Цитаты из книги 哈尔的移动城堡

Если вы такая дура, что с вашим-то лицом носите такие чепчики, у вас не хватит мозгов заметить самого короля, хоть он у вас в ногах валяйся, если, конечно, он не превратится в камень от одного взгляда на вас.

— Как бы чего не вышло. — В доме чародея вечно что-нибудь да выходит.

... родится старшим из троих детей - изрядное невезение. Каждому понятно, что, если все трое отправятся на поиски счастья, именно тебя первого ждет провал - и провал самый что ни на есть сокрушительный.

Никогда не мог понять, чего все так носятся с этой натуральностью.

И с чего я вбила себе в голову, будто жизнь должна быть интересной, спрашивала она себя на бегу. Я же такая трусиха! А всё потому, что я старшая!

– Хоул очень непостоянен, – объяснил Кальцифер. – Девушки его интересуют, только пока сами в него не влюбятся. А потом он резко к ним охладевает. – Но пока они в него не влюбятся, он просто сам не свой, – свирепо добавил Майкл. – От него ну никакого проку. Я всегда жду не дождусь, когда очередная девушка наконец его полюбит. Тогда все становится куда лучше.

Беспощадность - это прекрасно, но нужна еще и система.

Похоже, придется нам теперь жить долго и счастливо и умереть в один день..

- Нет, поглядите! - вопил он. - Только поглядите! Что сделали эти силы хаоса в лице одной женщины с моими волшебными снадобьями?!

Ведь никак невозможно купить шляпку и при этом не посплетничать.

- Дайте-ка я нажарю гренок с маслом, - сказала она. - И это все, на что вы способны перед лицом трагедии? - поинтересовался Хоул. - Гренки! Ха!

Если Хоулу случалось обслуживать какую-нибудь даму, она непременно уходила, купив по меньшей мере вдвое больше цветов, чем просила. Как правило, Хоул морочил покупательницам голову настолько, что они уносили вдесятеро больше. Скоро Софи обнаружила, что дамы заглядывают в лавку, но не заходят, если видят внутри Хоула. Винить их было не в чем. Когда хочешь всего-то розочку в петлицу, едва ли обрадуешься, оказавшись владелицей трех дюжин орхидей.

— Прекратите, сударыня! — Закричал он. — Оставьте бедных паучков в покое! — Эта паутина — позор для замка! — объявила Софи, сметая пыльные фестоны. — Снимите паутину, а паучков не трогайте! — велел Хоул.

Иногда мне кажется, что если у него самого все идет как надо, то ему ни до кого и дела нет, – и тут я узнаю, что он был ужасно добр к кому-то. Тогда мне приходит в голову, что он добр только тогда, когда ему это выгодно, -и тут оказывается, что он колдует для бедных почти задаром. Не знаю, не знаю, ваше величество. Просто каша какая-то, а не человек.

Хоул вытащил еще одну кипу платков и бросил на Софи поверх них сердитый взгляд. Глаза у него покраснели и слезились. Затем чародей поднялся. - Мне плохо, - возвестил он. - Пойду лягу. Возможно, умру. Он побрел по лестнице, жалостно ссутулившись. - Похороните меня рядом с миссис Пентстеммон, - прохрипел он и отправился в постель.

- Ты станешь меня эксплуатировать, - ответила Софи. - А ты за это порежешь в клочки все мои костюмы, - улыбнулся Хоул.

На Рыночной площади стало еще хуже — насколько это вообще было возможно. На площади располагалось большинство увеселительных заведений. Молодые люди расхаживали по ней с пивным чванством, взметывая плащами и длинными рукавами, притопывая башмаками с пряжками, которые в будний день им бы и в голову не пришло надеть, громогласно отпуская шуточки и приставая к девушкам. Девушки чинно гуляли парочками, ожидая, когда к ним наконец пристанут.

- Погодите, - окликнула его Софи. - Если вы все равно идете на похороны в обличье рыжего сеттера, зачем же было так трудиться и одеваться во все черное? Хоул задрал подбородок и сразу стал ах как благороден с виду. - Это дань уважения памяти миссис Пентстеммон, - отвечал он, отворяя дверь. - Она во всем любила последовательность.

Потеряешь терпение- потеряешь клиента.