Камо грядеши

Ознакомленность с Римом в начале нашей эры и ощущение исторической достоверности прям пронизывает эту книгу от начала и до конца , писатель очень ювелирно работает с описанием быта древнего Рима , это даёт возможность окунуться в атмосферу того времени , побывать на званных вечерах в компании с вакханками , нимфами , сенаторами,августианами ,жрецами , фавнами , сатирами и т.д. Посетить амфитеатры , ужаснуться от сцен пренебрежительного отношения к животным и умерщвлению их ради забавы и на потеху глупому стаду , да что там говорить , увидеть чудовищные издевательства над людь все для того же увеселения народа и всего этого сброда который собрал в себе Рим того времени. И как не странно на фоне этих великолепно нарисованных помпезных декораций совершенно не живыми становятся главные герои. Я не прониклась ни к одному персонажу как тёплыми чувствами так и наоборот , и даже такой уж неприязни не вызывал у меня шут Нерон с его бесталанность которую так умело маскирует лестью его окружение ,не предатель Хилон который так быстро из одного человека превращается в совершенно другого. Интересно было наблюдать тут пожалуй только за одним персонажем с которого начинается роман и так феерично кончается им же , Арбитр изящества Петроний. Любовная линия в книге тоже развивается каким-то одним скачком , и слабо верится в ее такую чистую , бескорыстную непоколебимость. Этот прекрасный и чистый цветок Лигия со своим верным рабом силачом Урсом происходящие из племени так званных лигийцев , проживающих на территории Польши в древние времена , писатель польского происхождения как бы не в бровь а в глаз , подбрасывает читателю каплю национализма. Религиозная тема с христианами которых тут и режут и жгут и съедают заживо и на кресте распинают , а они молча безответно терпят и мирятся со своей участью все как один тоже вызывает вопросы.
В общем книга , по моему скоромному мнению , выдалась немного затянутой , но ради того Рима который описывает нам Сенкевич ее стоит прочитать хотя бы раз, в целом ощущение после прочтения приятные, книга атмосферная , читается легко.

"Камо грядеши" - это история любви молодого патриция Виниция и плененной лигийской принцессы Лигии на фоне знаменательных событий древнего Рима. Именно в этот период происходит пожар в Риме, гонение христиан, казнь апостолов Петра и Павла. Кто не догадался, время событий относится к последним годам правления знаменитого Нерона (64 - 68гг. н.э.)
Ещё до того, как в мои руки попала данная книга, я слышала, что требуется изначально прочесть хотя бы что-то из истории древнего Рима, в частности, о правлении Нерона. К сожалению, придётся согласиться с этим утверждением. Автор даже не пытается объяснить, кто есть кто, полагая, что это и так известно. Я решила подготовить себя с помощью Википедии о Нероне (беглого прочтения вполне достаточно). Кто ленив или не имеет интернета под рукой, но имеет именно это издание, то может ознакомиться с послесловием. Оно тоже весьма информативно и, кажется, ничего не спойлерит.
Почему послесловие не вынесено в начало? Загадка.
Итак, роман имеет две линии сюжета, где сначала преобладает любовь Виниция и Лигии, которая постепенно уступает линии исторических событий. И так как я не любитель романтики, от любовной линии быстро начало тошнить. Нет, не так, Тошнить! Спас тот факт, что периодически повествование отвлекалось на описание жизни дяди Виниция Петрония, а так же жизнь самого Нерона. И снова огорчение: свадьба Нерона с Пифагором упоминается лишь вскользь, хотя к этому моменту автор уже смог зарекомендовать себя как хороший рассказчик.
И если описание любовных переживаний тошнотворно-приторное, то в остальном роман заслуживает уважения. Хотя, если подумать, то иной любви и не может быть. Молодые не умеют быть сдержанны, они склонны к крайностям, и если любовь, то до гроба, и если вера, то до исступения. В молодых сердцах нет промежуточных состояний. Петроний как раз компенсирует эти крайности, заменяя чувства игрой разума. Как раз Петроний и есть самый полюбившийся мне персонаж. Его жизнь - это игра на острие ножа, он умен, изобретателен, знает то, что хочет от жизни, не имеет иллюзий, трезво расценивая любую ситуацию. Не зря его прозвали "арбитром изящества", хотя это прозвище любому другому человеку при дворе самовлюбленного Нерона могло стоить головы.
Немаловажную часть романа занимает религиозная составляющая. Всего чуть больше тридцати лет проходит со смерти Христа, и новая секта начинает постепенно завладевать умами мирных граждан. Стоит отметить, что автор весьма умело описал христианскую веру, а от себя могу сказать, что "Камо грядеши" - отличный инструктаж основы данной религии. К сожалению, если бы сегодня христианство придерживалось описываемых постулатов, то мир был бы совершенно иным. Но, как известно, человек склонен извращать события и усложнять их.
И хотя о данном произведении можно было бы говорить и говорить, но чувствую, стоит завершить этот обзор. Осталось только сообщить, что данный исторический роман, не смотря на обилие любовных переживаний, достоин того, чтобы прочесть его, хотя бы ради описания исторических событий и ярких второстепенных персонажей.

