Цитаты из книги Акушерка Аушвица

Разве может кто-то сделать что-то ужасное под таким синим небом?

- Мы должны все очень четко понимать, - сказала Ана. - Если мы войдем в движение Сопротивления, то можем потерять жизнь.
- А если не войдем, - ответил Бартек, - можем потерять душу.

- Пусть это тебя не останавливает, дитя. Ты отважно берешься за очень важное дело, и Бог благословит тебя.
- Ваш бог или мой?
- Оба. Бог един, просто мы слышим его по- разному.

— Сколько же ему лет?
— Он старый. Ему не меньше тридцати.

Они будут искать дальше, мы все будем, но сейчас Оливии нужны родители, а этим родителям нужна она. Боль можно залечить по-разному, и удочерение первого татуированного Эстер ребенка станет началом этого пути.

Их единственное оружие - остаться живыми. Доброта стала проявлением сопротивления.

К мехам и драгоценностями оно относились гораздо лучше,чем к людям, но таков уж был Третий рейх.

Но любовь нельзя победить автоматами, танками и гнусными идеями. Расстояния, разлуки, голод, холод, страдания и лишения не страшны любви. Любовь может передаваться через кровь, что бы ни твердили нацисты, и связи любви выше миллиона болезненных идей.

Война кончилась, но последствия ее будут ощущаться еще очень долгое время.

Мир - страшное место. Он стал страшным с того момента, когда нацисты стали завоевывать нас. Он страшен и сейчас, когда мы побеждаем их. Он такой же страшный, как и раньше. Они лишили нас прошлого, они все еще определяют наше настоящее. Кто знает, каким страшным способом они повлияют на наше будущее. Это страшно, страшно несправедливо.

За этот зловещий год Ана не раз думала, почему нет слова, обозначающего мать, потерявшую ребенка? Если теряешь мужа, становишься вдовой. Теряешь жену - вдовцом. А родитель, потерявший ребенка?