Крестный отец

В бизнесе все личное. Вообще все, с чем человек сталкивается в жизни, личное. Знаешь, кто мне это сказал? Мой старик. Крестный отец. Если б его друга убило молнией, он воспринял бы это как личное оскорбление. Таким для него стал мой уход в морпехи. Вот почему он великий. Великий дон. Он все принимает на свой счет. Как Бог. Без его ведома не упадет ни перышка с малой птицы – или как там в Библии? И знаешь, с теми, для кого случайность – это личное оскорбление, случайностей не бывает. Теперь я прочно это усвоил… Да, черт возьми, сломанная челюсть – это личное. То, что Солоццо поднял руку на моего отца, тоже личное… Передай старику, что всему этому я научился у него и что я рад отплатить за ту доброту, какой он меня окружил. Он был хорошим отцом.

Второй разу Майкла перехватило дыхание, бешеными толчками разнеслось по телу ощущение, сродни не столько вожделению, сколько одержимости собственника. Впервые понятна сделалась хрестоматийная ревность, свойственная мужчине-итальянцу. Он бы сейчас своими руками убил всякого, кто попытался бы дотронуться до этой девушки, заявить на нее права, увести ее от него. Он желал завладеть ею с исступлением скупца, алчущего золотых монет, с неистовой страстью издольщика, мечтающего о своей земле. Завладеть, получить в безраздельную собственность, запереть в своем доме, содержать в заточении, только для себя, — ничто не могло воспрепятствовать этому. Чтобы никто даже поглядеть на нее не смел.