Поистине великое произведение! Восхищена огромной работой, проделанной Сенкевичем. Ошеломительная книга, которая шокирует, которая ужасает, которая восхищает, которая освещает, которая возвышает. Будучи человеком далеким от религии и еще более далеким от церкви, я поняла, как и почему маленькая, гонимая всеми группа последователей Христа, сумела не просто разрастись, но и стала такой могущественной. Эта книга напоминает всем, что такое христианская философия, христианская мораль. Эта книга творит добро, учит прощению, дарит свет. Эта книга и есть добро. Эта книга и есть прощение. Эта книга и есть свет.

Волнующая книга. Очень много чувств и эмоций вызывает. Поначалу в шоке от объема долго не могла втянуться, сейчас даже не могу сказать на каком моменте повествование накрыло с головой.
Я христианка, по вере родителей. Верю в Бога, разговариваю с ним. Не могу принять страдания, выпадающие на судьбы верующих людей, если много раз предавши, должен быть прощён. Бесчинствует, кается, прощается Богом и людьми. Живет по законам божьим и видит насильственную смерть своего ребёнка. Справедливости требую!
Романтическая история и история чудесного избавления так прекрасны. Приятно было читать. Самое тяжёлое в романе это гонения христиан. Не хочу это представлять. Это жестоко.
Роман очень понравился. Спасибо Сенкевичу.

Отчаяние рождается только из надежды. Но людям трудно жить совсем без неё, что значит - людям ничего не остаётся, как жить в отчаянии… (1)

- «Он» мог бы уже и прийти.

• «Он» ничего твёрдо не обещал. (2)

  Невозможно преуменьшить опасность альтернативного мнения в авторитарном государстве. А в те времена с инакомыслием разговор был короткий: либо наряжали в «тунику скорби» и отправляли на костёр, либо отсылали «на свалку» за Тибром. Во имя стабильности ещё и не на такое пойдут власть имущие. Но цивилизация погибнет без вызова. Умеренная встряска полезна. Победоносные экспансивные войны всегда оказывали благотворное влияние на дух народа и государственную экономику. Чуть более, чем за век до описываемых событий Рим подвергся крупнейшему восстанию десятков тысяч вооружённых рабов под предводительством непобедимого Спартака. Рим устоял, укрепив своё могущество. В случае же с христианством удар был отсроченным. Как при игре в го, старая цивилизация допустила «зевок» и впоследствии ей было объявлено «атари» по всем фронтам.

  В целом, повествование построено на противопоставлении старого языческого учения, погрязшего в пороках, и всепрощающего нового. И всё это развернётся на грандиозной арене, в величайшем античном мегаполисе – Вечном городе Риме. Городе – властелине мира, перекрёстке всех дорог и множества судеб. Точных данных о населении в описываемый период времени я не нашёл, но Рим могло населять от 300 тыс. до 1 млн. человек. Ещё более внушительные цифры приводятся в «Как управлять рабами» :

Путаницу и несоответствие друг другу данных о народонаселении города можно объяснить использованием различных методов подсчёта: где-то учитывались только свободные римляне, в других источниках исходили из количества домовладений, в иных - из предполагаемого расхода городом запасов пищи и ресурсов акведуков.

