Эпизод 14
Они вышли в путь с самого рассвета. Решили идти пешком через поле с высокой, в человеческий рост, пьяняще ароматной растительностью. Огромное синее небо, просматривающееся далеко во все стороны света, стояло над головой прекрасным шатром, и Сана смеялась так звонко, что дрожали прозрачные росинки на лепестках желтых цветов.
Эли не знал, зачем пошел за ней. Наверное, разумнее было бы позвонить Лину по номеру, указанному в оттопыривающем карман проспекте для Добровольцев. Но ему совсем не хотелось возвращаться в пропахший дезинфекцией Центр к опостылевшим пробиркам и угрюмым людям в форме. Жизнь была так прекрасна сейчас. Кроме того, Эли был заинтригован этой девочкой с Юга.
Они шли, держась за руки, и Сана рассказывала о том, о сем, о семье, о родителях, которые все время ругались. Она была прекрасной рассказчицей, и история ее семьи увлекла Элиота. В конце концов, они решили не идти ни на какой праздник, а провести день вдвоем.
Прогуляв много часов, они заночевали прямо в поле с высокой травой. Возвращаться в город было уже поздно. Сана достала из рюкзака принесенные с собой припасы и они стали есть.
– Таинственная ты девчонка, – сказал Эли, задумчиво жуя и раглядывая новую подругу. – Одна в Столице, без денег, без знакомых. Это очень интересно. Ты совсем не знаешь меня, а доверяешь. Может я разбойник?
– Нет, ты не разбойник, – уверенно сказала она.
– Что ж, признаюсь, я славный малый. Даже очень славный. У тебя есть парень?
– Нет. В Лагере меня считают уродиной. А у тебя…. есть любимая девушка?
Эли сказал, самодовольно ухмыляясь:
– Сколько угодно. Ты же понимаешь, что такой интересный парень как я… – Он вдруг наткнулся на ее взгляд и перестал ухмыляться. – Ну, чего ты? Это совсем другое. Девушек у меня было достаточно, но любимой не было.
Сана снова опустила глаза.
– Можно попросить тебя об одном одолжении? – спросила она.
– Конечно.
– Только обещай, что не будешь смеяться надо мной.
– Хорошо, не буду смеяться.
– Честное слово?.. Я знаю, что я уродина, никуда не гожусь, я нескладная, у меня рост маленький и ноги короткие…
От этих странных подробностей Элиот Рамирес почему-то ужасно разволновался. Чтобы отвлечься, он схватил бутерброд и яростно впился него зубами.
– Ты думаешь, я могу все это исправить? – попробовал он пошутить.
– Нет, но ты можешь сделать для меня кое-что другое. Поцелуй меня, пожалуйста…
