Луч

Выход художественного романа «Луч» журналиста Даниила Туровского — событие, которое невозможно проигнорировать. Автор, сделавший себе имя на документальной прозе о русских хакерах («Вторжение»), решил сменить оптику и шагнуть на территорию большой антиутопии. Однако переход от нон-фикшена к вымыслу оказался для него тернистым, и дебют в новом жанре вызывает скорее чувство легкой неловкости.

С первых же страниц роман задает высокую планку отсылок, но, увы, не к классике литературы, а к самым избитым штампам современной российской прозы. Катастрофа 22 июня 2022 года, уничтожившая Москву и превратившая центр России в аномальную зону с фиолетовым свечением, — это не просто завязка сюжета, а жирный намек, который бьет читателя по голове с грацией кувалды. В этом мире НИИ изучает галлюцинации, воспроизводящие трагические эпизоды русской истории, а по лесам бродят лешие, отстреливающиеся пулями из мухоморов. Битцевский парк здесь выступает в роли этакого радиоактивного Чернобыля. Как метко подметили читатели, «ощущение, что просто нейросетка сгенерировала и даже не удосужились отредактировать».

И здесь мы подходим к главной проблеме романа — тотальной усталости жанра. Постапокалипсис в России давно перестал быть способом осмысления будущего и превратился в унылый фон для рефлексии о настоящем. Читатель уже не вздрагивает от вида руин мегаполиса; он зевает. Постоянные отсылки к СВО и геополитической повестке, которые автор пытается вплести в ткань повествования, выглядят не как органичная часть художественного мира, а как неуклюжая попытка оседлать актуальность. Это уже не литература, а публицистика с элементами фантастики, где дидактика убивает магию вымысла.

Но самый спорный элемент «Луча» — это его мифологическая надстройка. На волне популярности работ Владимира Проппа и общего фольклорного ренессанса обращение к славянскому бестиарию кажется логичным шагом. Однако у Туровского этот прием выглядит абсолютно неуместно и механистично. Мифология здесь не дышит вместе с миром, она пришита к нему белыми нитками как декоративный элемент. Лешие и водяные существуют параллельно с сотрудниками НИИ и школьниками-избранными, но это сосуществование лишено внутренней логики. Это не живая мифопоэтика, а мертвый конструктор из образов, который рассыпается при малейшем прикосновении критической мысли.

В итоге «Луч» оказывается романом о катастрофе, который сам по себе является катастрофой для читателя. Косноязычие, примитивный синтаксис и сюжетная сумятица делают чтение настоящей пыткой. Тексту отчаянно не хватает воздуха, легкости и той самой «литературности», которая отличает литературу от журналистского репортажа. Туровский пытается говорить о памяти, о травме истории и необходимости сопротивления забвению — темах, безусловно, важных. Но когда форма настолько уступает содержанию, месседж тонет в графоманском потоке.

«Луч» — это печальный пример того, как попытка угнаться за трендами без крепкого писательского фундамента превращается в дырку от бублика. Возможно, Даниилу Туровскому стоит вернуться к тому, что у него получается лучше всего — к документальной прозе. Там его суховатый стиль и умение работать с фактами будут выглядеть куда уместнее, чем в попытке построить хрупкий карточный домик вымышленного мира.

Понесло же меня читать современную постапокалиптику и антиутопии... Знаете, вот если бы идеи Туровского да на язык Промч, могла бы получиться качественная книга. Не без повестки, конечно, ну а какой писатель не вкладывает свои идеи в собственные книги? Но увы, во "Мге" неплохой язык, но слабая концепция. А тут сильная концепция и слабый текст. В общем, как видите по оценке, опять звёзды не сложились в Большую Медведицу, и я приготовила для любителей отзывов shit sandwich, потому что тут есть что поругать и похвалить.