Прекрасный слог, множество деталей и действующих лиц, позволяющих окунуться в ту эпоху. А ещё здесь можно найти любовь, ненависть, веру, предательство, надежду, страдания, интриги и заговоры… Через кого же нам предстоит знакомиться с миром романа?

● Краткий «character profile» основных персонажей

Петроний

Центральная фигура. Фаворит императора. Разносторонне образован, сведущ в искусствах, среди приближённых императора признан арбитром изящества.

Вертит смыслами как кубиком Рубика. Поднаторел в риторике, вследствие чего способен изощрённо развлекать императора, перманентно пребывающего в состоянии скуки. Постоянно ходит по лезвию бритвы, мастерски лавируя меж козней конкурентов, не страшась смерти, но, вместе с тем, и не желая накликать её попусту:

Мог бы претендовать на лавры истинного философа и государственного мужа, кабы не природная лень. Катализатор событий, связующее звено во взаимоотношениях ключевых персонажей, а также являет собой антитезу, пусть и в пассивной форме, по отношению к новому учению. Ему не нужна вера «нищих духом» и отрекающихся от земных удовольствий в угоду обещанному блаженству на небесах:

Виниций и Лигия

Он - ловец сердец, взглядов (и не только женских), изрядный повеса, молодой военачальник, племянник и протеже Петрония. Она – дочь царя варварского племени, взятая в заложники, как символ доброй воли. Виниций случайно встречает Лигию и, будучи парнем востроглазым, примечает девушку для себя. Не зная отпора в своих помыслах, пытается всеми правдами и неправдами заполучить её. Но Лигия (или Калина), судя по всему, родом откуда-то из лесов западных славян и не принимает разгульной столичной жизни, а Виниций определённо не был знаком с житейской истиной: «угорь, как женщина: если ты сжимаешь его слишком сильно – он ускользает…» *(1) И эта пара будет сопровождать читателя на протяжении всего романа.

Хотелось бы, конечно, проникнуться историей развития их отношений и переживать трудности вместе с ними, но во все эти разговоры о единении душ и чистоте их помыслов к концу романа верится с трудом, если вспомнить, КАК они полюбили. За внешность, статность, красоту молодых тел; чувства вспыхнули, когда они толком ещё не знали друг друга. Любовь Лигии всегда была «любовью девочки», которой просто нравится большой (плохой) мальчик. Слишком уж нарочито «по-земному» показаны и «духовные» устремления Виниция, и творит добро он, спасая ближнего своего, только около Лигии и для Лигии, оставаясь в душе всё же римлянином, готовым принести жертву новому, выгодному для достижения его цели, богу-идолу. Была попытка скрыть это завесой их веры и сделать из них икону пуританства (да-да, за 15 веков до самих пуритан), но она не слишком удалась.

Хилон

Бедный грек-философ родом с черноморского побережья, нанятый Виницием в качестве ищейки. Довольно начитан, обладает здравомыслием и легко проникает в суть вещей. Однако, ̶с̶л̶у̶х̶и̶ ̶о̶ ̶м̶е̶д̶л̶и̶т̶е̶л̶ь̶н̶о̶с̶т̶и̶ ̶к̶р̶о̶к̶о̶д̶и̶л̶о̶в̶ ̶р̶а̶с̶п̶р̶о̶с̶т̶р̶а̶н̶я̶ю̶т̶ ̶с̶а̶м̶и̶ ̶к̶р̶о̶к̶о̶д̶и̶л̶ы̶ судя по делам его – латентный адепт двуликого Януса. Будучи последователем множества модных тогда философских школ, владеет красноречием и умеет говорить то, что от него хотят услышать. Умелый манипулятор. Весьма меркантилен:

Нерон и Поппея

Нерон. Казалось бы, должен быть основным действующим лицом, но его образ создан на скорую руку и служит скорее исторической декорацией.

