Мы постоянно что-то выбираем, но само начало нашего существования не зависит от нашей воли
Кажется, нет ничего более уединённого и философского, чем фраза "Домик в бамбуковых зарослях". Сразу представляешь, что вот он — оплот тишины и спокойствия, где можно созерцать звёзды и раздумывать над тленностью бытия.
И первое время всё так и происходит.
Но как только ты понимаешь, что готов погружаться в истории этого сборника, начинается вакханалия.
Из бамбуковых зарослей доносится брань, деревенька неподалёку оказывается весьма распутной, а дева, поселившаяся в лесной пещере, начинает требовать вещи, о которых лучше вообще не спрашивать.
И это я ещё молчу про последний рассказ.
Но о нём позже.
Итак, извращения несутся галопом. Превращаются в сюр и грязь. Но через какое-то время понимаешь, что в грязь падать приятно. Потому что только так здесь и получается увидеть настоящее лицо Японии после Второй мировой войны.
Без прикрас. Без привычной знаменитой японской сдержанности. Всё вроде бы знакомо, всё уже происходило с людьми раньше и, наверное, будет происходить снова. Но это ощущение падения, разложения и попытки жить дальше показано настолько жизненно, что временами становится откровенно печально.
И вот кажется, что весь домик уже осмотрен. Кажется, что удивляться больше нечему. Именно тут набредаешь на чердак, в котором история длилась больше века и произошла давным давно.
Только вот закончилась она так кровожадно, что становится непонятно, кто страшнее: «тараканы», упорно бегущие в этот затерянный среди бамбука домик, или «дезинфекторы», с таким же упорством выкуривающие их оттуда.
После такой обработки дома, здесь уже сложно оставаться. Больше тут делать нечего. Выходишь на тропинку и даже не особенно понимаешь, куда именно направляешься. Слышишь шепот бамбуковых зарослей, которые словно эхо, дорассказывют отрывки некоторых рассказов.
Оборачиваешься.
И понимаешь, что вернуться всё-таки хочется.
Правда, пусть домик пока немного проветрится.
18 понравилось
