишка в любой момент. Не переживай, брат, мы организовали тебе лучшую охрану. Каждый медработник проходит осмотр, перед тем, как зайти сюда. Здесь ты в безопасности.

– Что там дома?

– Да все так же, – ответил Никита скучающим голосом. – Галина Анатольевна все к тебе рвется. Михаил ее не пускает.

– Передавай ей от меня привет.

– Не волнуйся, Димас. Мы со всем справляемся, пока ты здесь. Твоя задача – выздоравливать.

– В делах проблем нет?

Друзья оба покачали головами.

– Все спокойно.

– Слишком, блять, спокойно, – выпалил Саня, на что Никита пронзил его взглядом.

– А что? Я не прав? Меня уже начинает бесить эта нагнетающая обстановка. Я реагирую на каждый шорох. Теперь даже на свиданиях мои главные атрибуты: презервативы и оружие.

– Уверен, что тебе это идет только на пользу. Девушкам нравятся опасные парни, – ухмыльнулся я и тут же скривился от тупой боли в голове.

Твою ж мать.

На любое движение мой мозг реагировал молниеносно. На мгновение я пожалел, что не умер две недели назад. Как долго это будет продолжаться?

– Я привык соблазнять их другими вещами, – улыбнулся мой друг и откинулся в кресле.

– Мы пойдем, – сказал Никита. – Обещай не геройствовать больше. Хорошо, брат?

– Валите, – выдохнул я и закрыл глаза.

Нужно еще поспать, потому что эта тупая боль становилась невыносимой.

– Мы зайдём к тебе завтра.

Друзья оставили меня одного.

Я закрыл глаза и увидел перед собою Аню. Ее светлые волосы развевались на ветру. Девушка смотрела на меня с улыбкой. Изумрудные глаза блестели от счастья, потому что они были направлены на меня. Я подошел к ней и обхватил ее лицо ладонями. Аня была мягкой и нежной. Именно такой я ее запомню. Казалось, даже спустя столько времени, мои губы горели от последнего поцелуя, который мы разделили.

Черт.

Я должен сделать все, чтобы она была в безопасности.