Начнём с вкусной булочки:

- Первое, что можно отметить, это внятная идея, которую пытается донести автор книги, и над ней можно поразмышлять. Идея не новая: историческая память и коллективная ответственность. Стоит ли нации постоянно поминать прошлые грехи и каяться или лучше поскорее обо всём забыть и сделать вид, что ничего не было? Автор подводит к мысли, что первое. Мне, честно говоря, больше понравилось, как эта тема раскрыта в "Мясорубке Мосса" Сергея Кузнецова (возможно, он иноагент и persona non grata). Но за возможность поскрипеть мозгами над этой темой я не снизила оценку до нуля.

- Второй плюс - автор упоминает любопытные и не самые известные эпизоды из истории России. Вообще звучит довольно пафосно для локальных событий. Например, он вспоминает историю о группе молодых людей, убивавших пьяных, по их мнению, людей. Или вот интересная история про капсулу с цезием.

- Плюсую и за попытку залезть в головы непосредственным участникам событий и показать, что, например, чувствовал моряк тонущей подлодки. Получилось сухо, я не очень прониклась, довоображала недостающие эмоции.

А теперь, увы, shit, и да простит меня автор, если буду слишком резка:

- Текст писала нейросеть. Или пятиклассник. Я, честно, была в шоке, когда узнала, что эту книгу написал журналист, потому что этого ну просто не может быть. Не может популярный журналист писать настолько ужасную художку. Да, пусть журналисты пишут сухо, пусть без красот, но в конце концов это тот же литературный русский язык. Плохая стилистика, простецкие предложения, отсутствие темпо-ритма. Насколько шустро идёт текст той же Промч, насколько классно написал Кузнецов (чтобы вы понимали, что я не придираюсь к автору только потому, что он либерал), настолько тяжело читать "Луч". Как пример, мысли девочки-школьницы: "В связи с тем, что частые снегопады затрудняют расчистку улиц от снега, трамваи ходят очень плохо". Она точно школьница, а не сотрудница ЖЭК? А эти странные многочисленные комментарии в скобках... Почему нельзя было их нормально встроить в предложения? Это же всё-таки художественный текст, а не упражнение по раскрытию скобок. "У комнаты как раз стояла она (в гневе)". "На берегу озера стояла лавка (сбили местные рыбаки до Луча или исследователи?)". "В очередную вылазку на рынок (как только доел паек) Марат выкрал два DVD-диска".

• Непродуманное мироустройство. Тут горят 99% наших современных антиутопистов.

- Плоскодонные герои. Это уже новый стандарт - не продумывать арку персонажей, внутренний конфликт и прочее. Лишь бы они двигали авторскую идею. Все герои разговаривают и ведут себя практически одинаково, у них нет цели, которой они бы горели, нет страха, который бы удерживал от её достижения. Например, главная героиня Настя просто в общих чертах хотела бы подойти к Лучу. Почему? Ну она же типа исследовательница. Ну подойдёт она и что? Как её жизнь через это должна измениться и наша - вместе с ней? Настю начинают посещать исторические галлюцинации. Ну и что? Как это завязано на её характере, на её болях?

- Концепция романа хорошая, но ей не хватает чёткости, потому что приводятся слишком разные примеры из истории. Сначала я решила, что фишка Луча - в том, чтобы люди помнили об актах несправедливости, халатности со стороны русской/российской власти, и, соответственно, понимали, кто ими правит. Автор пытается поговорить с нами о том, что мы отворачиваемся от некоторых важных исторических событий, хотя должны помнить и каяться. Эту мысль подтверждают, например, события в Алдах, упоминание "Курска", взятие Казани. Ок. Но при чём тут цезий в Краматорске? Это ведь просто халатность на местах. При чём тут убийцы пьяниц, ведь расследование велось нормально и власть обвинить вроде не в чем. Есть и другие примеры. И, получается, на людей складывается ответственность вообще за все ошибки их сограждан, которые привели к чьей-то смерти. Это что-то как-то уж совсем нечестно. Второй вопрос по концепции: кто всё-таки должен помнить и каяться? Россияне или русские? Потому что хотя примеры автора охватывают всю территорию России, среди них нет ни одного примера межэтнических разборок. Или, например, можно было кому-нибудь подкинуть галлюцинации о захвате роддома в Будённовске - для баланса. Всё же чеченцы тоже россияне и их тоже есть за что наградить коллективной виной. В данном случае я не считаю мудрым аргумент а-ля "Вот американцы индейцев убивали, чё сразу к России претензии?" Это чистый вотэбаутизм. Автор россиянин и хочет говорить о своей стране, о её травмах. Но так как страна многонациональная, хотелось бы большей ясности в этом моменте.