Показан слабой и злопамятной личностью, позволяющей властвовать над собой гордыне, а другим - льстить себе. Хотя нерадивый льстец может и расстроить императора, а это не то ощущение, которое тому захочется пережить дважды.
Безумен ли Нерон? Если и «да», то не он один, ведь для того, чтобы двое вступили в заговор, они должны быть либо оба сумасшедшие, либо оба в здравом уме. (3)
Мстительный и мелочный, сочетающий трусость со всевластием над миром.
Виниций о Нероне:

Но «истинная вера» на поверку оказывается возможной только в рамках веры одного человека. «Для всех существ без исключения истина идёт из себя.» (4) Тут можно, конечно, возразить: дорога кажется бесконечной, когда идёшь по ней один. Ведь, в этом случае она потребует от личности развитых морали и ответственности; к подобному обычно ни одно общество оказывается неготовым (без царя в голове, зато при пастухе…) и каждому человеку приходится быть «как все» в его окружении, примыкать к какой-либо общности, закладывая новые истоки непонимания, неприятия и ненависти; когда-то общее, учение, изначально призванное объединять, всё более и более дробится, одновременно отдаляя и людей.

Очень важный исторический период. И как раз здесь историческая наука натыкается на информационную яму «тёмных веков», которую объясняют всеобщим цивилизационным упадком после гибели Римской Империи и Великим переселением народов. Подобные глобальные потрясения – прекрасная возможность переписать или уничтожить неудобную историю. Но снести на корню все старые устои и выстроить на их месте новый мир не выходит. Чтобы язычники приняли учение Христа, церковные праздники приходилось замещать, затирать или подгонять под те дни, когда в прежние времена восхвалялись местные боги. Например, древнеримские Сатурналии приурочили к Рождеству, а нашу Масленицу привязали к Великому посту. И не всегда изменения проходили мирно.

Если бы молодое христианство было настолько всепрощающим, как это описывается здесь, и такие «хилоны-философы» отпускались бы «с миром», сколь долго просуществовало бы подобное «беззубое» учение? За исключением проповедника Криспа, все остальные старательно сглаживают углы, делая упор на чёрно-белом представлении различий мира старого и грядущего. Так что, при чтении не следует поддаваться необоснованной романтизации происходящего.

В чём автор бесспорно прав, так это в том, как он показал монотеистическую религию в качестве плавильного котла:

Как из ЭТОГО без христианства родилась бы цивилизация, существующая и поныне?

● Чтоб ты жил в эпоху перемен…
«... Не будем говорить плохо о нашей эпохе, она не страшнее предыдущих… И хорошо о ней не будем говорить… Не будем о ней говорить…» (2)

«Нам необходимо очевидное прошлое, очевидный континуум, очевидный миф о происхождении, которые бы утешали нас относительно нашего конца. Хотя в глубине души мы никогда не верили в них.» (5)

Как уже упоминалось, повествование здесь основано на попытке противопоставить старый и грядущий ему на смену уклады жизни. Но всё, что ставится в упрёк старому укладу, применимо и к новому (и, даже, к нашему времени). Разве что-то изменилось?

Одним богом легче «управлять», проще получить на него монополию. Только и всего. Теперь правители заключают договор только с одним богом через церковь и опираются на её поддержку, когда та объявляет их «помазанниками божьими». Более не нужно разбираться, «в каком Доме Луна» и кого из божественного пантеона сегодня необходимо умилостивить. К тому же, «уйдя в народ» и сделавшись универсальной и понятной для последнего крестьянина, новая религия потеряла исходные установки, деградируя по сути в то же язычество: упование на бога, молитвы-обещания, граничащие с шантажом. Всё также живы суеверия, а большая часть природной человеческой жестокости перекочевала на экраны, давая жизнь новому триединому «маниту» из пелевинского «Снафа» . Человек давно уже позабыл нечто важное, но продолжает смутно надеяться, совсем как в пьесе Беккета. (2)

Всё также политики устраивают дешёвые триумфы, а патрициям дозволено под небом чуть более, нежели плебсу. «Везде одно и то же. Власть имущие и козлы отпущения шагают рука об руку, как супружеские пары.» (6)

Чем отличалась ситуация в горящем Риме от того, что неоднократно в последствие происходило на любом другом пожарище христианского города? Те же бесчинства, зверства толпы, эпидемии и распространяемые слухи о «втором пришествии».

