Fiesta: The Sun Also Rises

- Никогда не скучайте на своем первом бое быков, Роберт, - сказал Майкл. - А то может выйти скандал.

- Мне приснился чудесный сон, - сказал Билл. - Ничего не помню, но сон был чудесный.

- Мне как будто ничего не снилось.

- Напрасно, - сказал Билл. - Все наши крупнейшие бизнесмены были сновидцами и мечтателями. Вспомни Форда. Вспомни президента Кулиджа. Вспомни Рокфеллера. Вспомни Джо Дэвидсона.

Нельзя уйти от самого себя, переезжая с место на место

— Все ведут себя плохо. Дай только случай.

— Послушай. Ты очень хороший, и я никого на свете так не люблю, как тебя. В Нью-Йорке я не мог бы тебе этого сказать. Там решили бы, что я гомосексуалист. Из-за этого разразилась Гражданская война. Авраам Линкольн был гомосексуалист. Он был влюблен в генерала Гранта. Так же как Джефферсон Дэвис. Линкольн освободил рабов просто на пари. Судебное дело о Дреде Скоте было подстроено Лигой сухого закона. Все это — половой вопрос. Полковника леди и Джуди О'Грэди — лесбиянки обе в душе!

Кто он такой, этот телеграфист? И вообще — что за люди идут работать телеграфистами? Вроде композиторов? Или вроде художников? Или вроде писателей? Или, может, вроде тех, что делают рекламу для американских еженедельников? Или вроде европейцев, измотанных и опустошенных войной, понапрасну проживших свои лучшие годы? Можно ли рассказать этому телеграфисту все о себе? Поймет ли он?

Телеграфист с любопытством поднял на него глаза,
— Скажите, вы не из сказки?
— Нет, — ответил Скриппс. — Я не понимаю, что это значит — «из сказки».
— А зачем вы носите с собой птицу?
— Птицу? — переспросил Скриппс. — Какую птицу?
— Ту, что у вас под рубашкой.
Скриппс оторопел.

Он посмотрел на оленей, что лежали кучей, застывшие и мерзлые. Наверно, и они когда-то любили

— Подождите, пока не убедитесь, станет ли она класть яйца, — предложил коммивояжер.
Скриппс заглянул ему в глаза. Этот человек словно прочитал его мысли.
— Вы человек сведущий, — сказал он.
— Недаром же столько лет езжу, — скромно признался тот.
— Ваша правда, дружище, — сказал Скриппс.