И ещё несколько неудачных, на пой взгляд, моментов:

- Как герой Антон притащил в Битцу бетономешалку, мешки с цементом и арматуру? И без навыков строительства соорудил бункер-лабораторию? Да ещё и умудрился построить этот бункер на чьём-то другом бункере!

• Когда в конце Настя и компания несколько недель бродят по лесу, можно уточнить, как они не умирают с голода?
• Леонид, ожидая Настю на заводе, месяц лежит под капельницей с глюкозой и ловит глюки. Интересно, кто менял ему подгузник, ведь капельница - это жидкость... И откуда взялась такая гигантская капельница?
• Почему обучение на путешественника по лесу считается занятием для детей больших начальников? Это ведь неквалифицированный опасный для жизни труд - когда это было престижно в авторитарных государствах?

  ОМГ, вот понаписала. А ведь это я ещё не дошла до фантастических существ))

В общем, в книге столько ляпов и непонятностей, что можно написать ещё одну книгу. Закончу всё же бодрячком.

Булочка: Вам понравится книга, если вы на одной волне с автором и ищете эмоции, а не качество текста. Могу, наверное, посоветовать и любителям славянского фэнтези, хотя автор не сильно углубляется в эту тему. Опять же, идея о Луче, вызывающем исторические глюки и заставляющем людей оказываться на месте реальных свидетелей - весьма любопытна. Можно рассматривать книгу как справочник по некоторым трагедиям, подробности о которых, правда, придётся гуглить. От души советую автору - если он не пользовался нейросетями - нанять другого редактора, который за деньги укажет на все косяки. Потому что задел-то был...

Внимание! Это первая часть истории, у которой вроде бы есть окончание, но нет ответов.

22 июня 2022 года. Появляется Луч, который почти мгновенно уничтожает Москву и ближайшее Подмосковье. А потом его действие распространяется все шире: Ctrl+c - Ctrl+v кусочек Битцевского парка, а заодно галлюцинации то сказочных существ, то трагических событий на территории бывшего Советского союза.

2027 год. В зону заражения ходят экспедиции: разобраться в том, что происходит, вытащить артефакты прошлого. Нельзя не вспомнить "Пикник на обочине", вот только волшебных предметов иного сознания нет. А ещё очень много политического: здесь есть очень много трагедий (а заодно есть и цензура про то, о чем упоминать нельзя), боли и жертв. Неважно, кто творит зло, важно - это всегда разрушает людей и пораждает новое насилие. Уверена, многие смело повесят на роман модный ныне термин "русофобия".

Ещё тут есть вставки-рассказы. Которые, увы, показались мне уже излишними. Они должны создать полифонию, но для такого объёма скорее рвут ткань и так многолосого романа: историю рассказывает Настя, бывшая журналист, а ныне учитель и исследователь Луча; братья Миша и Алеша, ставшие сиротами; а ещё Леонид - исследователь от другой России. Плюс повествование насыщено вставками из прошлого от разных лиц.

Больше всего меня опечалило, когда в последней трети роман вдруг стал "Lost". Дали ниточки объяснения, которая все равно теряется в лабиринте всего и резко меняет атмосферу текста. Хотя не могу не признать, что последние страницы выглядят и больно, и очень последовательно. Как говорил Геральт: Никак вы, <...>, не научитесь.