Снова почувствовал Майкл, что задыхается, и впервые понял смысл классической ревности итальянцев. В этот момент он готов был убить каждого, кто осмелится дотронутся до этой девушки, кто попытается добиваться её, отобрать её у него. Он хотел быть ее мужем, как скряга хочет быть обладателем золотых монет. Он жаждал ее с такой жадностью, с какой арендатор желает стать владельцем обрабатываемых им земель. Ничто не помешает ему стать мужем той девушки, превратить ее в свою собственность, запереть ее под замок и держать только для себя. Он не допустит, чтобы ее видели другие.