Не важно, были ли то гонения на новоявленную секту христиан в I в. н.э. или «охота на ведьм» в XVI. Заменим возгласы «Христиан ко львам!» толпы, поклоняющейся Юпитеру, на средневековое «Ведьм на костёр!» и увидим, что массовые казни "изуверов" - методы на все времена.

Рабство. Насколько важной должна быть эта тема в историческом романе? Достаточно о ней просто вскользь упомянуть для антуража (за более детальным обзором лучше обратиться к соответствующей литературе). Что и было сделано. Но кратко – не значит «понятно». Так ли ужасно было рабовладение, как пытаются нам это преподнести? Ведь для того времени оно замещало сегодняшний институт работодателя. Да и вообще, у каждого времени были свои «дарьи салтыковы», свои нравы и источники экономического развития. Кто-то спустя века будет тыкать в наш век с возгласом «Ха! Они выбрали демократию и капитализм…». Если же оно просто-напросто изжило себя на исторической сцене, то, и вовсе ни о каком чувстве сострадания здесь не может быть и речи. Социальные изменения в Риме после пожара, когда его власть пошатнулась и на улицах города началось мародёрство, стоит рассматривать как естественный исторический процесс.

А кто-нибудь задавался вопросом: что же означают фасции в государственной геральдике? Символ телесного наказания – розги, повсеместно перекочевал на эмблемы государственных институтов. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день…

● «Два Рима убо падоша, а третий стоит, а четвёртому не быти»
В завершении хотелось бы привести небезызвестное высказывание. В широком смысле оно вовсе не предполагает незыблемость настоящей цивилизации, а означает только лишь тот факт, что после её гибели уже некому будет возрождать человечество, что в свою очередь означало бы конец света для существующего издревле порядка вещей. И когда ценности «старушки Европы» находятся под угрозой нового Великого переселения народов, а «американская мечта» стала похожей на симулякр самой себя, занимаясь пожиранием собственного смысла, аки уроборос… впору снова вопросить:

- Quo vadis, Domine?

______________________________________

Я не очень люблю исторические романы, но этот мне понравился. В прошлом году я читала роман Юрия Вяземского «Сладкие весенние баккуроты» о самом возникновении христианства, и роман Сенкевича показался мне в некоторой степени похожим, а обе эти книги для меня сложились в единую картину.
В книге Сенкевича мне очень понравилась степень детализации всех описаний быта. Автор использует специфические термины того времени (к сожалению, иногда без пояснений), и во всем этом приходится разбираться, узнавая много нового и интересного. На мой вкус, книге очень не хватает развернутых комментариев в советском стиле или приложения с краткой исторической справкой. Я бы такое почитала с большим удовольствием.
Сюжет романа вроде бы достаточно прост и прямолинеен, но при этом не вызывает отторжения как слишком примитивный. Возможно, этому как раз способствует описание исторических реалий, на фоне которых происходит действие. Большим сюрпризом для меня стало то, что роман был написан в конце XIX века (мне почему-то казалось, что это случилось гораздо позже). Язык повествования показался мне весьма современным (хотя, возможно, дело в переводе). В любом случае, мне понравилось, как написан текст. Он интересен, достаточно насыщен, но не перегружен, читается легко и очень приятно.
Естественно, в романе много фрагментов, вызывающих отторжение. Многостраничное описание кровавой расправы над христианами, конечно, не приносит никакой радости читателю. Но, наверное, такие тяжелые вещи тоже нужно пропускать через себя. Даже не с точки зрения религии, а просто для укрепления своей общечеловеческой морали. Я, конечно, не имею в виду, что такое чтение воспитает у читателя отвращение к сжиганию людей – вряд ли это вообще нужно. Но задуматься над тем, чем мы заменяем все эти кровавые зрелища сейчас, мне кажется, все-таки стоит.
Отдельно хочется отметить, что автор, вроде бы показывая христианскую религию с самой лучшей стороны, при этом никого ни к чему не призывает. Он приводит и другие точки зрения, подкрепляя все это многочисленными рассуждениями. За счет этого роман совсем не кажется пропагандой, а выглядит очень достойно. Рекомендую его к прочтению независимо от религиозных убеждений.